Бумеранг - Наталья Семенова

– Благодаря тебе, – еле слышно шепнула я.

Прозвенел звонок, и, улыбнувшись Максиму напоследок, я пересела на своё место.

Следующие несколько дней мы не общались. Игоря тоже видно не было. Всё мои мысли занимал Максим, отвлекая от учёбы и привычных дел. Находясь в техникуме, я постоянно наблюдала за ним, дома – вызывала его образ в своей голове. Мучилась от осознания помешанности на нём, но мне нравились чувства, что он во мне вызывал. Постепенно Максим стал мне необходим как воздух, и я должна была что-нибудь предпринять, чтобы наше общение продолжилось. Наконец, я заметила, что Игорь так и не появляется на парах и посчитала это веским поводом, чтобы начать разговор с Максимом. Застать его одного оказалось невероятным делом – всегда рядом были его друзья. Но через неделю после случая у заброшки, во вторник, мне удалось-таки это сделать. Я шла на следующую пару и увидела его одинокую спину у окна в коридоре. Сердце радостно трепыхнулось, и я зацокала каблуками по направлению к нему.

– Привет, – улыбнулась я, выводя его из раздумий.

Максим, чуть нахмурившись, перевернулся, облокотившись спиной на подоконник и, коротко улыбнувшись, сложил руки на груди.

– Привет, – кивнул он, наклонив голову к правому плечу и разглядывая меня оценивающим взглядом. Естественно, к моим щекам прилила горячая кровь. Я отвела взгляд на дерево с опадающей листвой за окном, пытаясь справиться с охватившим меня волнением, и нервно перестукнула ногтями по подоконнику.

– Всё в порядке? – поинтересовался он, снова чуть нахмурившись.

– Да, – выдохнула я, коротко рассмеявшись, и заглянула в волнующие моё глупое сердце глаза. – Игорь. С ним точно всё в порядке? Он давно не появлялся.

– Тебя это огорчает? – усмехнулся он, подняв брови.

– Нет, – закатила я глаза. – Просто интересно, что с ним произошло.

– Не намекаешь ли ты на криминальные действия с моей стороны? – прищурился он, смотря на меня насмешливым взглядом.

– Перестань, – улыбнулась я, легонько хлопнув его ладонью по плечу. Ощущение его твёрдых мышц заставило моё сердце стучать ещё быстрей, и я чуть дольше, чем это требовалось, задержала свою ладонь на его руке.

Максим усмехнулся и посмотрел куда-то мимо меня, а я поспешила одёрнуть руку.

– А вот и предмет нашего разговора. Цел и пышет здоровьем, – рассмеялся Максим, кивнув мне за спину. Я быстро обернулась и убедилась в словах Максима. Игорь заметил мой взгляд, поджал губы и, глянув с призрением на Максима, отвернулся.

– Отлично, – кивнула я сама себе и в следующую секунду скороговоркой проговорила то, что сама от себя не ожидала: – Сходим куда-нибудь после занятий?

Максим замер, недоумённо подняв брови. Я смутилась, опустив глаза, и, разворачиваясь, чтобы уйти, быстро сказала:

– Прости. Забудь, что я сказала.

И не дожидаясь ответа, со скоростью света пошла куда глаза глядят, по дороге сталкиваясь с телами других учащихся. В ушах звенело, я постоянно извинялась, натолкнувшись на очередного студента, мысленно ругала себя за провальную инициативу и успокоилась только тогда, когда оказалась в спасительной тишине кабинки женского туалета.

Следующую пару я просидела там же. А все оставшиеся провела, уткнувшись в учебники, сгорая от стыда и мучаясь от осознания собственного ничтожества. Наконец, изматывающий мои нервы день закончился, и я поспешила домой, чтобы вволю насладиться самобичеванием. Прошла арку и остолбенело замерла, увидев Максима, небрежно облокотившегося на торец дома. Он улыбнулся, подняв на меня глаза с пляшущими в них смешинками:

– Да, давай куда-нибудь сходим после занятий, – (я облегчённо улыбнулась и подошла ближе), а он продолжил, всё так же озорно улыбаясь: – Забыть то, что ты сказала, я не в силах.

– Как высокопарно, – повела я бровями, качнувшись с пятки на носок.

– По-другому не умеем, – рассмеялся он и оттолкнулся от стены. – Пошли?

– Да, пойдём. А ты уже знаешь куда?

Весь остаток дня и вечер мы провели вместе. Катались на каруселях, поужинали в кафе, просто гуляли и общались. Общение держалось на дружеской ноте – никаких романтических намёков, томных взглядов, случайных касаний. Подкалывали друг друга, шутили и смеялись, в особенности я. Мне ужасно хотелось казаться не только красивой, но и остроумной. Меня пугало то, что происходило, но останавливать себя я не намеривалась. Мне нравилась его компания и чувства, что я испытывала рядом с ним.

Ближе к ночи, когда он проводил меня до моего подъезда, выяснилось, что он живёт в пригороде. Мне не хотелось, чтобы он провёл несколько часов на остановке в ожидании нужного автобуса, и потому я предложила ему переночевать у меня. Поупиравшись слегка, он сдался под моим доброжелательным напором и согласился. Жила я в однушке, выделенной мне государством, и потому постелила ему на полу, и, выпив чаю, мы улеглись спать. Все напряжённые часы до того момента, когда я смогла уснуть, были наполнены острым томлением от осознания, что он совсем рядом. Ужасно хотелось, чтобы он лёг рядом, но в тоже время я не могла не порадоваться, что он не воспользовался моментом.

На следующий день всё повторилось, вплоть до ночёвки. Только в этот раз он молча остановил меня от расстилания его спального места на полу и, хулигански улыбаясь, улёгся на мой диван. Я хмыкнула и перебралась через него к стене, повернувшись к Максу спиной. Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и через пару минут я почувствовала тепло его тела у себя на спине. Он обнял меня одной рукой и сплёл свои тёплые пальцы с моими. Так мы и лежали под моё барабанящее сердце, пока не уснули.

Наше общение продолжалось в том же ключе ещё неделю. Мне становилось невыносимо мало, а он продолжал быть мне просто другом. Я чётко знала, что нравлюсь ему не меньше, чем он мне, но что-то его останавливало. Что именно я узнала на вечеринке у одногруппницы в честь её дня рождения. Я выпила всего один бокал вина – по настоянию самой именинницы – но и его хватило, чтобы я набрала целую тонну смелости. Я взяла Макса за руку и отвела прочь от галдящих людей в тихий полумрак коридора. Положила ладони на его плечи, томным взглядом заглядывая в его глаза, привстала на цыпочки… Макс тяжело выдохнул и посмотрел в сторону, через бесконечно долгую минуту, на протяжении которой я чувствовала себя никчёмной соблазнительницей, он снова посмотрел мне в глаза, отнял мои руки от своих плеч и, приблизив их к своим губам, по очереди поцеловал каждую.

– Что не так? – нервно хохотнула я, переставая понимать что-либо.

– Олеся, – выдохнул он, пронзая меня болезненным взглядом. – У меня есть девушка.

– Оу, – только и смогла произнести я, быстро выдернув руки и пятясь от него. Он хотел что-то сказать, но я остановила его взмахом руки: – Не надо. Ничего не говори.

Сказать, что я была в шоке – ничего не сказать. Я была поражена до глубины души, не могла поверить, что всё закончилось, не успев начаться, не знала, кого следует винить – его, что так долго молчал или себя, не сумевшую вовремя понять, в чём дело.