Тыквенно-пряный парень - Соль Валентайн

– Спорим?

– О чем?

– Что я смогу сделать «Магию кофе» прибыльной.

– И зачем мне этот спор?

– Ну так ты же с пятого класса мечтаешь меня унизить. Показать, какой ты крутой. Ты и сейчас бесишься, потому что бабушка заставила тебя уехать. Тебе невыносима сама мысль о том, что тебя едва не выперли из школы из-за девчонки. Вот ты и дождался возможности на мне сорваться. Что, не так? Вот тебе шанс. Если до Нового года не будет прибыли…

Его губы трогает кривая самодовольная усмешка.

– Ты запишешь видео и выложишь на свои каналы. Где признаешься, что устраивала мне буллинг в пятом классе. Что подставила меня и что из-за тебя мне пришлось уйти из школы.

Я задыхаюсь от наглости. Я? Буллила Лукина?!

– Да ты… ты… в тебе хоть капля порядочности есть, Луковая ты Башка?! Из-за меня тебе пришлось уйти из школы?

– Ты же сама так сказала, – со смехом пожимает плечами Андрей. – Вот тебе условие. Проиграешь – покаешься, расскажешь, какой невыносимой была в детстве и как тебе стыдно. Попросишь прощения.

– Ладно. А если выиграю – это сделаешь ты.

– Идет. Только условие: я буду тебе активно мешать. Не думай, что получится наклянчить донатов или доложить в кассу свои деньги. Я сделаю все, чтобы ты проиграла, Тыква.

– Хорошо. Но у меня тоже условие: полная свобода. Любые акции, мероприятия, меню. Все, что я захочу. Даже если я стою и раздаю кофе бесплатно, ты не смеешь вмешиваться.

– Договорились! Срок – к Новому году. Прибыль… ну пусть будет не меньше двадцати тысяч. Без учета зарплаты.

– Я знаю, что такое прибыль, Лукин!

Вместо ответа он протягивает мне руку, и после секундного колебания я решительно ее сжимаю.

– Кир, разбей! – просит Андрей.

Пожав плечами, Кир выполняет просьбу, и я выдыхаю. Теперь у меня есть месяц, чтобы сохранить работу, вывести кофейню на доход и утереть нос самому невыносимому придурку из существующих на планете Земля.

– А чего все притихли? – Из уборной возвращается безмятежная Рита. – Аль? Что тут случилось?

– Все супер.

Я вешаю куртку на стойку для посетителей и захожу за прилавок – мыть руки и заплетать волосы.

– Внимание всем! Кофе, чай, пирожные и все остальное – рассчитываемся по меню!

Народ возмущается: Лукин, разумеется, звал всех просто посидеть. Я вижу, как он стремительно свирепеет, и ничего не могу с собой поделать: это очень весело!

– Что ты на меня так смотришь? Сам согласился. Полная свобода. Ты их пригласил, ты и плати. Картой или наличными?

Мы снова в центре внимания, и снова все ждут реакции Андрея. После долгой паузы, смерив меня мрачным взглядом, Лукин лезет в карман за карточкой, и я ликую.

Сегодня кофейня точно в плюсе, а хорошее начало – залог выигранного спора!

– Алька! Ты дома? Альбина!

Конечно, я дома, бабушка ведь не отпускает меня гулять, когда куда-то уходит. Но мне нравится, как она спрашивает, дома ли я, когда возвращается. Как у взрослой.

Дома хорошо. Елка, мишура, взятая в библиотеке книжка. Бабушка обещала принести мандаринов, чтобы веселее было резать оливье. А потом мы посмотрим «Один дома», лежа на большом диване в полной темноте в ожидании салютов.

– Иди сюда, смотри, что я принесла! – говорит бабушка.

И я несусь к мандаринам на всех парах.

От ба веет холодом с улицы. А еще в ее руках слишком много пакетов. Что в них? Я чувствую счастье. Просто чувствую, как любой ребенок, предвкушающий праздник.

– На, смотри. – Один из пакетов ба протягивает мне.

Там что-то серебристое, похожее на ткань. С замиранием сердца я вытаскиваю роскошное платье. Невероятной красоты. В сравнении с ним мое, испорченное, которое бабушка как могла аккуратно зашила, чтобы мне было в чем встретить Новый год, просто рабочее платье Золушки.

Это – из магазина. На нем стразы и белоснежный мех, это не просто платье, это платье из шкафа Снежной королевы.

– Где ты его взяла? – спрашиваю я.

– Родители Андрея передали тебе взамен испорченного. Просили прощения. И вот, еще подарок.

Кажется, счастливее уже быть невозможно, но я еще и получаю небольшую коробочку, по виду которой сразу понимаю, что внутри. Но не могу поверить.

– Это мне? – спрашиваю я.

– Тебе. – Ба как будто не одобряет подарок.

Так оно и есть, наверное. Но еще ба – самый честный человек из всех, кого я знаю. И если подарок предназначен мне, она обязательно его передаст.

– Вот что Альбина, договариваемся сразу: в школу ты его не носишь. Дома ты за него берешься только после того, как сделала все уроки. И сидишь в нем не дольше двух часов за раз. Поняла?

Я киваю, прижимая к груди простенький, но новый смартфон.

– На этом инцидент с Лукиным исчерпан. Родители переведут его в другую школу, так что, дорогая моя, больше никаких драк, поняла?

Лукина переводят! Он больше не будет со мной учиться, не будет меня доставать!

– Ба, ты самая лучшая!

Я вишу у бабушки на шее и радостно смеюсь.

Новый год я буду встречать в самом красивом платье на свете.

У меня есть новый телефон, как у всех ребят в классе.

И никогда, никогда больше я не увижу Андрея Лукина!

Разве жизнь может быть еще прекраснее?

Глава 4

Раф с лавандовым сиропом

На следующий день я просыпаюсь так рано, как никогда не вставала. Да я толком и не спала, обдумывая стратегию, планы, дальнейшие шаги. Листала странички известных кофеен, вдохновлялась эстетиками из «Пинтереста», размышляла, как бы так утереть нос Лукину, чтобы с его лица сошла самодовольная ухмылка. Пыталась убедить себя, что соперничество и месть – не лучшая мотивация для успеха, но ничего не