Лучшие романы о любви для девочек - Вадим Селин

Я свернула постель, подняла полку и взяла свою сумку.

Чтобы не думать о странной женщине, я погрузилась в мысли. В самые прекрасные мысли – о Марате.

Наша «очная» дружба, а не через бинокль, длилась два месяца – до тех пор, пока не начались занятия в школе. Думая летом об осени и предстоящей разлуке, я неизменно успокаивала себя: «Осень еще далеко! Вот когда придет сентябрь, тогда и буду плакать. А пока что надо веселиться». Осень была для меня чем-то далеким…

В августе мы повздорили. И почти расстались. Но потом все-таки помирились. Время нашей ссоры прошло для меня ужасно – я стала безэмоциональным роботом: меня ничто не радовало, не интересовало, мне не было ни до чего дела… А в день, когда мы помирились, я вернулась к жизни и снова почувствовала себя самым счастливым человеком на свете. Но недолго длилось мое счастье – через два дня Марату пришло время уезжать домой.

В Лимонном – небольшом городке у моря, где я живу, Марат работал. Приезжая сюда, он не знал, что встретит здесь друга. То есть меня… Я тоже не знала, что у меня появится друг, поэтому момент нашей разлуки был для нас большим потрясением. Мы не хотели расставаться… Но пришлось.

Я стояла на перроне. Марат находился в купе и смотрел на меня. И хоть мы все еще были рядом, но нас уже разделяло толстое оконное стекло. Поезд тронулся. А мы, ни слова не говоря, продолжали смотреть друг на друга. До тех пор, пока состав не отошел от платформы.

Я не верила, что это случилось. Воспринимала мир как какую-то выдумку, бред человека с сорокаградусной температурой. Казалось, сейчас мне дадут жаропонижающую таблетку, и мир снова станет прежним. Посмотрю налево и увижу Марата (почему-то я всегда ходила справа от него)…

Но ничего подобного не произошло.

Проводив взглядом поезд, я заторможенно развернулась и куда-то пошла. Через некоторое время обнаружила себя сидящей на лавочке. И не просто на лавочке, а на лавочке, на которой я сидела в тот вечер, когда впервые поговорила с Маратом. Тогда, в очереди за коктейлем, я вела себя очень глупо. Наговорила много всего – и что ему идут синие плавки, и невпопад отвечала на вопросы, давая понять, что он небезразличен мне.

Сидя на этой лавочке тем теплым летним вечером, я вспоминала только что произошедшую встречу в очереди и очень злилась на себя, думая, что произвела на этого парня самое неблагоприятное впечатление. Кто же знал, что через час я встречу его снова? Встречу и никогда с ним не расстанусь…

По крайней мере, мысленно. Физически мы расстались – поезд увез его от меня.

Момент прощания я представляла совсем по-другому. Мне казалось, что я буду сильно плакать, мы будем переговариваться по телефону – я, стоя на перроне, а он – в купе, думала, что в самую последнюю секунду Марат выскочит из поезда, помчится ко мне, обнимет и больше никогда не отпустит.

Но ничего этого не случилось.

Мы просто смотрели друг на друга.

И это было красноречивей всяких разговоров и слез.

На лавочке я просидела до позднего вечера. Вспоминала минуты, проведенные с Маратом. Перед глазами проплывали три летних месяца. Месяц моего наблюдения в бинокль и два – когда мы, уже знакомые, были рядом.

В голове никак не укладывалось, что теперь не будет совместных походов в кино, на пляж, морских прогулок на катамаране…

– Ерунда какая-то, – сказала я самой себе. – Этого не может быть. Не может быть…

Но тем не менее было.

Так и казалось, что сейчас я посмотрю куда-то вниз (не с вышки ли?) и увижу Марата, белозубо улыбающегося и машущего мне рукой, что наберу его номер и через десять минут, во время обеденного перерыва, мы встретимся в каком-нибудь кафе.

В течение того времени, что мы были вместе, для меня не существовало понятия расстояние и, конечно же, проблем, с ним связанных. Какие проблемы? Спустилась с вышки, и вот я уже стою рядом с Маратом и показываю ему необычный камень, который нашла на морском дне.

А теперь я этого сделать не могла. Нас разделяют километры. Которых с каждой минутой становится все больше и больше – поезд увозит от меня Марата.

«Полина, но ведь расстояние ничего не значит! Главное, что наши души вместе. Знай – я каждую секунду буду думать о тебе. Да что там „буду“! Я и так постоянно думаю», – говорил он перед посадкой.

Хоть мы и договорились встретиться при первой же возможности, я чувствовала себя хуже некуда. Как будто умер кто-то очень близкий. После того как Марат сел в поезд, во мне что-то изменилось. Перевернулось. Сломалось.

Звякнул телефон. От неожиданности я вздрогнула и обнаружила себя сидящей на лавочке.

Надо же, я на лавочке… А мысли были до того реальные, что казалось, будто я только что каталась с Маратом на катамаране и ощущала на лице капли морской воды…

На дисплее было написано «1 новое SMS».

Я вошла в «Сообщения».

«Марат».

Марат…

«Теперь у меня новые требования от жизни, не такие глупые, как прежде. Вот сейчас, после встречи с тобой, я нашел себя. Раньше для меня были важны музыка, диски, разные вечеринки и походы по клубам. А теперь ты. Только ты!»

Вслед за этим сообщением пришло еще одно.

«Я лишь для тебя живу. Больше ничто на свете для меня не имеет значения. Как только смогу, я сразу же к тебе приеду. Сердце не простит мне то время, что я провел без тебя, поэтому не хочу терять ни секунды. Я приеду при первой же возможности!»

Я читала эти сообщения и не верила в то, что Марат больше не рядом со мной. И в то, что на свете существует человек, который говорит мне такие слова. Мне… Что во мне особенного? Но все же как прекрасно, что есть человек, которому ты нужна…

Эти слова – «не могу без тебя жить», «после встречи с тобой я нашел себя», «сердце не простит мне разлуки», – когда их слышишь в сериалах и читаешь в книгах, они кажутся такими обычными, смешными, лишенными оригинальности и фантазии. Но как они волнуют, когда обращены лично к тебе!..

После знакомства с Маратом моя жизнь изменилась. Изменилась в мелочах, но именно эти мелочи – главное, и из них складывается жизнь.

Я начала читать любовные романы. Российские – они мне больше по душе. Раньше я не могла себя представить с такой книжкой в руках – наверное, потому, что в моей жизни не было того, что в них описано. А сейчас читаю взахлеб. Оторваться не могу. Нахожу в них то, что испытываю к Марату. И вообще, мне кажется, такие книги можно читать лишь тогда, когда в твоей жизни происходит нечто подобное… В другое время их просто не понимаешь! А когда подружишься с парнем – сразу что-то свое находишь. Ведь там описываются твои чувства. Автор становится каким-то родным…

Как-то раз мы с Маратом говорили на эту тему. «Марат, по-моему, про дружбу нужно писать как можно больше книг – чувствуешь от автора поддержку и понимание». Но одновременно я такие книги ненавидела. Почему? Да потому, что хоть в них и описывается то, что мне понятно, и я очарована этим обстоятельством, но в то же время мне не по себе от того, что, оказывается, мои чувства не эксклюзивные!