МОЯ. Я тебя присвою - Айрин Лакс

И вроде бы ничего нового, да?

Ничего из того, о чем бы я уже не знала.

Если бы не это ужасное предложение:

«Ты продала дочь. Продала дорого. Я её купил»

Сердце взрывается, словно там сдетонировала бомба замедленного действия.

И следом ещё пару фраз, после которых хочется помыться:

«Буду делать всё, что захочу, как захочу. Моя игрушка…»

Я не дурочка и понимаю, что разговор не был предназначен для моих ушей.

Ухожу быстро-быстро, стараясь остаться незамеченной.

Почти бегу по роскошным коридорам, скорее-скорее.

Добраться до спальни и сделать вид, что не уходила. Не подслушивала, не таилась, как воришка.

Сердце грохотом барабана отзывается в крови.

Залетаю в свою комнату, шумно дыша.

В зеркале отображается встревоженная, раскрасневшаяся.

Ни грамма спокойствия.

Нужно занять себя чем-то…

А как хочется позвонить. Позвонить и обматерить гадину… Я ее мамой называла! МА-МОЙ! Скотина….

Ненавижу гадину. Не-на-ви-жу, тварь!

Как хочется отомстить!

Впиваюсь ногтями в ладонь, измеряя шагами комнату.

Ненависть клокочет в горле.

О, если бы Мария попалась мне сейчас под руку, я бы располосовала ей лицо и глаза выцарапала. Она бы от меня целой и невредимой не ушла. Сука драная….

И как от такой гадины могли получиться такие чудесные близняшки? Наверное, они все взяли от папы и ничего от мамашки. Она просто пузо для вынашивания, чрево… Нет, ничего в них от нее нет! Скотина…

Хожу нервно, успокоиться не получается.

Как бы я ей отомстила? Как?!

Возможностей нет.… Но если однажды все изменится, о, если только изменится…

Мысли немного изменили свое направление…

Чтобы занять себя, начинаю разбирать гардероб.

Поначалу я не придала значение, но сейчас оценила: все бренды, что есть у меня, есть и здесь. Любимые марки.… Даже духи! Черт! Клетка-то золотая.

Провожу пальчиками по рядам одежды, доходя до платьев в самом конце.

Наугад вынимаю одно — золотистое, тонкое, будто вторая кожа, деликатный блеск напоминает брызги дорогого шампанского.

Интересно, зачем Зорину это?

Я же родить ему должна и все. То есть сидеть и горевать, что меня тошнит, что я толстая и все в таком духе.…

Ещё капризничать и есть всякую дичь.

— Нравится?

Пальцы разжимаются, уронив вешалку с платьем.

— Вы меня напугали, — с укором смотрю на Зорина, подкравшегося незаметно.

— Сегодня ужин. Выбери что-нибудь достойное. На выход. Не на красную дорожку, как это… — кивает на упавшее платье.

— Ужин?

— Да. В заведении. Зайду за тобой в девять.

— Поздний ужин?

— Да. У меня много работы.

Зорин поправляет часы на запястье. Он снял пиджак, закатал рукава рубашки. Волоски короткие и даже на вид жесткие, будто пружинки.

Взгляд соответствующий. Острый, режущий. С каким-то азартом, от которого на коже выступают мурашки и хочется закрыться. Ещё больше — закутаться в плед с головой и не высовываться.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — спрашивает с улыбкой, разглядывая меня.

— Только спросить.

— Попробуй, — кивает.

— Мне вернут мой планшет? У меня много начатых работ. Было бы не очень радостно лишиться всего.

— Давай мы договоримся, сначала ты себя хорошо покажешь.

— Хорошо — это…

— Целовать меня ты не захотела, как следует! — заявляет скучающим тоном, сунув ладони в карманы брюк. — Я ещё сомневаюсь, вдруг стоит продлить твой испытательный срок.

— Так вам инкубатор нужен? Или любовница?! — вспыхиваю.

— Любовница у меня уже есть.

— Тогда зачем мне вас целовать?!

— Ты же не думаешь, что я её целую, — хмыкает. — Она готова подошвы моих ботинок лизать, и я не стану с ней целоваться.

— То есть. Инкубатор и поцелуи.

— Я бы назвал это прелюдией. Затяжная прелюдия…

У меня перехватывает дыхание.

Целовать этого гада. Вот ещё!

Но мне нужно получить свое. Упрямством вряд ли получится добиться.

Вешаю платье обратно в шкаф, делаю шаг в сторону мужчины. Он стоит неподвижно. Ничем помочь не желает. Только пялится. Алчно, с интересом.

С ненавистью?

Явно не безразлично.…

Поцелую его быстренько. Сделаю вид, что мне нравится.

Придется задержать дыхание, как будто ныряю… В конце концов, это просто поцелуй.

Ничего больше.

Пока, ничего больше, поправляю себя.

И нет, не думать. Предпочитаю не думать.

Быстро шагаю к мучителю, цепляюсь пальцами за плечи.

Он высокий, приходится приподняться.

Смотреть на его крупный, мастерски вылепленный рот практически невозможно. Автоматически прикрываю глаза, коснувшись его губ своими.

Теперь поводить губами туда-сюда, немного углубиться и не думать.

— Неплохое начало, — бормочет в мои губы, сбивая с намерений.

Неожиданно вздрагиваю, мазнув губами по его рту.

Застываю в моменте, когда они приоткрыты.

— Тебе помочь? — спрашивает насмешливо и… неожиданно жестко сгребает меня в охапку.

Взвизгнув, цепляюсь за его плечи крепче и ахаю, когда лопатки жестко касаются стены.

Возмущенный вскрик тонет, сменившись ахом и удивлением, когда мужчина сам начинает меня целовать.

Втиснув в стен, уверенно исследует мои губы своими.

Пробует на вкус, втягивает, щекочет языком.

Согревает жарким дыханием.

Отпускает….

На миг.

Снова бросается в атаку, скользя по губам влагой своего языка.

Запретный, влажный жар находит дорожку, пробивается между губами и скользит дальше.

Теперь мой рот полон чужого вкуса, который впрыскивается в меня по капле, как опасный яд.

Медленно и неумолимо доза увеличивается.

Глубина проникновения возрастает.

Теперь его язык.… уверенно и сильно толкается в мой рот, касаясь языка.

Я поражена и удивлена: поцелуй слишком уверенный. Я-то думала, что целоваться умею, но, кажется, это совершенно не так.

Он меня кружит и выводит на новые эмоции, ощущения.

Так ново и волнующе. Я даже забываю, что меня целует враг семьи.

Сейчас он просто напористый и очень умелый мужчина, который плясками своего языка вызывает во мне вихрь.

Сердце стучит слишком нервно, захлебываясь.

Переходит на рваный, спотыкающийся бег, когда мою грудь стискивает крепкая ладонь.

Я протестующе стону, касание слишком дерзкое и откровенное.

Зорин отступает, тряхнув головой.

Мой рот горит. Дышать нечем.

— Как-то так… — говорит мужчина. — В девять будь готова.

— Хорошо.

Мужчина делает шаг к двери.

— Проверю.

— Что именно?

— Проверю, как ты запомнила этот урок, — ухмыляется криво, вытерев рот ладонью. — Жду больше участия и игр язычком.

Теперь он снова вызывает у меня раздражение!

Бесит….

Я надеюсь лишь на то, что он не заметил, что я подслушивала. Но даже не подозревала, что он уже кое-что задумал.…

Прекрасное и ужасное одновременно.

Полностью в его духе.

Глава 8

Таша

Я выбрала черное коктейльное платье, мой любимый чокер из черного хрусталя с