Плюш - Тея Лав

Я считаю дни до лета, но как назло время тянется безумно долго. Весна подбирается только к середине апреля. Терпение мой враг. Впереди все кажется не таким несчастным, как сейчас. Лиам будет работать в хоккейном клубе, а не в школе. И я буду не в школе. Боже, я это обдумывала тысячу раз и итог всегда один и тот же: мы будем вместе, не боясь осуждения. Он понравится моим родителям, я уверена.

– Сегодня в шесть в спортзале, Вивиан, – проходя мимо меня в коридоре, напоминает Киара.

Я оглядываюсь и киваю ей.

– Ладно.

Блин, еще и это.

Домой я прихожу в своем обычном настроении: капля позитива и чуточка меланхолии. В гостиной я сразу же вижу маму, сидящую на диване, и папу, который поднимается на ноги при виде меня.

– Привет, родители, – бодро произношу я и бросаю рюкзак на пол.

Никто не из них не улыбается, как обычно. Это мне не нравится.

– Что-то случилось? – подойдя ближе, интересуюсь я.

Папа молча отворачивается в сторону и складывает руки на груди. Я смотрю на маму.

– Вивиан, мы все знаем, – говорит она, глядя на меня. В ее глазах нет злости, которую я ощущаю от папы. Она скорее разочарована.

Наверное, я знаю, о чем речь. В животе образуется тугой узел и мне хочется плюхнуться за задницу и закрыть лицо руками. Но я держусь до последнего. Ведь есть крошечный шанс, что они говорят не о том, о чем я думаю.

Но этот шанс разбивается вдребезги, когда папа делает шаг ко мне.

– Крутить шашни со школьным тренером, – шипит он, глядя на меня сверху вниз.

Я съеживаюсь от его злобного взгляда. – Этому мы учили тебя, Вивиан?! – уже кричит он.

Мама устало вздыхает и на секунду прикрывает глаза.

– Успокойся, Алекс. Вивиан, – она смотрит на меня. – Садись и мы поговорим.

На ватных ногах я приближаюсь к дивану и сажусь рядом с мамой. Папа начинает расхаживать перед нами.

– Успокоиться? Успокоиться, Джил? В школе, которой я, между прочим, плачу огромные деньги, творится черти что! Туда нанимают таких вот, как этот Лиам, чтобы они спали с ученицами?

Я соскакиваю с дивана.

– Все не так, папа! Пожалуйста, послушай меня.

Он качает головой.

– О, Вив, могу представить, какой мед он лил в твои уши, пытаясь соблазнить.

Почему все думают именно так? Если рассудить, то это я первой пыталась соблазнить его в прошлом году. Лиам не преследовал меня, это делала я!

– Ничего он мне не лил, – сквозь слезы говорю я. – Это несправедливо. Вы совсем его не знаете.

– Преподаватель, который спит с учениками никак не может показаться хорошим, Вивиан! – строго произносит мама.

Я шмыгаю носом.

– Но он не преподаватель!

– Он работает тренером в этой школе! – снова взрывается папа. – Это не меняет сути. Господи, а я думал он хороший и приличный парень.

– Алекс, пожалуйста, – просит мама. – Давайте постараемся успокоиться. Вивиан, ты сейчас же все расскажешь.

Они хотят, чтобы я рассказал им все подробности? Я не могу поверить, что это происходит!

– Мы любим друг друга, – всхлипываю я, и по моему лицу начинают бежать предательские слезы.

Я бросаю умоляющий взгляд на маму, и вижу в ее глазах жалость.

– Вивиан, в твоем возрасте тебе может так показаться, но…

– Мне не кажется! – упорно твержу я, стискивая пальцы в кулаки. – Вы ничего не знаете! Ничего!

– Нет, я не оставлю это просто так, – проведя рукой по волосам, произносит папа.

– В школе должны знать.

– Что? – Я подбегаю к папе и хватаю его за руку. – Нет, папа. Зачем это?

Он смотрит на меня усталыми глазами, затем освобождает свою руку из моего захвата.

– Я не собираюсь делать объявлений на весь город. Я пойду к директору и попрошу сделать все без огласки. Он не должен работать в школе.

Для репутации школы мистер Барнс сделает все, но сомневаюсь, что Лиам после этого станет работать в клубе. Я не знаю… просто не знаю…

Что если после увольнения он просто захочет вернуться в Торонто подальше от всего этого и начать все заново?

У нас были планы. Оставалось только подождать. Как могло все рухнуть в одночасье?

Заметив движение на лестнице, я поднимаю голову и вижу Саймона. Он стоит, держась за перила, и смотрит на меня пустыми глазами.

Ненавижу этого предателя!

– Какой же ты двуличный, – произношу я, делая шаг к лестнице. – Ведь он знал, – я с истерическим смешком обращаюсь к маме: – Он все знал и даже лгал тебе.

Мама поднимает глаза на Саймона.

– Мы это уже обсудили. – В ее тоне нет и намека на снисходительность к брату.

Но меня это не успокаивает. Что клюнуло его, рассказать все моим родителям?

– Нам рассказал не Саймон, – говорит папа, привлекая мое внимание. – Это сделал Кайден.

В моей голове полная каша. Когда он успел? И как он узнал?

Догадавшись, я горько усмехаюсь и снова смотрю на Саймона.

– Ты как всегда пытаешься переложить ответственность на кого-то другого. Тебе даже не хватило духу рассказать самому.

– Прекрати это Вивиан, – прерывает меня папа. – Не важно, кто рассказал.

Но для меня важно.

– Мне восемнадцать, – начинаю защищаться я. – И способна решать сама, с кем я хочу встречаться. Я совершеннолетняя.

– Как ты не понимаешь, Вивиан, – говорит мама. – Дело не в возрасте, а в ситуации. Не будь он школьным тренером, все могло бы быть гораздо… – она с трудом подбирает слово, – легче. О чем он думал?

Я опускаю голову, пораженная всем происходящим.

– Все не так, как вы видите мама, – тихо говорю я. – Пожалуйста…

– Больше не о чем говорить, – строго заявляет папа. – Я запрещаю тебе видеться с ним.

– Ты не можешь! – отчаянно кричу я. – Почему вы делаете выводы, исходя только из своих убеждений? Папа, я прошу тебя, не ходи в школу. Не порти ему жизнь!

– Она, наверное, шутит, – всплескивает руками папа, глядя на маму.

Мама смотрит на меня:

– Это прекращается, Вив.

Меня словно сбил поезд. Одно дело, когда Лиам просит меня сделать паузу, совершенно другое, когда родители все знают и грозятся разрушить то, к чему мы все еще стремимся.

Сдерживая слезы, я несусь к входной двери.

– Куда ты? – удивленно спрашивает мама.

– Мне нужно побыть одной.

– Стой, Вивиан! –