Я + Он - Стефания Лин

Четвертый день моего пребывания на яхте начинается с ведра холодной, соленой воды, что выливается прямо в лицо сильным всплеском.

— Ты с ума сошел? — кричу, выпрыгивая из кровати со скоростью пантеры. — Зачем?

— Завтрак. — Пальцем указывает на воображаемые часы на запястье.

— Что? Какой еще завтрак? У тебя вчера вышел чудесный ужин, для чего будить меня? Я снова его испорчу!

— Если испортишь, то пойдешь на корм рыбам. У меня все! — разворачивается и идет на выход из каюты.

— А ты куда?

— Плавать!

Дверь за его спиной закрывается и я остаюсь стоять посреди каюты полностью мокрая и соленая.

— Идиот! — бормочу под нос и отправляюсь в душ, мысленно радуясь, что он вообще здесь есть.

Когда наконец выхожу на палубу, то вижу, что Макс действительно плавает в море. Ступеньки спущенны со стороны правого борта, а сам он как тот дельфин, разве что не выдает таких звуков, как они: плещется, погружается в воду и получает огромное удовольствие от этого. Вдруг в голове появляется мысль, что неплохо было бы, как минимум, проучить этого наглеца и забрать ступени. Что и делаю. Пока Макс даже не обращает на меня внимания, а возможно действительно не видит, затягиваю ступеньки на палубу и фиксирую их в нужное положение. С предвкушением всемирного скандала и удовольствия от моей хитрости потирают руки и отправляюсь на кухню готовить завтрак. Пусть знает, как оскорблять девушек, пугать акулами, бросать намеренно в воду еще и держать силой, не давая шансов связаться с берегом.

Где-то около часа провожу на кухне, все-таки готовя завтрак, решив, что неплохо было бы нажарить картошки, которую нашла на «кухне». А потом наконец слышу гневный крик, несколько бранных слов и всплеск воды. Нарочно не выхожу на палубу. Зачем мне слушать его брань, крики и угрозы, если я сейчас в выигрышном положении? Пострадает немного, поймет, что могу дать отпор и перестанет вести себя так, словно он здесь действительно капитан!

Проходит еще минут пятнадцать и понимаю, что последние пять из них я не слышала ни звука от Макса. Утонул? Но я видела, как плавает, такие не тонут. Но если все же пошел на дно — плохо, управлять яхтой не умею. Паника медленно поднимается во мне до самого горла, душит собой, подталкивает в спину заставляя выйти на палубу и поискать смертника.

Поднимаюсь и сразу подскакиваю к правому борту: Макса там нет. Ступеньки на месте, что понятно, я же их и спрятала, где же им еще быть. Но где же тогда этот ненормальный?

— Макс! — громко кричу в безграничное пространство моря. Не знаю на что надеюсь. Если утонул, то вряд ли откликнется. — Макс, черт побери! Ау!!!!

Вода идеально ровная, тихая и спокойная. Теплое солнце играет на ней лучами, превращая в блеск бриллиантов. И все. Никаких признаков Макса. Даже пол на палубе сухой, что значит — его здесь не было, не вылезал! Черт! Неужели я убила человека?! Неужели я убила единственного человека, который мог управлять яхтой и был шансом на возвращение домой?!

Дура! Я — дура!

— Макс! Макс! Макс! — Зову и зову обдирая горло, паникуя и осознавая последствия своего поступка. — Господи, — слезы сами катятся лицом. Падаю на поверхность палубы почувствовав, как силы покидают моё тело и всхлипываю от отчаяния, что охватывает сердце.

— Меня искала?! — раздается голос за спиной и лечу в воду от сильного толчка в плечо.

Плюхаюсь с громким звуком в воду больно ударившись о нее руками. Погружаюсь, чувствуя, как она окутывает горячее тело, охлаждает его и выталкивает на поверхность.

— Ты нормальный? — кричу, когда всплываю и смотрю в улыбающуюся рожу Макса. — Я думала ты утонул! Пошел ко дну!

— Но испугалась ты за себя Софи, а не меня. Да?

— За тебя тоже! — Отрезаю. — Ты же у нас смертник, а не я! Спусти, пожалуйста, ступени. И, как ты вообще смог залезть обратно?

— Это останется тайной. — смеется. — А пока, я бы советовал отплыть! — Разогнавшись прыгает ко мне бомбочкой. Маленькая волна от тела Макса накрывает меня с головой. На секунду погружаюсь под воду, а затем снова всплываю, чувствуя, что нос полный соленой воды.

— Ну?! И как мы теперь выберемся обратно на палубу? — укоризненно кричу.

— Я тебя подтолкну. — Хохочет.

— Ты видел высоту бортов? Здесь это не поможет. — Серьезно говорю. — А еще у меня картофель жарится.

— О! В самом деле? Черт! Тогда нужно быстро выбираться, — ныряет под воду и исчезает на некоторое время.

На этот раз не волнуюсь, хоть мысли, вдруг с ним что-то произойдет, а я так и останусь в воде, без возможности забраться на палубу, — пугают и волнуют сознание.

Через короткое мгновение, улыбающееся лицо смертника появляется прямо надо мной. Он уже на яхте. Спускает ступеньки, к которым подплываю и забираюсь на палубу.

— Картофель, Софи. — Напоминает, когда сижу минуту, другую, третью, согреваясь под жарким солнцем.

— Сам иди к своей картошке. Ты вытолкнул меня в воду. Я второй раз за сегодня мокрая из-за тебя. — Гневным тоном отвечаю.

— О! — пододвигается и кладет ладонь на обнаженную ногу, легко и непринужденно, как будто так и должно быть, — так приятно слышать, что ты мокрая из-за меня…

Смотрю ему в лицо мрачным взглядом, полностью игнорируя слова с подтекстом. Встаю, и возвращаюсь на кухню. К счастью картофель сгореть не успел, а с другой стороны жаль…