Льдинка - Мария Печурина

— Не волнуйся за меня. Я в порядке. Спасибо за завтрак, — сдержанно произношу я, ставя тарелки на поднос.

Я даю понять, что разговор на этом закончен. Она понимает и мрачнеет. Интересно, ее накажут за то, что она не сумела выудить из меня информацию?

— Я принесла бумагу и карандаши, как ты просила, — она кивает на комод около двери.

— Спасибо.

Все! Я больше не хочу что-то обсуждать. Мои руки уже зудят. Я хочу рисовать. Конечно, карандаш — это не то, что краски. Но сейчас меня это мало волнует.

Я снова рисую снег…

***

Я рисую и рисую. Везде снежинки в увеличенном размере. Мне необходимо вылить на бумагу все мои эмоции. К тому моменту, как возвращается Роксана с подносом еды, я уже сделала массу зарисовок, потеряв счет времени.

Роксана улыбается мне, а когда видит мои снежинки, замирает и только хлопает глазами.

— Они потрясающи, — шепчет она. Теперь наступает моя очередь впасть в ступор. Я, конечно, рисовала картины уже несколько десятилетий, но еще ни разу никто их не видел. Оказывается, выслушивать мнение других — это пытка. Я вздыхаю с облегчением, хотя вроде бы и не была напряжена. Мне приятно, что кто-то оценил мое творчество.

— Можно? — робко спрашивает Роксана, указывая на один из листов. Я лишь киваю и протягиваю его девушке. Она долго рассматривает рисунок, будто впервые видит снег.

— Это что-то волшебное. Может ты и вправду снежная королева?

«Хм. Оказывается, у меня уже есть прозвище». Я пожимаю плечами.

— Я ужин принесла, давай, садись живенько, а то остынет, — произносит Роксана, не отрываясь от снежинок.

Я ем и наблюдаю за тем, как она рассматривает мои творения. Она так легонько касается их, будто они могут растаять от этого. Я улыбаюсь.

— Никогда бы не подумала, что можно так изобразить снег, — присаживаясь напротив, произносит Роксана. — У тебя талант.

Я чувствую, что к моим щекам приливает кровь. «Интересно, откуда она только берется в моем истощенном организме?»

— Я люблю снег, все дело в этом, — шепчу я.

— Так у тебя никогда не было пары? — Роксана окидывает меня странным взглядом. Я опускаю вилку. Есть мгновенно расхотелось. Они снова начинают свой допрос.

— Нет. Ешь, — сердится Роксана.

— Я не понимаю, что вы имеете в виду под парой, — вздыхаю я, пробуя мясо.

— Ты действительно загадка, — шепчет она. Я мысленно загибаю пальцы, считая свои прозвища. — Ну, у нас парой считается… эм-м-м… вампиры противоположного пола. Муж и жена.

— И все? — удивляюсь я. «Вроде бы в книжках я читала про связь и все такое».

— Нет. Это трудно объяснить. Между нами возникает некая связь, — пожимает она плечами. Видимо, ей трудно даются такие вопросы. Ага, а я снова удивляюсь прозорливости авторов вампирских романов. — Иногда это бывает между тем, кто обратил и непосредственно обращенным.

— Он меня бросил, — шепчу я, — поэтому навряд ли у нас с ним была связь.

— Тебя бросил тот, кто создал? — вскрикивает она с неподдельным удивлением.

— Да. Я была ему не нужна.

— Это против правил, — взволнованно шепчет Рокси. — Если его найдут, то будут судить.

— Мне все равно. Я раньше и с вампирами-то не виделась ни разу. Я привыкла быть брошенной, — Роксана смотрит на меня немигающим взглядом. Я пожимаю плечами. — Родители бросили меня… в монастырском приюте.

Роксана прижимает ладошку к губам. В ее глазах блестят слезы. «Ну вот. Я чувствую себя дерьмом».

— Не смей меня жалеть, — стараюсь равнодушнее произнести я, но яд злости просачивается в мои слова. Я решаю сменить тему: — А у тебя есть пара?

— Да. У всех в доме есть пара…, — она заминается, — кроме тебя, ну и короля.

— Короля??? — выдыхаю я и начинаю кашлять, поперхнувшись едой.

— Да, Маркуса.

— Это тот, что умудрился притащить меня сюда? — фыркаю я, чем снова удивляю Роксану.

— Да. Больше у нас нет королей.

— Понятно, почему он без пары.

— Он хороший, — пытается оправдать его Рокси. — Просто… король.

— Да уж замашки у него и вправду царские, — ухмыляюсь я.

— На самом деле все не так. Король обязан найти свою истинную пару. Только при таком союзе у нас рождаются дети.

Я таращу на нее глаза. Жесткие законы. Мое воображение рисует неприятные картины страдающих одиноких вампирчиков.

— А как определяется эта истинная пара? — любопытствую я.

— По крови.

— Анализы что ли? — удивляюсь я.

— Нет, конечно, — смеется Роксана. — Когда пьешь кровь другого вампира.

— Так значит вы питаетесь друг от друга? — кривлюсь я. — А люди чем вас не устраивают?

— Их кровь слабая. Попробовав один раз кровь вампира, уж точно не согласишься пить потом человеческую.

— Хм. И как узнать, когда пьешь, что вампир твоя пара? — продолжаю я любопытствовать. «Может, потому король и хочет, чтобы я его куснула?»

— Истинная пара — это больше, чем просто муж и жена. Это единое целое, — Роксана будто погружается в свои воспоминания, и на губах ее играет загадочная улыбка. — Кажется, что нет ничего в мире важнее, чем он, его присутствие рядом. Но чтобы все это понять, надо хотя бы попробовать…

— Ясно, — перебиваю я Роксану, понимая, куда она ведет. — Тогда мне жаль короля. Неужели нельзя что-то придумать? Он же один… и на нем, получается, все может закончиться.

— Не смей так говорить, — шепчет Роксана. Она даже бледнеет от моих слов. — Если тебя кто-то услышит, то ему могут доложить, а он не любит касаться данной темы. Накажет еще…

— За что? — громко возмущаюсь я. — За то, что я сказала правду???

Дверь резко открывается. На пороге стоит король собственной персоной. Роксана подпрыгивает на стуле, явно не ожидая такого поворота событий.

— Оставь нас, — обращается он к ней.

Роксана забирает поднос и поспешно выходит из комнаты.

Я смотрю на него и в моей голове проносятся все возможные виды пыток и казней. «Интересно, у них такое практикуется?»

По выражению его лица ничего нельзя понять. Он кажется и расслабленным, и немного раздраженным. «Что ему нужно?»

— Я хочу получить ответы на свои вопросы, — произносит он тоном, который теперь я могу спокойно называть королевским. Я закатываю глаза, пока он отвлекается, закрывая дверь, но он все же замечает мои кривляния.

— Я не даю интервью, — отрезаю я. Моя подруга гордо вскидывает голову. Хватит ей уже спать.

Маркус проводит рукой по волосам, потом садится в кресло напротив меня. Двигается он как уверенный в себе тиран. Весь собран. Король, чтоб его нелегкая. Он обхватывает рукой подбородок, указательным пальцем постукивая по губам. Они у него, по правде говоря, что надо, отмечаю