Принц под Новый год - Ольга Обская

Когда первый шок прошёл, Кристина взялась мыть посуду, поручив Фердинанду вытирать и составлять в подвесной шкафчик тарелки. Ну, шок-то прошёл, а голова всё равно шла кругом. Этот новый год она долго не забудет. Это ж надо – принц… на белой фуре. Не помнится, чтобы хоть в одной сказке было что-то подобное, а у неё есть! Она представляла, какой они с «Федей» произвели бы фурор, если бы действительно подкатили на вечеринку на этой внушительной махине. Недаром слова «фура» и «фурор» созвучны. Безумная, конечно, идея, но… соблазнительная. И, к сожалению, неосуществимая.

– Так на чём же нам всё-таки ехать?

Дашуня забронировала для Кристи одно место в машине своего парня. Но именно одно. Там желающих напросилось – море. Так что запихать ещё и Фердинанда не получится. Такси, что ли, вызвать? Такси в новогоднюю ночь за город? Влетит в копеечку.

– А почему бы нам не поехать на ней? – принц кивнул в сторону стоянки.

Дескать, чем запрошенный самой же Кристиной транспорт не подходит?

– А у тебя есть права?

Глупый, конечно, вопрос. Вряд ли в Атиландии имеются автошколы.

– Права на что?

– На вождение «лимузина». А то это ведь не лошадь. За руль без прав садиться нельзя.

Фердинанд посмотрел невозмутимо.

– Дядя предоставил нам извозчика.

Ого, так к этой махине ещё и шофёр прилагается? У Кристи в голове снова нарисовалась картинка их с «Федей» фееричного появления на глаза друзей и не совсем друзей на белоснежной сверкающей фуре.

– Тогда не вопрос – едем на «лимузине».

Фердинанд довольно усмехнулся. Видимо, тоже не прочь прокатиться на новом для него виде транспорта. Что ж – они друг другу подходят: богатырских габаритов принц и махина-машина.

В четыре руки с посудой они справились довольно быстро – Кристина домывала последнюю тарелку. Надо отдать Фердинанду должное. Несмотря на своё королевское происхождение, доверенную работу он выполнял ответственно, пусть эта работа и не совсем вписывалась в круг его повседневных занятий. Тарелки из-под его рук выходили сухие и неразбитые. И это притом, что одним глазом он постоянно косился на экран телевизора.

– Она останется с Ипполитом? – как-то так разочаровано спросил принц, когда Барбара Брыльски выпроводила Мягкова восвояси, и тот отправился домой не солоно хлебавши.

Так-так. Значит, Фердинанд уже за Женю Лукашина «болеет». Принц же, помнится, собирался вызвать его на дуэль.

– С любимыми не расставайтесь. С любимыми не расставайтесь. С любимыми не расставайтесь. Всей кровью прорастайте в них, – подливал масла в огонь закадровый голос Мягкова, придавая ещё большего драматизма моменту.

– Не переживай, – успокоила Кристина принца. – Он забыл у неё свой веник. Не успеет проснуться, она уже тут как тут – с веником.

Физиономия Фердинанда сделалась довольной. И последняя тарелка чистой сухой и неразбитой была отправлена в шкафчик.

Перемещаясь назад – в комнату, Кристина снова мимоходом глянула в окно. Красавица-фура стояла на месте. Итак, можно было подвести первые итоги. Две самые насущные проблемы были практически решены: нашлось и в чём ехать (вернее, пока нет, но скоро будет) и на чём. Но! Осталась ещё одна важная деталь – провести с Фердинандом инструктаж.

– Фёдор, – Кристя посмотрела на принца со всей серьёзностью. – Ты помнишь, основной твоей задачей на вечеринке будет изображать моего парня, влюблённого по уши.

Тот лениво улыбнулся одним уголком рта:

– Всё будет, как пожелаешь. По уши – значит по уши.

Ну, если он так же будет ей улыбаться на вечеринке – уже полдела.

– Хорошо. Тогда давай порепетируем.

Принц с готовностью сделал шаг в её сторону, и по выражению его лица Кристя заподозрила, что он собрался отрепетировать не совсем то, что она имела в виду.

– Начнём с простого, – притормозила она его прыть, – комплименты. Умеешь?

Фердинанд посмотрел с таким видом, что, мол – обижаешь. Взял её руку в свои и произнёс со своей фирменной «принцевской» галантностью:

– Дорогая, ты сегодня чудо как хороша.

Кристя покачала головой.

– Не пойдёт. Всякие там «дорогая», «возлюбленная», «свет моих очей», «чудо как хороша» – однозначно не годятся. Так у нас не говорят. Чтобы комплимент выглядел искренним, он не должен быть вычурным, никакой возвышенной шелухи. И обращайся ко мне просто – по имени. Понял?

– Понял, – ответил Кристинин всё схватывающий на лету принц.

– Тогда – дубль два. Прошу.

– Кристина, ты сегодня прекрасна как лань.

Лань – это же что-то такое парнокопытное и с рогами? Кристя начала похрюкивать от смеха.

– Не годится? – догадался Фердинанд.

– Ну-у… уже лучше, – успокоила она. – Но нужно ещё искреннее и ещё проще. Дубль три.

И тут Фердинанд вдруг выдал:

– Офигеть, какая ты классная, Крис!

Кристина остолбенела. И, кажется, её глаза стали раза в два больше. И чуть-чуть дар речи потерялся.

– Не то? – смутился её реакции принц. – Я эту терминологию услышал, когда на лестничной площадке стоял – дожидался команды дяди спускаться к тебе, а пролётом выше парень с девушкой разговаривали.

– Нет, это как раз то, – вернулся к Кристе дар речи. – Только «офигеть» лучше заменить на «обалдеть».

-  Почему? Неточный термин?

-  Как бы тебе объяснить? Это очень сильный термин. Его приберегают для особых случаев.

Продолжение инструктажа прервал звонок в дверь. Кристя радостно бросилась открывать - наверно Дашуня. Но на пороге стояла совсем не она - парень, кажись, сосед с четвёртого этажа, который со своей женой недавно переехал в 32-ую. Видок у парня был ещё похлеще, чем у «Фёдора», который из любопытства тоже нарисовался в прихожей. Кристинин принц был в стареньком, но хотя бы сухом спортивном костюме. У соседа же на трикотажной ткани имелись ярко выраженные подтёки. Волосы топорщились дыбом, глаза вылезали из орбит: