Почти касаясь - Колин Оукли

– Не слышу тебя. Что ты там говорила? – Он вовсю улыбался из дверей, а потом он увидел платье и онемел.

– Отвратно, правда?

Он ничего не сказал. Просто стоял и смотрел, рот приоткрылся, грудь быстро поднималась от пробежки по лестнице. Тело начало гореть от его пристального взгляда, и я боялась, что я сейчас представляю собой всю палитру красных оттенков, впрочем, рядом с ним это уже мое привычное состояние.

– Эрик? – В горле пересохло.

– Ты. – Шаг в мою сторону. – Ты такая, – еще шаг. Уронил голову, покачал ей. Что-то пробормотал себе под нос. А потом снова посмотрел мне в глаза и сделал еще три медленных, нерешительных шага, пока не оказался прямо передо мной.

Я подняла брови, удивленная его полуфразой и близостью.

– Оно тебе нравится? – спросила я шепотом.

– Нет. Боже, нет, – прошептал он в ответ. – Платье отвратное.

Я засмеялась, и он улыбнулся в ответ. А потом протянул руку к моему лицу.

– Но ты…

Не знаю, что нашло на меня в ту минуту, но вместо того чтобы увернуться, я потянулась к нему, прижалась щекой к его ладони, как бездомный, одичалый котенок, который мечтает о ласке. Он растопырил пальцы, подобно морской звезде, запуская их мне в волосы, большой палец гладил мой подбородок, и больше всего на свете я жаждала почувствовать тепло его кожи, но знала, что самое большее, что мне доступно, – пряжа его перчатки. Я закрыла глаза, пытаясь заставить сердце биться спокойнее. Сглотнула, и от этого горло обожгло.

– Джубили.

– Да?

– Открой глаза.

Я смотрела на него. В его оливково-зеленые глаза, которые все приближались и приближались с каждой секундой. Он вот-вот меня поцелует. Я знала это, и я не в силах была остановить. Потому что я хотела этого больше всего в своей нелепой одинокой жизни. Хочу ощущать его растрескавшиеся губы, его язык в моем рту, жар его дыхания. Я знала, что это меня убьет. Я была в этом уверена, как уверена в собственном имени. И я бы с радостью умерла.

Но вдруг в последний момент он остановился в считаных сантиметрах от моего лица. Мы, не отрываясь, смотрели друг на друга, пока он проводил большим пальцем по моей нижней губе. Я боролась с искушением закрыть глаза, раствориться в реакциях тысяч нервных окончаний. Но вот он убрал руку, и тут же мне стало ее не хватать.

Он нежно исследовал ключицу, большим пальцем поглаживая ямочку. И все, что я слышала, – вдруг ставшие различимыми вдохи и выдохи, но я уже не знаю, мои они были или его. Его кисть медленно опускалась ниже, на ткань платья, пальцы обвели очертания моего бюстгальтера, пока – будто бы это и была его изначальная цель – его рука не оказалась у меня на груди, пока ладонь ее не обхватила. Он гладил мой сосок через два слоя ткани, и у меня перехватило дыхание. Теперь я точно могла сказать, что это он так тяжело дышал, потому что я вообще не дышала. Голова легкая-легкая, будто она могла оторваться от тела и улететь в любой момент, а вместо коленей вдруг возникли перышки, неспособные выдержать вес моего тела.

– Эрик, – прошептала я. Или подумала. Катала его имя в мыслях, будто леденец во рту. Будто пробовала его на вкус.

Вдруг откуда-то донеслась мелодия. Сначала она была не громче писка комара, но потом становилась все более и более настойчивой. Мы оба замерли.

– Я… Наверное, мне нужно ответить на звонок, – пробормотал он хриплым голосом.

– Да. – Я сглотнула и заставила себя легонько кивнуть.

Он убрал руку с моей груди, отошел на шаг, ища телефон в кармане.

С минуту он говорил, но я не слушала о чем, единственное, что сейчас важно, – то, что только что случилось. И я не могла отпустить это ощущение.

Когда он опустил телефон, закончив говорить, я посмотрела на него.

– Это была Конни. Айжа хочет домой. Кажется, его планшет сел, и он забыл зарядку дома. Конни предложила ему ее привезти, но он сказал, что все равно хотел поиграть в компьютерные игры, так что его было не переубедить. Она сказала, что с радостью бы его отвезла и посидела бы с ним, но, думаю, мне нужно…

– Конечно. – Я вдруг пришла в сознание. – Тебе нужно ехать. Побудь с ним.

Но он не сдвинулся с места. Просто стоял, руки в перчатках невинно свисали, будто бы это не они изменили мой взгляд на мир несколько минут назад.

Он кашлянул.

– Поехали со мной.

– К тебе?

– Да. Я хотел сказать, если тебе лучше. – Он просиял и добавил: – Кажется, у меня есть пачка лапши, я бы мог тебе ее приготовить.

Я пыталась понять, как я себя чувствовала. Горло болело, кашель, а еще меня всю трясло, но это вовсе не из-за простуды. И я знала, что единственное, где я сегодня хотела быть, – это рядом с ним.

– Давай, я только переоденусь.

Он усмехнулся.

– Да уж. Переодеться тебе точно стоит. Жду тебя внизу.

По дороге к Конни я поймала себя на том, что любуюсь профилем Эрика: его четко очерченной челюстью, руками, пальцами на руле, и снова и снова проигрываю в голове то, что случилось в моей спальне, будто пленку перематываю. Интересно, что бы еще случилось, если бы не зазвонил телефон. И думает ли об этом сам Эрик.

Когда мы добрались до дома его сестры, он выбежал из машины.

– Я просто его заберу. Можешь остаться тут. Вернусь меньше чем через минуту.

– Ладно.

Он захлопнул дверцу, и я смотрела, как он идет к крыльцу, и на меня накатила очередная волна тепла. Как только он зашел внутрь, у его телефона загорелся экран и зазвучала эта ужасная мелодия звонка.

– Чертов телефон, – пробормотала я.

Несколько секунд мобильный молчал, а потом снова зазвенел, засветился и завибрировал. К тому моменту, как Эрик вернулся в машину с Айжей, кто-то успел позвонить целых шесть раз.

– У тебя телефон разрывается, – сообщила я, как только он сел на водительское кресло.

– Что? – Он повернулся ко мне.

– Телефон. – И в этот момент он опять зазвонил.

Эрик взял его, нажал кнопку и поднес к уху.

– Привет, Айжа. – Я повернулась назад, чтобы увидеть его.

– Привет.

Я уже хотела было спросить его о том, знает ли он, что на Новый год угоняют больше машин, чем в любой другой праздник, когда услышала нотки паники в голосе Эрика.

– Что случилось? Помедленнее… помедленнее! Когда? Как? Боже… Ясно, ясно… Матерь Божья…

С каждым словом он становился все бледнее, и голос начинал дрожать, чего я раньше никогда не слышала. Я смотрела на него, а в животе все сжималось, а потом наши взгляды встретились.

Я подняла брови в немом вопросе, и он ответил одним словом:

– Элли.