На зов луны - Алена Райдер

резко поворачиваюсь назад. Мое сердце падает к ногам, передо мной стоит огромный черный волк, его глаза блестят янтарем. Я пытаюсь кричать, но страх невидимой рукой душит мою шею, не могу произнести ни звука. Срабатывает инстинкт самосохранения, и я бегу, куда глаза глядят. Слышу тяжелое дыхание за спиной, он быстро нагоняет меня. Сердце ускоряет темп, дыхание сбилось, в боку больно колет. Я больше не могу бежать, решаюсь, не останавливаясь посмотреть, как быстро он меня нагоняет. Но сзади никого не нет. Остановившись, повернулась, точно никого.

— Тогда откуда я слышу чье-то тяжелое дыхание? — пронеслось у меня в голове.

Мурашки пробежали по спине, когда я начала ощущать горячее дыхание на шее.

— О Боже! — догадавшись, прошептала я. Со лба стекал холодный пот. Я медленно повернулась и натолкнулась на мускулистую грудь мужчины. Она тяжело поднималась и опускалась. Его рука тянулась к моему затылку.

— Нет! — прокричала я и резко проснулась, так и не увидев лицо незнакомца. А куда исчез волк так и не поняла.

Глава 7

— Какой ужасный сон… — пробубнила себе под нос.

Я тяжело дышала, положила руку на грудь, чтобы успокоить сердце. Со лба стекает холодный пот. Спина наливалась свинцом. Вода в ванне уже давно остыла. Я медленно встала, опираясь руками об стену. Смыв с себя пену, намотала вокруг себя широкое полотенце и направилась на кухню, попить холодной воды. На кухне слышны смех и чьи-то разговоры. Я на цыпочках подошла к дверям кухни и останавливаюсь, широко раскрыв рот. Эйдан с Камиллой мило беседовали, то смеялись над чем-то. Я и не помнила, что у нас дома Эйдан.

Эйдан сразу заметил меня, за его взглядом проследила Ками. Теперь две пары глаз уставились на меня.

— Мелиса, почему ты так долго? Мы уже успели полы помыть, — искренне улыбаясь, сообщила мне Камилла.

— Я рада, — тихо произнесла я, протягиваясь к стеклянному стакану в шкафу. Набрала себе холодной воды из под крана.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросила Ками.

— Все хорошо, — прошептала, жадно опустошив стакан с холодной водой.

— Я же вижу, что что-то не так! — продолжила она. А Эйдан внимательно следил за моей реакцией. Но сейчас мне было совершенно наплевать. Меня волновал лишь мой сон.

Я приложила ладонь к щеке сестры, внимательно посмотрела в ее синие глаза.

— Все хорошо, просто… — я замолчала. Не могла же я признаться при Эйдане, что мне приснился кошмар. Что он подумает обо мне?

— Приснился кошмар, — догадавшись, произнес Эйдан.

— Точно, — в полголоса согласилась, так как в голову ничего не приходило. Да еще и он, словно прочитал мои мысли.

— Мел, тогда можешь не печь пирог сегодня, — произнесла Камилла, делая акцент на последнем слове.

— Спасибо, милая, — прошептала я, целуя ее в щеку.

— Пожалуй, и мне пора, наверно и вправду меня уже потеряли… — сообщил Эйдан и направился, гордо вздернув подбородок к верху.

После я направилась к себе в комнату. Легла на кровать, посмотрела на часы.

Оказывается, прошло полтора часа. Целых полтора часа я пролежала в ванне.

Почему мне кажется, что этот сон снился не просто так. Кто же мог быть тот мужчина, который хотел меня придушить или что-то еще? И куда исчез большой черный волк? Мне снятся подобные сны не впервые, но этот засел в моем подсознании.

— Мел, это всего лишь сон. Не бери в голову, — шептал мне внутренний голос. Но интуиция говорила об обратном. — Беги! Не оглядываясь, беги! Ты в опасности! — просила она.

Стук в дверь. Я медленно поворачиваю голову в сторону двери.

— Да — да! — проговорила я. Дверь широко распахнулась, на пороге появилась мама.

— Мел, с тобой все в порядке? — забеспокоилась мама.

— Да, — солгала я. Значит, все же Камилла сдала меня.

— Мел, не ври мне. Твое состояние заметила даже Камилла. Может, пришло время рассказать все? — неуверенно она посмотрела на меня и присела на край моей кровати.

— Мам, что я должна тебе рассказать? — непонимающе посмотрела на нее.

— Дочка, я знаю тебя всю твою жизнь. Я знаю, что ты мучаешься от бессонницы. Я слышу, как ты бродишь по своей комнате. Ты моя дочь, я беспокоюсь за тебя. Я не хочу, чтобы моя дочь страдала, — что? Мама знала о моих бессонных ночах и ничего не предпринимала? Поверить не могу.

— Мам, я не знаю, что происходит. Но не нужно волноваться за меня, — произнесла, не смея посмотреть в глаза маме, чтобы не увидела выступившие слезы.

— Мелиса, если тебе нужен друг, чтобы поговорить, то знай я рядом… — прошептала мама, целуя меня в макушку.

— Хорошо мам. Спасибо за все, что ты делаешь для меня. Я люблю тебя мама, — проговорила я, искренне улыбнувшись ей. Все же она не виновата, что я никого к себе не подпускаю.

— И я тебя люблю, мое солнце… — на ее лице расплылась широкая улыбка.

— Мам, можно вопрос? — обратилась к ней.

— Конечно, можно, — искренне улыбаясь, отозвалась она.

— Мам, почему ты молчала, если знала об этом? — обратилась к ней, внимательно заглядывая в ее синие глаза. Я, конечно, догадывалась, что она ответит, но все равно захотела услышать ответ на свой вопрос из ее уст.

— Я же знаю, что ты не любишь, когда тебя допрашивают, когда лезут в твою жизнь. У вас с отцом схожие характеры. Он тоже не любил, когда лезли в его душу… — с горечью произнесла она.

— Ты скучаешь по нему? — вдруг спросила я.

— Очень, — ответила она. Ей больно, она до сих пор любит его. Мы все скучаем по нему.

Она ушла, я осталась лежать. Может и в правду пора поговорить с мамой. Все-таки не чужой она мне человек. Она знала о моей бессоннице, но молчала. Терпела мою взвинченность. Я обязательно поговорю с ней, если в это полнолуние все повторится. А если нет, значит, нет повода волноваться.

Без стука в мою комнату ворвалась Камилла. Ничего не сказав, она легла рядом со мной. Она прижалась ко мне, уткнулась в мои влажные волосы. Что это с ней?

— Мел… — неуверенно позвала она меня. Я непонимающе взглянула на нее. Она была чем-то расстроена.

— Что? — прошептала.

— Почему ты не можешь заснуть по ночам? — ах, вот, что ее интересует.

— Ты опять подслушивала, — грустно произнесла я.

— Мел, прости… Я просто беспокоюсь за тебя, — неуверенно ответила Камилла.

— С каких пор, ты беспокоишься за меня? — удивила она меня своим ответом. Ведь она всегда сдавала меня родителям, не задумываясь о последствиях, радовалась, когда меня отчитывали.

— Я поняла, что не правильно поступаю