Дева в голубом - Трейси Шевалье

Пришлось рассказать ей все, что касалось Рика и Жана Поля. Заняло это меньше времени, чем думалось, хоть острые углы я и не обходила.

— Выходит, Рик не знает, где вы сейчас?

— Получается так. Дядя хотел позвонить ему и сказать, что я возвращаюсь, но я не позволила. Сказала, что сама позвоню Рику из аэропорта. Наверное, я уже тогда знала, что сразу домой не поеду.

На самом-то деле я садилась в Женеве на поезд в каком-то совершенно разобранном состоянии, даже и не думая, куда еду. В Монпелье мне предстояло сделать пересадку, но, пока я ждала, объявили о прибытии другого поезда, проходящего, с остановкой, через Менд. Люди входили и выходили из вагонов, поезд стоял долго, и чем больше он стоял, тем сильнее становилось искушение. В конце концов я подхватила свой багаж и поднялась в вагон.

— Знаете, Элла, — заговорила Матильда, и я перевела на нее взгляд с девочки, плескавшейся в ванне, — вам ведь в любом случае надо поговорить с Риком, n'est-ce pas? Все рассказать ему.

— Разумеется. Но я даже представить не могу, что беру трубку и набираю его номер.

— Это я беру на себя! — Матильда вскочила на ноги и щелкнула пальцами. — Записываю.

Я неохотно продиктовала ей номер.

— Отлично. А вы пока присмотрите за Сильвией. И не входите в дом, ладно?

Я откинулась на спинку кресла. Хорошо, когда за тебя работают другие.

К счастью, дети склонны все быстро забывать. Под конец дня мы уже вместе играли с Сильвией в ванне, а когда вернулись в дом, Матильда успела спрятать сумку в шкафу. Сильвия о ней больше не упоминала; она показала мне все свои игрушки и позволила заплести свои волосы в две тугие косы.

О телефонном звонке Матильда сказала немного.

— Завтра в восемь вечера, — таинственно обронила она, передавая мне клочок бумаги с адресом в Менде — точь-в-точь как Жан Поль записывал когда-то адрес таверны.

Поужинали мы рано — Сильвии пора было ложиться спать. Увидев, что у меня на тарелке, я улыбнулась: такую простую пищу я ела в молодости. Ни макарон в особом соусе, или в масле, или с травами, ни какого-то специально выпеченного хлеба, ни экзотических смесей. Все элементарно, что и радовало, — кусок свинины, фасоль, кукуруза в сметане и багет.

Я умирала от голода, но стоило мне отрезать кусок мяса, как я едва не выплюнула его — пахло железом. Я попробовала фасоль и кукурузу — тот же привкус. Как ни хотелось есть, этот запах отбивал весь аппетит, железом теперь отдавало все. И скрыть отвращение было трудно, особенно потому, что Сильвия почему-то решила идти со мной нога в ногу. Стоило мне отправить в рот очередной кусок мяса, как она делала то же самое; стоило сделать глоток, и она вслед за мной. Матильда с жадностью набрасывалась на все, что было на столе, и ругала дочь за медлительность.

— Так ведь это Элла медленно ест, — заревела девочка.

Матильда посмотрела на мою тарелку.

— Прошу прощения, — сказала я, — у меня какое-то странное ощущение. Все словно отдает… железом.

— Правда? У меня тоже так было во время беременности. Кошмар. Но через несколько недель все прошло, любое блюдо ешь. — Она замолчала. — Да, но вы-то…

— Может, все дело в лекарствах, которыми напичкал меня врач в Мутье. — Я не дала ей договорить. — Иногда они оказывают побочное действие. Извините, просто не могу есть.

Матильда кивнула, но через некоторое время я уловила на себе ее изучающий взгляд.

Я на удивление легко вошла в ритм их жизни. Mатильде сказала, что уезжаю завтра — хотя, спроси она куда, я бы не ответила. Но она не спросила и просто отмахнулась:

— Никуда вы не едете. Поживете с нами. Вы хорошая гостья. Да и вообще компания мне не повредит, а то ведь мы с Сильвией все вдвоем да вдвоем. Если, конечно, вы не против спать на кушетке.

Возбужденная присутствием в доме нового человека, Сильвия заставила меня почитать ей на ночь, не стесняясь исправлять мое произношение и объясняя смысл некоторых слов. Утром она принялась уговаривать Матильду, чтобы та разрешила ей сегодня не ходить в летний лагерь.

— Хочу поиграть с Эллой, — канючила она. — Ну пожалуйста, мамочка, можно мне остаться? Пожалуйста!

Матильда посмотрела на меня. Я слегка кивнула.

— Ты бы лучше Эллу спросила, — сказала она. — С чего это ты решила, будто она захочет играть с тобой весь день?

Стоило Матильде уйти на работу, скомандовав в последний момент, что следует делать в ее отсутствие, как в доме наступила необычная тишина. Я посмотрела на Сильвию, она — на меня. Я знала, что обе мы думаем о сумке с костями, спрятанной где-то в доме.

— Пошли гулять, — весело предложила я. — Тут вроде неподалеку площадка есть.

— Пошли, — с готовностью откликнулась Сильвия и пошла собирать в рюкзачок в форме мишки все, что ей может понадобиться.

Дорога к детской площадке проходила через торговый квартал; проходя мимо аптеки, я приостановилась.

— Давай зайдем на минуту, Сильвия, мне надо купить кое-что.

Она послушно последовала за мной. Я подвела ее к полке, где продавались разные сорта мыла.

— Выбирай, — предложила я, — подарок будет.

Сильвия с восторгом принялась открывать коробки и принюхиваться, а я тем временем негромко заговорила с фармакологом.

В конце концов Сильвия выбрала лавандовое мыло и по дороге никак не могла от него оторваться, все принюхивалась, пока я не уговорила ее засунуть подарок в рюкзак — целее будет. На площадке она сразу побежала к подружкам. Я же подсела на скамейку к матерям, чьи дети тут резвились. Смотрели на меня подозрительно, но я не пыталась ни с кем заговорить: мне надо было подумать.

Во второй половине дня мы остались дома. Сильвия наполняла ванну водой, а я пошла со своими покупками в туалетную комнату. В тот самый момент, как я вышла во двор, она прыгнула в воду, подняв вокруг тучу брызг. Я легла на траву и посмотрела на небо.

Через некоторое время Сильвия подошла ко мне и села рядом. В руках у нее была кукла Барби с неровно подстриженными волосами — любимица, с которой девочка болтала и которую заставляла плясать.

— Элла? — заговорила она. Я знала, что за этим последует. — А где эта сумка с костями?

— Не знаю. Мама куда-то спрятала.

— Так она еще в доме?

— Может быть. А может быть, и нет.

— Тогда где же?

— Может, мама взяла ее с собой на работу или отдала кому-нибудь из соседей.

Сильвия завертела головой.

— Соседей? А им-то она зачем?

М-да, тут я прокололась. Надо менять тактику.

— А тебя почему это интересует?

Сильвия задумчиво посмотрела на куклу, подергала ее за волосы, пожала плечами.