Мои сводные монстры - Дана Блэк

- Меня будут искать, - предупреждаю. Обхватываю себя за плечи.

- Кто? Сутенер? - он выпускает дым в открытое окно. - Дай его номер. Договоримся.

- Я не проститутка! - в отчаянии выкрикиваю. И едва не валюсь с кресла, завидев рыжие волосы подруги. Они развеваются на ветру.

Вика стоит у дверей сауны.

Затягивается сигаретой.

У меня гора с плеч падает.

Я спасена.

Боже мой.

Мне даже не верится.

Высовываюсь в окно и кричу:

- Вика! Иди сюда!

Глава 4

- Подружка твоя? - лениво уточняет он и рассматривает Вику, пока та ковыляет на каблуках к нам.

На ее лице изумление, она щурится на меня в салоне серебристого Бэнтли, и понять не может, какого черта случилось.

Хватаюсь за ручку, хочу к ней навстречу выскочить, но я по пояс голая, как на приеме у врача.

Нервно ерзаю в кресле.

- Вик, - зову подругу, когда она останавливается в паре шагов от машины. - Сходи за администратором. Или принеси мне одежду какую-нибудь. Срочно. И скажи ему, - машу рукой в сторону водителя, - что я не проститутка.

Слышу его смешок, не обращаю внимания. Жду, когда Вика начнет действовать, но она переминается на каблуках и, чуть, согнувшись, с интересом разглядывает брюнета за рулем.

- А что тут происходит? - спрашивает она кокетливо. Затягивается тонкой клубничной сигаретой и выпускает струйку дыма уголком рта.

И я бы глаза закатила сейчас, как всегда это делаю, когда подруга врубает режим флирта.

Но мне не до сарказма.

- Вик, - требую. - Ты слышала меня?

- Ну слышала, - подруга никуда не торопится, не летит в сауну волосы назад. Она постукивает каблуком по асфальту, курит. И ждет объяснений.

- Представь себе ситуацию, - голое плечо опаляет горячее дыхание. Мужчина придвигается, касается меня рукавом кожанки и выглядывает в окно. Общается с Викой. - Полуголая девчонка из сауны. Ходила там сиськами трясла, жопой крутила, с клиентами обжималась в углу. Нарвалась на полицию. И очканула. В обезьянник-то неохота за проституцию. Сидит сейчас. И втирает мне. Что она не из таких. Ты бы поверила?

Вика хмыкает. Выпускает дым и облизывает губы. Смотрит на него неотрывно, глазами ест.

Локтями он облокотился на открытое окно, через меня перегнулся.

Задавил.

Сижу, вжавшись в спинку кресла.

И дышу его ромовым парфюмом марки Хуго Фердинанд Босс.

- Мне кажется, - тянет слова Вика. Сминает в пальцах клубничный фильтр и кидает окурок под ноги, давит каблуком. - Нет. Я бы не поверила.

- Умница, - хвалит он. - Тебя не проведешь.

Я уже различаю вибрации его голоса, и по ним слышу, что он улыбается.

И вижу, как Вика улыбается ему в ответ.

Подходит ближе. Ногтем медленно ведет по серебристому порогу.

- А по какому поводу собрание? - задает она вопрос, таким сладким тоном, и так при этом глазками стреляет, что я не выдерживаю.

- Вик! - упираюсь в мужчину, пытаюсь отодвинуть его. - Я в беде, - говорю ей прямым текстом, раз она такая тупая. - Я хочу из этой машины выйти. Одеться. И поехать домой.

- А ты раздета? - лишь про одежду слышит подруга, и в удивлении вытягивает шею.

- Она раздета, - подтверждает мужчина. - Голая тут сидит.

- В смысле? Почему?

- Я у нее по дороге спрошу, - обещает он.

- Вы уезжаете куда-то? - она смотрит на него с тревогой, ведет себя, как гончая, учуявшая след. - А меня с собой возьмете?

Мои уши трубочкой сворачиваются, словно она только что грязно выругалась.

- Вика! - поражаюсь. - Ты не понимаешь, что…

- Отчего бы не взять, - кивает ей мужчина и отталкивается от окна. - Падай назад.

Подруга с готовностью молотит каблуками по асфальту.

Глазами он провожает ее фигуру, встречает мой взгляд.

Он смотрит на меня.

И ни капли не похож он на того томного болтуна, которым только что прикидывался.

Он упертый, властный, любит контроль, жаждет себе подчинять, я же видела, как он с полицией общался, и красные корочки в кармане у него, он оружие табельное с собой носит наверняка. Он взрослый, он серьезный, он не поедет сейчас с нами гулять и развлекаться, как думает Вика.

Мы в опасности.

В салоне хлопает дверь.

Подруга рассаживается на сиденье.

Он оглядывается на нее. И снова наклоняется ко мне.

Вздрагиваю, когда его рука касается голой талии.

Он поворачивает голову.

Наши лица близко.

Его полные губы растягиваются в усмешке. Он шепчет:

- Сказал же. Не собираюсь я тебя трогать, красотка. Пристегнуться надо.

Он тянет ремень безопасности через мое кресло.

Раздается щелчок.

Он садится ровнее.

И я слышу повторный щелчок - блокировка дверей.

- Будешь? - мужчина протягивает назад Вике серебристую плоскую фляжку. - Коньяк.

- Ага, - радостно принимает она дары. - Это же аудиокнига играет? - кокетничает.

- Ага, - охотно отвечает он.

Слежу за его длинными пальцами, как он, не отрываясь от дороги, переключает кнопки на магнитоле, и вместо заунывного бубнежа в колонках звучит истерически радостный голос ди-джея:

- Впереди выходные, а, значит, сегодня можно расслабиться. Встретиться с друзьями, провести ночь с любимыми. Как вы проводите время, друзья? Звоните, делитесь впечатлениями.

Его голос сменяется попсовой песней, которую всё лето крутили все радиостанции страны.

На панели вибрирует телефон.

Он подхватывает трубку.

- Да.

Вика позади притихла.

И я тоже молчу, меня от злости на нее изнутри разрывает на части.

Смотрю в окно, на неспящий ночной город, мигающие вывески баров и клубов, шумные компании, на проспект, залитый оранжевым светом фонарей.

Хочу туда.

- Эй, - шепчет подруга и дергает меня сзади за волосы. - Алис, - ее шепот доносится из щелки между креслом и дверцами и пахнет коньяком.

- Ну что? - опускаю голову.

- Ты где его взяла? - она захлебывается восторгом. - Какой крутой. Я не могу. Капец просто. Что случилось?

- Случилось то, Вика, - сварливо шепчу в ответ. - Что нас с тобой везут неизвестно куда. Может, в бордель. А, может, на органы продать.

- Ой, - цедит Вика недовольно, будто я