Горький рай - Ева Мелоди

Я следил за ней… Хотел выкинуть навсегда из сердца, после такой подставы, такого выбора мерзкого… кого угодно простил бы, но только не его. И все равно успокоиться не мог, вызывая злость и ревности Алины. Частного детектива нанял, чтобы тот мне рассказал о моей продажной возлюбленной. Интересно, дорого Антон заплатил? Чем взял? Или все гораздо проще - Вера сошла с дистанции и Вика, недолго думая…

Долго присланные детективом фотографии рассматривал. Понять пытался, счастливы молодожены или нет. На медовый месяц никуда не поехали. Вика окопалась в доме матери. Она изменилась. Выглядела больной. Изможденной, очень хрупкой. Я часами разглядывал снимок, сделанный детективом. Вика вышла из дому, чтобы достать почту из ящика в конце подъездной дорожки. На ней был огромный бесформенный свитер. Детектив успел щелкнуть пару раз, прежде чем она скрылась, и в кадр лицо попало лишь частично.

Я разглядывал знакомый наклон головы, задумчиво-грустное выражение лица. Такой я увидел ее в университете. И меня сразу точно стрелой пронзила эта чувственная беззащитность. Будто обожгло. Даже с темными кругами под глазами она выглядела неотразимой. И сексуальной. Очень сексуальной. Я до безумия хотел ее. Как и всегда. Трахал Алину, думая о Вике. Везде ее видел. Представлял, грезил о ней. Не мог избавиться от кошмара. Как бы ни старалась Алина. Быть любящей, заботливой, понимающей. Я все равно везде искал другую. Изменщицу. Предательницу…

Вскоре я заставил себя перестать следить за Викой. Уволил детектива. Сказал себе, что хватит бередить старые раны. Слишком много событий произошло. Слишком много смертей. Сам чудом остался жив… И вот, оказался с Алиной, считая, что может это и не так плохо. По крайней мере, мы одного поля ягоды. Не то что с Викой. Которая сейчас скрылась за поворотом, так и не заметив меня. Ее лицо было очень серьезным и сосредоточенным.

Я не пошел за ней. О нет, больше ни грамма того наивного юноши во мне не осталось. Это лишь дурацкий внезапный флэшбек. Ничего больше. Я его переварю и пойду дальше.

Как бы хреново мне сейчас ни было. Как бы ни хотелось рвануть за ней следом. Потому что в ту же минуту как увидел ее - все изменилось. Мир вновь перевернулся с ног на голову. Увидел ее и внутри все скрутило. А ведь думал, что смог выкинуть из сердца, что забыл давно, привык к мысли что она жена другого…

- Ник! Почему ты здесь? - доносится будто издалека. - Почему не ждешь в машине?

Вера… Вышла следом за Викой и теперь стоит напротив меня, смотрит взволнованно.

- Надоело. Ты сказала полчаса.

- Извини! Ты видел… - и осекается.

- Вику? Да.

Стараюсь, чтобы голос звучал спокойно.

- И что?

- Да ничего. Она меня даже не заметила, - горькая усмешка трогает губы.

Знаю, что горькая, потому что губами ощущаю вкус этой кривой улыбки.

- Зачем это все? Зачем ты вызвала меня сюда? Хотела разбередить старые раны?

- Нет, ты что, Ник! Я ее случайно встретила, - испуганно оправдывается Вера. - Сама обалдела, когда она подошла ко мне. Первая. Она… мы долго разговаривали, и если хочешь я передам тебе весь этот разговор. Она…

- Нет, я не хочу слушать ваши сплетни, - отрезаю.

На самом деле я хочу услышать про Вику. Но от нее самой. И раз уж мы встретились… не думаю, что судьба не столкнет вновь. А уж я помогу, всеми способами.

Понимаю это, и в какой-то степени презираю себя. Вот как, значит? Точку ты решил поставить? И снова… снова как щенок готов бежать, нюхая след ее туфель.

Вика

Вернувшись домой не могу найти себе места, метаюсь по дому, схожу с ума, пугая маму. Она пытается добиться от меня вразумительного ответа, что произошло. Разглядывает вещи, которые я купила сыну. Играет с ним, носит на руках, потому что Данила капризничает, у него лезет зубик, а это мы всегда переживаем довольно тяжело. С температурой и капризами.

А я не могу сосредоточиться на сыне и поэтому чувствую угрызения совести. Все пытаюсь понять, могла ли я ещё что-то сделать, чтобы узнать у Веры чуть больше. Может хотя-бы телефон Ника, чтобы поговорить с ним, сообщить ему о себе, о том, что я все ещё жду его, что брак с Антоном было огромной ошибкой, сделанной только из-за отчаяния и любви к нему. Что это была попытка его спасти… Еще утром все было не так, я думала совершенно о других вещах, были рутинные дела, заботы о ребенке. И вот я снова лечу в пропасть! А ведь что произошло? Всего-то встретила бывшую подругу… Но это сильно на меня повлияло… То погружаюсь в депрессию и осознание, что мое согласие на брак с Антоном разрушило все что могло быть у меня с Ником… Сожгло все мосты. И в тоже время вдруг вспыхивает надежда, ведь Вера подтвердила, что Ник жив, а это самое главное, есть шанс увидеться и объясниться…

Возможно я недостаточно просила, надо было умолять Веру, возможно надо было сказать, что у нас с Ником есть общий сын, это ведь тоже хоть что-то да значит.

Но Вера вряд ли захочет со мной снова увидеться… И что мне делать? Нанять частного детектива? Навязываться мужчине, который считает меня предательницей?

Порой мне кажется, что я сойду с ума от неразрешимости этой ситуации… Но я должна держаться ради сына.

А тут еще мамин прием… Она всегда его устраивает в конце осени. В этот раз чуть раньше. В доме будет куча гостей. Некоторые останутся с ночевкой. Мне настолько невыносимо присутствие посторонних, что решаю провести несколько дней в своей квартире. Я не ездила туда с тех пор как однажды проснувшись не дождалась там любимого. Квартира наводила на меня ужасную тоску. Провоцировала столько воспоминаний, хоть волком вой.

Но сейчас это лучший вариант. И я, собрав вещи сына, заказываю такси. Мама недовольна. Ей не нравится выпускать нас