МОЯ. Я тебя присвою - Айрин Лакс

— Тетя Аня возила нас везде-везде! — захлебывается восторгом Алина. — Маришка сделала красной, потому что съела много леденцов, а мама ела вафли с зеленым мороженым. Но мама не позеленела….

— Так, Алина, хватит! — одергивает ее мама и забирает у близняшек телефон. — Таша?

— Да, — отвечаю едва слышно.

— Будь умницей, люблю тебя.

— И я.… — выдавливаю.

По голове будто пыльным мешком огрели. Сестрички либо что-то напутали, рассказав, как гуляли с няней Анной и мамой, либо…

Нет, наверное, они просто напутали.

Слишком нереальной кажется версия, что мама меня обманывает.

— Поговорила?

Я вздрагиваю от неожиданности. За своими переживаниями совсем забыла о Зорине, который оказывается очень близко.

Так близко, что я могу разглядеть тонкие и редкие, но все-таки серебряные нити в его темных волосах. Он, что, седой? Так рано?!

Зорин забирает мой телефон и внезапно сокращает расстояние до минимума.

— Поцелуй меня, — требует.

Глава 5

Таша

В голове слишком много мыслей. Обрывки догадок. Такие кошмарные, что за них страшно ухватиться. Боязно ухватиться, разглядеть поближе и понять: все, что я думала и знала, может в реальности быть не тем, чем казалось ранее.

Слишком много потрясений для одного дня. В несколько часов уложилось событий больше, чем за весь прошедший год, ещё и этот.…

Со своим требованием:

— Поцелуй меня.

И через секунду добавляет нетерпеливо:

— Я дважды повторять не люблю.

Успела только вскинуть взгляд и почти сразу же утонула в темных, расширенных зрачках мужчины. Их сжигал какой-то внутренний огонь.

А потом, почувствовав, как он крепко обхватил меня за затылок, я зажмурилась.

От страха.

И губы поджала.

Поцелуй Зорина оказался сухим, обжигающим.

От него будто исходит трескучее, сильное электричество.

Губы покалывает, кожу головы обжигают касания сильных пальцев.

От тела Зорина тоже пышет зноем и дорогим парфюмом.

Сухо и горячо, как в пустыне.…

Ещё одно касание — более твердое и напористое. За ним — ещё одно.

Сердце стукается о грудную клетку и проваливается куда-то в пятки от этих прикосновений.

— Поцелуй меня хорошенько, Таша. И можешь отдыхать, — немного раздраженным голосом произносит Зорин.

Раздраженным и севшим, будто охрип….

Сглатываю сухой колючий ком. Легче ничуть не становится. Челюсти плотно сжаты, дышу часто и коротко через нос.

— Не хочешь? Я разочарован. Думал, мы подружимся.

— Подавитесь, нате… — шиплю и, распахнув глаза, целюсь в его рот своими губами.

Он быстро отводит голову назад, но недостаточно быстро. Я все-таки успела накрыть его рот и даже лизнула губы языком, будто животное.

— Так сгодится? — шепчу, отпрянув.

Теперь он меня не держит. И мы разглядываем друг друга с новой эмоцией.

Я — настороженно, с затаенным страхом, что последует дальше за этой выходкой.

Зорин — с удивлением и некоторым интересом.

— Можно было обойтись простым поцелуем. Лизать меня не просил. Но если тебе так понравилось… — улыбается. — В следующий раз посмотрим. Отдыхай, Таша.

— В следующий раз я съем головку чеснока и целую луковицу! — срывается с моих губ в знак протеста.

Зорин останавливается у двери, опустив пальцы на ручку.

— Я заставлю тебя прополоскать рот и почистить зубы, негодяйка! — добавляет с ироничной усмешкой.

Ему ещё и весело!

Конечно!

Он купил себе бесплатный аттракцион для веселья — и акробат, и клоунесса, и фокусник — все в моем лице!

* * *

Зорин

— Назар Семенович.

— Слушаю, Михаил.

Отвлекаюсь от увлекательного просмотра видео с Ташей на разговор с водителем. Хотя откровенно увлекательного в видео с Ташей мало. Она обошла комнаты, заглянула в ванную, долго умывала лицо. Подозреваю, маскировала за этим слезы, потом вернулась в комнату, легла на кровать и обняла подушку. Все. Вот уже больше часа лежит без движения.

Отвернувшись от экрана с видео, прикрываю глаза. Долго смотреть в одну точку устали глаза. Закрываю веки, под ними пляшут черные точки. Пляшут и пляшут, черти.… Раздражают.

Ещё больше раздражает то, что радости в себе я не ощущаю.

Вот Наташа у меня. В руках. Делай, что захочу.

И мне ни радостно, ни благостно.

На душе ни хрена не просветлело.

И не факт, что просветлеет.

Месть вообще не вдохновляет. Не окрыляет. Месть придает стимул двигаться вперед, когда она — как та морковка перед носом у ослика.

Но я давно понял, в чем тут наёб. И что дальше?

Просто цель. Просто достигнута.

Просто галочка в пустующей графе.

Того ли я хотел?

Отматываю назад. Слишком давно назад…

Нет, не стоит. Но ведь могло быть иначе, так?

Из головы не выходит, как Наташа не хотела меня целовать, а потом лизнула, будто мерзость, которую вынуждают лизать.

Передернуло. Возмутило. Возбудило.

Не знаю, чего больше.

Просто радости нет. Фейерверков, салютов и ебучих искр радости.

Только мушки перед глазами от тотальной усталости.

Со стороны все прошло легко и гладко, без усилий, но это не так. Мне стоило больших трудов все рассчитать, осуществить без сучка и задоринки и так, чтобы никто не пострадал…

— Ты что-то хотел, Михаил? — вспоминаю про водителя.

— Отвез Таю.

— Молодец, — внутри вспыхивает раздражение. — Это все?

— Нет. Вы просили докладывать, если что-нибудь замечу.

— Так.

— Сегодня Тая изменила привычный маршрут.

— Что, новый салон для коготков или лазерной эпиляции бикини?

— Нет. Она заехала в клуб «Sunshine». Мне показалось это странным в такое время.

— Хорошо, спасибо, что сообщил. На сегодня свободен, больше не понадобишься. Можешь ехать к семье.

Отпускаю водителя, держа на лице безразличное выражение.

Но сам перебираю варианты.

Водителю показалось странным, что Тая заехала в «Sunshine». Ещё бы! Мне тоже показалось охренеть каким странным, что моя шлюха делает в клубе, которым владеет мой конкурент!

Набираю ее номер, жду.

Тая отвечает привычно-сладким:

— Да, любимый. Все-таки соскучился?

— Решил уточнить, какие у тебя планы на наделю?

— Съемки, начиная со среды. Довольно плотный график. Я уточню у менеджера и перешлю тебе. Если нужно освободить какое-то особенное время, предупреди заранее, пожалуйста. На выходные — показ.

— Подумываю кое над чем. Скину. Как настроение сегодня?

— Расстроилась, что ты мне не рад. Заехала к подруге, в кафе, на чашечку латте. Но ты всегда можешь поднять мне настроение сильнее, чем кофе.

— Не расстраивайся, Тая. Жду твоего расписания.

Может быть, шлюха соврала, а может быть, и нет? Вдруг в том клубе трудится какая-нибудь бывшая сотоварка, менее удачная, чем Тая. Ведь моделек как грязи, а знаменитыми становятся единицы.…

Как бы то ни было, надо присмотреться к Тае внимательнее.

И что там с Наташей?

Я перевожу взгляд на монитор. Все так же лежит. Спит,