Зверь. Мое наваждение - Лана Легкая

Я игнорирую сказанное.

– Вам что-нибудь еще нужно? – интересуюсь вежливо, сжав в руках поднос.

– В три?

– Хорошего вечера, – произношу я и иду к выходу.

Мужчина настигает меня через секунду. Грубо хватает за предплечье, разворачивает и прижимает к себе.

– Отдай, – он вырывает из рук поднос и кидает его под ноги.

– Пустите, – шепчу я.

Дергаюсь. Но разве можно вырваться из лап хищника? Остается только молить.

– Отпустите, пожалуйста, – произношу я жалобно.

Я утопаю в тяжелом запахе мужского парфюма. Это настоящий яд, что окутывает меня своим парами и лишает воли.

– В четыре раза? Этого достаточно?

Мужчина держит меня так крепко, что я чувствую движения его мышц на груди и бедрах. А еще я чувствую, как его член наливается кровью. Становится твердым. Пульсирует, упираясь мне в живот.

– Нет, – выдыхаю я, не поднимая взгляда.

Я боюсь смотреть хищнику в глаза. Боюсь, что он прочитает меня, словно раскрытую книгу.

– Тебе не кажется, что ты переоцениваешь себя? – Сильные пальцы ложатся на затылок, стягивают волосы и заставляют меня поднять голову. – Я не люблю переплачивать за то, что не стоит этих денег, – произносит с угрозой.

Зверь пожирает меня взглядом.

– Так не платите, – отвечаю я тихо.

– Сколько?!

Он заставляет меня подняться на носочки и тянуться за его рукой.

– Я ни за какие деньги не стану твоей подстилкой, – шепчу я, морщась от боли. – Плевать я на них хотела! У меня есть гордость, и я не хочу тебя! – произношу срывающимся голосом. – Пусти, больно.

Хватка ослабевает.

Зверь не удерживает меня, но и не позволяет уйти. Массирует пальцами затылок и шею.

– Не хочешь? – спрашивает он.

– Нет!

– Ну давай проверим.

– Нет! – вскрикиваю я. – Правилами клуба это запрещено!

Мужчина ухмыляется.

– Что именно?

– Там все прописано, я читала. Клиент не имеет права применять силу или иные меры воздействия, чтобы склонить сотрудника к интиму, – выдаю я заученную строчку. – Все может происходить только по обоюдному согласию.

– А разве какой-то из пунктов нарушен?

Зверь в последний раз стягивает волосы. Боль едва различима и приятна. И опускает руку. Больше не касается меня.

– Я не применяю силу, – он делает первый шаг, заставляя меня отступать. – Не угрожаю, – второй шаг. – Не напоминаю о том, что тебе, Кузьмина Есения, деньги нужны больше, чем воздух.

Только коснувшись спиной прохладной зеркальной стены, я понимаю, что Зверь играл со мной. Загнал свою жертву в угол.

Я в ловушке!

Мужчина делает последний шаг и оказывается непозволительно близко. Наши тела практически соприкасаются.

– И уверен, что ты прямо сейчас течешь. Твое белье уже насквозь мокрое.

И он прав! Сама не понимаю себя. Но одной лишь близости Зверя мне хватает, чтобы низ живота наливался тяжестью. Я чувствую приятные покалывания и собирающуюся влагу.

– Нет! – я повторяю в очередной раз. И голосом выдаю свою ложь.

Мужчина смеется надо мной. Чуть подается вперед, склоняется.

– Запомни, Есения, больше всего я не люблю ложь. В особенности лживых баб, что строят из себя недотрог, а покажи им деньги, с радостью раздвигают ноги. Я за честные отношения. Ты хочешь получить сумму покрупнее, а я хочу получить тебя. Скорее всего, ты этих денег и не стоишь.

Он говорит мне, глядя в глаза. Наши лица разделяют ничтожные сантиметры.

– Я не понимаю, зачем ты мне это рассказываешь, – отвечаю я подрагивающим голосом.

– Даю тебе шанс, – произносит Зверь грубо. – Но ты им не собираешься пользоваться, как я посмотрю.

– Я уже все сказала, – отвечаю я.

Мужчина нависает надо мной. Он подавляет. Не только ростом, но и своей энергетикой. Тяжелой. Злой.

Я ищу опору, и мои руки скользят по глади зеркала, оставляя следы на кристально чистой поверхности.

– Я тебе дал шанс, – произносит Зверь.

Я на долю секунды поверила, что он отпустит меня. Что достаточно унизил, не получив желаемого. Но эта вера – ошибка.

Два резких движения, и Зверь собирает форменную юбку почти до талии, обнажая меня. Его рука по-хозяйски накрывает лобок и грубо ведет вниз.

– Ну? Что я говорил, – он зло смеется надо мной.

– Пусти! – рычу я, пытаясь оттолкнуть мужчину.

– Тише, – он перехватывает мои руки и заводит их за спину. – Повернись, – дергает, и я вижу нас в отражении.

Мужчина отступает, утягивая за собой – так ему проще рассмотреть меня. Удерживает, ведет взглядом по ногам. Поднимается от ступней, закованных в лодочки на невысоком каблуке, к коленям и выше, к бедрам.

Зверь ухмыляется, замечая пятно влаги на моем белье.

– Течешь, Есения, – произносит с удовольствием.

Я дергаюсь, всхлипываю. От стыда в уголках моих глаз собираются слезы.

Почему я не могу чувствовать подобного влечения к Жене, почему именно к Зверю?! Почему?!

– Я не сделаю тебе плохо.

Мужская ладонь ложится на низ живота. Я готова разрыдаться от беспомощности. Спускается. Застывает на грани, еще чуть-чуть – и он коснется меня там!

– Пожалуйста, – умоляю я.

– Да без проблем, – усмехается мужчина, и его твердые пальцы накрывают промежность. Ведут вниз, тут же поднимаются, чуть надавливая. – Расставь ноги, – произносит как приказ.

– Нет.

– Расставь!

Я зажмуриваю глаза и делаю то, о чем Зверь меня просит.

– Умница, – слышу хриплый шепот у самого уха. – А теперь открой глаза.

Все мое нутро сопротивляется сказанному, но я повинуюсь.

– Смотри, Есения.

Мужская ладонь скользит по влажной ткани трусиков. Двигается медленно, чуть надавливает на вход и возвращается, задевая клитор, от чего с моих губ впервые в моей жизни срывается стон.

Не притворный. Нет! Настоящий.

Женя показывал мне порно и говорил прямым текстом: «Я хочу, чтобы ты делала так же». И я повторяла за актрисой.

А сейчас я не притворяюсь, нет! Я не могу сдержать себя…

– Ты всегда так не хочешь? – мужчина насмехается надо мной, не забывая играть с плотью.

– Пожалуйста, – шепчу я дрожащим голосом. – Это неправильно. Нехорошо, – я чувствую, как одинокая слезинка катится по моей щеке.

– А если так?

Пальцы мужчину подцепляют резинку на белье, катятся по обнаженной коже и безошибочно находят чувствительную точку. Растирает влагу подушечкой пальца, ласкает круговыми движениями.

– Не надо, – выдыхаю я и хватаю ртом воздух.

Кажется, я сейчас потеряю сознание.

Я больше не сопротивляюсь и не пытаюсь сбежать. Я хочу, чтобы Зверь продолжал. Пусть это мерзко! Пусть неправильно! Но если он сейчас ничего не сделает, я просто умру. Не выдержу напряжения.

Мужчина больше не удерживает мои руки – он обнимает меня, не давая упасть. А я прижимаюсь к твердой груди и умираю.

– Смотри! – вновь приказывает он. – Смотри, Есения!

Его голос превращается в животное рычание.

– А-а-ах, – выдыхаю я,