Развод с императором драконов - Юлия Сергеевна Ханевская

— Нам нужно подготовить замок к зиме, — начала я. — У меня тут есть список, который наверняка заставит тебя вздрогнуть.

Он усмехнулся краем рта и вскинул брови.

— Тогда давайте смотреть.

Я развернула список с ремонтами и протянула его к Мартену. Он забрал его, пробежался глазами и хмыкнул, пригладив бороду.

— Водопровод, — пробормотал. — Конечно. Трубы треснули лет пять назад. Тогда решили — обойдемся колодцем. А крыша… — он перевел на меня взгляд. — Вы уже успели наверху побывать?

— Нет. Но Ания говорила, что во многих местах протекает.

Он кивнул, соглашаясь. Затем отыскал кусок уголька у себя на столе и отметил что-то на краю бумаги.

— Фонтан, хм, пусть постоит до весны. А вот склад… да, видел. Полы там гнилые, крыша провисла, если снег ляжет — сложится как карточный дом. Нам-то он был ни к чему, пусто там сейчас. Мне с женой хватало кладовых в замке.

— Я понимаю, но сейчас к нам приехала ваша дочь с детьми. Также у вас есть сын. А зима долгая, мало ли кому еще кров понадобится. Проблему со складом и продовольствием надо решить обязательно.

Он свел брови к переносице и закивал.

— Вы правы, госпожа. Это срочно. Кованые ворота — тоже. Наши слишком старые, может, и кузнец не возьмется латать, только новые заказывать.

— А если я попробую подправить их магией? — спросила я, прищурившись. — Не восстановлю полностью, но укрепить металл могу.

Мартен снова вскинул на меня взгляд.

— А насколько силен ваш дар?

— Давно не практиковалась, — ушла от прямого ответа я. — Но с воротами справлюсь.

Он задумался. Видно, был не из тех, кто бросается словами, особенно если речь шла о магии.

— Попробовать стоит. Если пойдет трещинами — точно придется менять.

Я кивнула. Молча. Потом медленно достала из кармана мешочек с монетами и положила на край стола.

— Вот это… — Мартен чуть придвинулся, но не взял. — Это от Его Величества?

— От него, — ответила я резко. — Деньги есть. Нужны только руки.

Он посмотрел на меня долго, как будто видел впервые. Затем медленно выдохнул и позволил себе короткую улыбку.

— Ну наконец-то… наконец-то у этого замка появился шанс. Если вы готовы вложиться монетами — я найду тех, кто вложит силу и труд. Сегодня к вечеру мой сын вернется — он в конце каждой недели привозит нам съестное с рынка. Он извозчиком трудится, карета и две кобылы в его распоряжении. Тогда заночует тут, а с утра мы с ним отправимся до города.

— Отлично. Пока ты поищешь мастеров — водопровод, крыша, склад… Я с сыном твоим отправлюсь на рынок. Начнем запасаться всем, что необходимо на зиму.

— Вам лучше и Тиллу с собой взять, — заметил он. — Она в торговых рядах, как рыба в воде.

— Хорошо.

Мартен покивал и задумался. Он уже полностью включился в дело, склонившись над списком.

— Я еще добавлю: трубочиста надо пригласить. Есть камины — дышат как драконы, только не жаром, а дымом. И в некоторых щели залатать, иначе угорим. А вот дальше… если есть средства, может, стоит подумать о живности? Пара коз — для молока, десяток кур, может, уток. Не на мясо — на яйца. Мы бы с женой занялись, дети тоже помогут. Если корм купить — зерна, сена… будет запас.

Я задумалась. Мысли о будущем теперь все чаще пересекались с настоящим — как будто я врастала в землю, на которой стою.

— Да, мне нравится эта идея. Только возьмите реализацию полностью на себя.

— Замечательно! — он еще больше приободрился. — Берите перо, госпожа, это надобно записать. Значит, вот как мы поступим…

Мартен уже не просто помогал — он будто ожил. Говорил быстро, уверенно, по-хозяйски, и я почувствовала, как с каждой написанной строкой мои намерения становятся не только словами, но и делом.

Мы сидели за старым столом, над свежими списками, и в этом было нечто важное. Это было укоренение моей застоявшейся за прошедшую неделю жизни.

Первый план. Первый шаг.

И не к роли чьей-то жены.

К роли хозяйки Лаэнтора. Настоящей.

Глава 4

Колеса кареты со скрипом преодолели последний поворот, и за перелеском показались башни Лаэнтора. Серые, строгие, окутанные полуденным светом, они возвышались над землей, будто вырезанные из скал. Сердце у меня отозвалось тяжестью — то ли от усталости, то ли от мысли, что все только начинается.

Мы с Тиллой сидели внутри, буквально придавленные мешками, корзинами, свертками и тканевыми тюками. Вся повозка была битком набита припасами: сушеными травами, ягодами и грибами, крупами, солью, медом, маслом, простой одеждой, что я купила на смену помпезным платьям, и даже новым котлом, который мы, не придумав ничего умнее, поставили мне на колени.

Гедрик, сын Мартена, сидел наверху, правя лошадьми. Он был молчалив, но надежен — помогал нам на рынке без единого недовольного слова. Две кобылы, запряженные в карету, фыркали, устало перебирая копытами по каменистой дороге.

— Еще бы одна корзина, я сидела бы на крыше, — простонала Тилла, прижимая к себе сверток с хозяйственным мылом.

Я слабо улыбнулась. На улыбку повеселее уже не оставалось сил.

Рынок гудел с самого утра. Несмотря на то, что я не один год прожила в столице, в том районе ни разу не бывала. Одевшись в одолженное у Тиллы крестьянское платье и побитый молью шерстяной плащ, я не опасалась, что меня кто-то узнает в толпе.

Мы ходили от ряда к ряду, вглядываясь в лица, вороша прилавки, торгуясь, смеясь, пробуя теплый сидр, который подавали прямо в облитых смолой кружках и закусывая его теплыми кренделями, обсыпанными маком.

Воздух был насыщен — то пряным запахом корицы, то стойким, как хмель, ароматом козьего сыра. Где-то курицы неслись прямо в ящики, и перья летели в воздухе, как хлопья снега. Рыночный гвалт обволакивал с ног до головы: крики торговцев, писк детей, лай собак, скрип телег и плеск воды в ведрах. Казалось, весь город высыпал на улицу.

Я старалась быть внимательной — к ценам, к качеству товаров, к словам продавцов. Тилла спорила с мясником за каждый медяк, уверяя, что его окорока залежались. А я — я просто старалась удержать в голове список и не дать себе упасть.

Устала я еще там, в первом часу. Но не остановилась.