Яблоня греха - Дебора Мей

— Мне жаль, ваша светлость, что вы не смогли присутствовать на нашей свадьбе.

Заметно смутившись, мальчик неловко поцеловал баронессе руку и подвел обратно к столу.

— Поскольку я нахожусь в трауре, было решено, что мне неприлично присутствовать на каких-либо увеселениях, — объяснил он и тут же поинтересовался у дворецкого: — Леопольд, сегодня есть запеченная свинина?

— Да, конечно, ваша светлость.

Мальчик занял место напротив барона Генриха и незамедлительно приступил к еде. Марциана осторожно взглянула на мужа, чтобы узнать — одобряет ли он ее поступок.

Лицо Грифенталя было совершенно невозмутимым, только в уголках темных глаз мерцали странные искры. Во всяком случае, неудовольствия в них Марциана не обнаружила. Ободренная спокойствием мужа, она решила продолжить прерванный разговор:

— Надеюсь, вы объясните мне, причем здесь философский камень и звезды?

Людвиг поднял взгляд от тарелки с мясом:

— Неужели вам неизвестно, что мой двоюродный дедушка Теодор увлекается химическими опытами, а по ночам разглядывает небо?

При этих словах Генрих недовольно хмыкнул:

— В старые времена нашего милого дядюшку ожидал бы костер. Все эти ваши увлечения попахивают серой. Право, можно подумать, что мы ведем наш род от всем известной Екатерины Медичи.

— Ты заблуждаешься, Генрих, — миролюбиво заметил барон Теодор. — Мои занятия направлены только на благо. Кстати, разве не изобретения твоего старого дядюшки облегчили труд кухарок, и поэтому мы смогли теперь сократить количество слуг?

В ответ Грифенталь лишь пренебрежительно пожал плечами, а барон Манштейн повернулся к Марциане:

— Что вам известно о химии, милая баронесса?

— Практически ничего, — откровенно призналась Марциана. — Мои братья, правда, мне кое-что рассказывали о каких-то странных опытах, которые они проводили в колледже, но мне это показалось весьма опасным занятием.

— Вот и я пытаюсь убедить барона, что это настоящая глупость, — объяснил ее супруг.

— Ты не должен так говорить, мой мальчик. Я пытаюсь понять сущность различных лекарств и препаратов.

— В том числе и ядов! — фыркнул Генрих.

— Да, и ядов! Одно и то же снадобье способно и убить, и вылечить. Кстати, мои занятия химией также могут сослужить неплохую службу во время боевых действий. Ты только послушай, что я недавно выяснил! Оказывается, можно распылить дурманящий газ на огромное расстояние. Представляешь — ядовитый газ сможет вывести из строя целую армию. Подумай, какую пользу это может принести во время войны?

— Вы абсолютно правы, дедушка! — вмешался в разговор Людвиг. — Вот тогда эти негодяи — французы нам за все заплатят! Я бы никогда не отказал вам в поддержке ваших опытов, дедушка Теодор, если мог бы распоряжаться своим состоянием, — и юноша бросил выразительный взгляд на Генриха.

— Но это ведь ужасно! — не выдержала Марциана, потрясенная тем, что мужчины так легко рассуждают о войне. — Погубить одним махом огромное количество людей — это же просто в голове не укладывается!

— Вы абсолютно правы, моя дорогая. Надеюсь, что когда-нибудь наши правители поймут, как ужасна война, — неожиданно поддержал ее Грифенталь.

— И это говорит военный человек! — с усмешкой произнес барон Манштейн.

— Бывший военный. В течение пятнадцати лет я честно выполнял свой долг, но теперь еще больше уверен в том, что межгосударственные конфликты должны решаться мирным путем.

— Нам бы в своей стране разобраться. Объединение немецких земель — вот наша цель, только тогда мы сможем противостоять остальному миру, — задумчиво проговорил барон Теодор.

— Здесь я полностью с вами согласен, — кивнул ему Генрих, и беседа прекратилась.

Слуги быстро убрали посуду и принесли десерт. За столом некоторое время царила тишина.

— Как прошла охота? — нарушил молчание Генрих и пристально взглянул на лакомящегося сдобой Людвига.

— Мне почти ничего не встретилось, — пожал тот плечами и потянулся за следующим пирожным.

— Тогда почему ты вернулся так поздно?

— Мне не хотелось возвращаться, — вызывающе буркнул юноша.

— Значит, только по собственной прихоти ты заставил егерей бродить за тобой по лесу?

— А почему бы и нет? Это их обязанность.

Марциана заметила, что Генрих вновь начинает гневаться, и решила немедленно остановить разгорающийся конфликт. Юная баронесса ненавидела раздоры, и именно поэтому ей частенько приходилось улаживать ссоры в собственной семье. Вот и сейчас, заметив, как у мужа на скулах нервно заиграли желваки, девушка поспешно проговорила:

— Мне не очень нравится охота. И я знаю, что даже мужчины нередко с удовольствием просто так бродят по лесу, наблюдая за птицами, деревьями и цветами…

Людвиг бросил на нее быстрый оценивающий взгляд, но девушку в этот момент больше интересовало, как муж отреагирует на ее очередное вмешательство в его разговор с племянником. Генрих и на этот раз ничем не выдал своего недовольства, но обратился к мальчику все тем же суровым голосом:

— Ты знал, что я сегодня появлюсь в замке с молодой женой. Ты обязан был одним из первых встретить баронессу Грифенталь. Надеюсь, впредь ты будешь более учтив и сделаешь все возможное, чтобы твоя тетушка чувствовала себя здесь как в своем родном доме.

— О, разумеется.

— Думаю, дядюшка, вы также поможете баронессе освоиться здесь, — обратился Генрих к барону Теодору.

— Буду очень рад, мой мальчик. Мне доставит большое удовольствие присматривать за твоей супругой, — добродушно улыбнулся дядюшка, но Марциана тут же возразила:

— Надеюсь, что никому не придется «присматривать» за мной. Я со всем справлюсь сама, — не очень громко объявила юная баронесса и осторожно взглянула на мужа. На короткий миг ей показалось, что его темные глаза лукаво улыбаются.

— В самом деле? Интересно, чем вы собираетесь себя занять? — невозмутимо поинтересовался Грифенталь.

— У хозяйки всегда полно дел. И не забывайте о детях. Надеюсь, что вы пошлете за Анной? Она, наверное, очень соскучилась по своему дому.

— Если вы так желаете, я отправлю за ней уже завтра. А что касается дома, то Недлиц и Марта прекрасно с ним справляются.

— Они производят впечатление хороших слуг, но меня учили, что дом требует самого пристального внимания хозяйки. Когда мы проезжали по парку, я заметила, что даже там нет должного порядка.

— Что именно?

— Все цветники полны сорняков, за деревьями и кустарниками тоже давно не ухаживали… Да и озеро, мне кажется, заброшено. Я очень сомневаюсь, что в нем водится рыба.

— Возможно, она права, Генрих, — заметил барон Теодор. — Наш садовник уже довольно стар. Наверно, взгляд его притупился, и он не замечает недостатков. Давно пора найти ему замену.