Темный огонь - Бренда Джойс

Джейн протянула Томасу свой плащ. И негромко спросила:

– Граф дома?

Томас чуть заметно улыбнулся:

– Он в библиотеке, миледи.

Сердце Джейн радостно запело. Пытаясь никак внешне не проявить своего удовольствия, она поправила уложенные в узел волосы, разгладила шелковый лиф платья. На ней был изумрудно-зеленый туалет, который, как прекрасно знала Джейн, особенно хорошо подчеркивал ее цвет лица и фигуру; она поспешила в кабинет графа. Граф сидел на диване с газетой в руках; рядом на столике стоял графин с виски, лежала в пепельнице дымящаяся сигара. Джейн пришла в окончательный восторг, увидя, что граф одет в брюки и кашемировую домашнюю куртку – а ведь ни один джентльмен не наденет такую куртку, если собирается выйти из дома.

Ник поднял голову, и в его серебристых глазах вспыхнуло пламя.

– Добрый вечер, – сказала Джейн, внезапно занервничав.

– Добрый вечер, – ответил он. – Голос его звучал вежливо, но глаза горели. Он пожирал Джейн взглядом, он рассматривал ее с головы до ног и, наконец, уставился на грудь, дерзко выглядывающую из глубокого декольте. И отложил газету. – Как прошел спектакль?

– Замечательно, – сказала она. – Ты никуда не собираешься?

Он чуть заметно улыбнулся.

– Сегодняшние приглашения показались мне слишком неинтересными. – Его взгляд стал еще острее.

Джейн с трудом удалось скрыть восторг.

– Можно мне… – она смущенно показала на столик.

– О, конечно. – Граф мгновенно вскочил. – Шерри?

– Это было бы замечательно, – сказала Джейн, направляясь к дивану. Граф поспешил налить для нее бокал. Джейн грациозно села, выбрав место в середине дивана, но и не на самом краю. Граф вернулся, протянул ей бокал и сел – почти в середине дивана, почти коснувшись ее юбки.

– Попросить Томаса подать нам ужин?

– А ты еще не ужинал? – Джейн была удивлена и осмелилась предположить, что граф ждал ее.

Щеки Ника чуть порозовели.

– Я зачитался, – неубедительно объяснил он. – Просто забыл о еде.

– Я просто умираю от голода, – соврала Джейн. У нее не было ни малейшего аппетита, но она не сомневалась, что в компании графа ей захочется есть.

Граф встал и позвонил, а когда появился Томас, распорядился подать ужин в кабинет. Томас удалился, даже не пытаясь скрыть свою радость. Джейн понемножку прихлебывала шер-ри, глядя в пол и чувствуя напряжение во всем теле.

Граф пил виски. Похоже, оба они не могли найти подходящую тему для разговора.

– А ты… – начала было Джейн.

– А было… – одновременно произнес граф.

Они оба улыбнулись, и каждый ждал, что скажет другой.

– Ну?.. – сказал граф.

– Твое деловое свидание прошло успешно? – спросила Джейн.

– Да. Я вложил деньги в Вест-Индскую компанию.

– О! А чем они торгуют?

– Специями, шелком, коврами, всякой экзотикой, – объяснил граф.

И снова повисло молчание, не менее неловкое. Граф осторожно нарушил его.

– Как прошел спектакль? Джейн вздохнула.

– Зал уже не был полон. Едва на две трети. – Она поставила бокал. – Новизна исчезла, и, боюсь, пьеса скоро сойдет со сцены.

– Мне очень жаль, – сказал он.

Джейн передернула плечами:

– Таков театральный бизнес. Каждый спектакль живет определенное время – мы говорим, «стоит на ногах». Полагаю, мы тогда поедем в Драгмор?

– Да, я на это рассчитывал. Если только у тебя нет каких-то причин остаться в Лондоне.

Джейн представила себе жизнь в Драгморе – вдали от света, вдали от чудовищных сплетен, вдали от Амелии и ей подобных… и ей вдруг страстно захотелось поскорее уехать. Они будут жить там своей семьей – она, граф и дети. Она готова была отправиться в Драгмор прямо завтра.

– Нет, у меня нет таких причин, – сказала она, намеренно скрывая радость. – Я ведь обещала тебе, к тому же в Драгморе так хорошо. И это полезно для детей.

– Да, – согласился граф. – Я тоже так думаю.

Они осторожно посмотрели друг на друга. Потом их взгляды стали смелее. И от горячего блеска глаз Ника у Джейн перехватило дыхание, сердце сжалось в груди. Он мягко сказал:

– В этом платье ты выглядишь потрясающе.

Джейн хотела поблагодарить его, но в это мгновение появился Томас, кативший перед собой столик с ужином. Серебряные блюда под крышками сверкали, искрился хрусталь. Граф подвел Джейн к столу и придвинул для нее стул. Улыбнувшись ее удивлению, он, усадив жену, сел сам. И жестом показал Томасу, что тот может разливать вино и наполнять тарелки.

А сам неотрывно смотрел на Джейн.