Плохие девочки - Татьяна Веденская

– Но ты спросила хоть, почему?

– Конечно! – Авенга вытащила сигареты из своей странной сумки-торбы с росписью и вышивкой в каких-то символически-магических традициях.

– И что?

– Она сказала, что объяснит потом. Передала вам всем привет.

– Привет? – в полнейшем изумлении оцепенели мы.

– И еще передала печенюхи. Где же они? А, я в машине забыла, – Авенга дернулась, но все мы хором зашипели на нее, что, если она двинется с места, мы сами ее «попортим» так, что снимать порчу потом будет травматолог.

– Но как она могла не поехать? Мы же собрались тут из-за нее. Может, у Карасика травма? Может, надо к ней туда ехать? Она ничего не может с собой сделать? У нее же дети! Как она выглядела!

– На самом деле она выглядела… занятой. У меня было ощущение, что она вообще куда-то спешила. Слушайте, у кого-нибудь зажигалка есть? Я свою тоже, кажется, в машине забыла. Вы кофе пьете? Мне нальете? – Она говорила быстро, меняла тему молниеносно, постоянно забывала, что в доме Ольховских все равно не курят. Иногда у меня возникало такое ощущение, что Авенга – это экзотический дикий зверь, точнее зверек. Не то чтобы тигрица или леопард. Что-то вроде шиншиллы. Маленькая, верткая, издалека похожа на хорька, но приглядишься и увидишь странную своеобразную грацию. И шубы из них прекрасные. То есть есть в них что-то беззащитное, несмотря на все зубы и когти.

– Но ты что, просто так и ушла? – озадаченно допрашивала ее Бася.

– А что мне, курить у форточки, плеваться в мусоропровод? Чего мне было ждать? Так что, вам печенье нести?

– Так, надо срочно ехать ее спасать, – подвела итог Бася.

– Да? А вдруг ее вообще дома нет, – возразила Марлена, которой наверняка никуда ехать не хотелось.

– А вдруг она сейчас вены себе порежет? – нарисовала кровавый сценарий киношная Бася.

Вообще, надо сказать, у нее давно уже заметны следы профессиональной деформации. Если ты все время работаешь над дикими сюжетами, снимаешь бессмысленные пафосные ток-шоу про маньяков, брошенных женщин и банды подростков, то перестаешь отслеживать грань между реальностью и тупым телевизионным вымыслом.

– Что ты такое говоришь, с ума сошла? – возмутилась Марлена, а я бросилась к телефону.

– Говорю вам, ничего с ней не случится, – бросила Авенга торжественно и даже немного высокопарно.

– С чего ты взяла? У тебя было видение? Тебе руны сказали? – юродствовала Бася. Тут я услышала в трубке долгие гудки, громко зашипела и принялась махать руками.

– Я дозвонилась, заткнитесь.

– Алло? – ответила Сашка через десять гудков. Голос был… скорее сонный или усталый, но не такой, какой должен быть у подруги, которую ждут с пирогами, а она не пришла.

– Ты как? Мы все волнуемся.

– Я в порядке, – Карасик встрепенулась. – Вы зря нагоняете панику. Мне просто нужно было срочно в одно место поехать. Честно, я очень извиняюсь, но это было правда важно.

– Да? Ну, хочешь, подъезжай попозже. Мы будем тут еще часа три, – я глянула в сторону Марлены, и та бодро закивала. В конце концов, раз уж мы все тут так удачно собрались, не расходиться же. К тому же пироги. И «пирожные».

– Нет, я не смогу. Я… я позвоню, ладно? – попросила она отчужденным, каким-то закрытым, застегнутым на все пуговицы голосом. И повесила трубку. Я автоматически сказала молчащему аппарату, что да, позвони, мол. И сообразила, что меня уже никто не слышит.

– Ну что? Говорю тебе, она какая-то не в себе. Ей вообще не до нас. Может, даже и не до мужа. В конце концов, мужик же. Ушел, пришел… – Авенга пожала плечами и, ни добавляя ни слова, зачерпнула себе салата и положила на чистую тарелку с изящной каймой.

Так, получается, мы начали кушать.

– Странно все как-то, – сомневалась я.

– Нормально, – бросила Авенга, покосившись на коридор.

– Тебе все нормально, ты же вообще привыкла жить в параллельных мирах, – едко заметила Бася. Но в ее словах была и доля истины. Авенга была странной. Вся в целом, вместе со старой ужасной машиной, с непонятным мужем, который иногда исчезал на месяц, а иногда приходил и улыбался, предлагая вложиться в очень выгодное дело. Ее работа, ее клиенты, карты и кофейная гуща, ее прошлое, о котором мы за пять лет так ничего и не узнали… она была странной, уж это определенно. Она встала.

– Давайте я все же принесу печенье. А то оно у меня в машине обледенеет.

– Ну, неси, – кивнула Бася, а Марлена, вздохнув, достала торт. Мы сели и некоторое время ели молча, просто не зная, что сказать. Потом, конечно, первой подала голос Бася:

– А знаете, мне кажется, он от Сашки всегда как-то немного погуливал.

– Кто? – спросили мы хором.

– Дед Пихто, – фыркнула она.

– Стас? – вытаращилась я.

– Да, Стас. Я видела такие, знаете, приметы. Он приходил и уходил, переодевался посреди дня. Никогда не оставлял телефон. Есть такие знаки, на которые надо бы обращать внимание. Но Сашка, она всегда была раззявой. Да? – Басе требовалось одобрение, чтобы продолжать разговор в таком контексте. Авенга молчала, Марлена тоже, а я была слишком зла на Карасика, поэтому кивнула и добавила от себя:

– Нельзя быть такой вареной. Мужики – за ними нужен глаз да глаз. И потом все-таки надо за собой следить. А то выйдут замуж, и все. Халат, тапки, журнал «Садоводство».

– Ну, девочки, не уверена, что мужчину можно удержать, если не носить халат, – усомнилась Марлена.

– Да, но ты-то вот в платье. И дом у тебя сияет. А в Карасиков дом иногда войти страшно. Разве это нормально? – продолжала я, хоть мне и было немного стыдно… в глубине души. – Нет, я не оправдываю Стаса. Это просто свинство. И потом, у них же дети. И все же… мне кажется, тут не все так уж просто.

– Может, и гулял, – вдруг высказалась Авенга, заглянув в Марленину чашку из-под кофе.

– Это что, ты там прочитала? А что там еще пишут? – моментально заинтересовалась Бася, пытаясь сунуть нос в чашку.

Но там, если чего и было написано, видно было только Авенге. Да и то наверняка она просто всегда придумывала все эти «дальние дороги», «неожиданные известия». Впрочем, мы не жаловались. Всем нравилось, как она гадает. В прошлый раз мне она пообещала «самый странный роман в моей жизни», который придет оттуда, где он уже давно меня ждет. Супер? Вот поэтому-то и не иссякает поток ищущих Авенгиных услуг дам. Умеет она ввернуть пару загадочных слов.

– Ничего не пишут, – фыркнула Авенга, продолжая с интересом вглядываться в чашку. – Пишут, что все будет зашибенно. И вообще, я не на работе, так, решила размяться.

– Мне тоже погадай, – попросила я. – Разомнись на мне.

– Я вообще считаю, что Стас Дробин жил с ней из-за сына, – подлила масла в огонь Бася.