Мой папа самый лучший - Саша Ройс

Черт…

Мое воображение уже начинает разворачивать масштабную реакцию на вариант «если что»…

Мельком взглянув на меня, мужчина улыбнулся:

— Не бойся! Щас доедем.

Но не «щас» и не спустя еще одни полчаса мы не доехали.

Все это время мы с Авророй молчали. Полностью поверили и доверились главе семьи.

Вдруг ударяюсь о спинку сиденья, когда Потемкин резко тормозит машину и, прихватив пачку, покидает ее.

Мы с Авророй переглядываемся.

— Ты посиди, зайка, а я пойду, узнаю, в чем дело.

— Хорошо, — кивает малышка и ныряет в салон.

Отстегнув ремень безопасности, избегая суеты, выбираюсь из внедорожника.

Не спеша обхожу переднюю часть махины.

Мирон нервно курит.

Сразу становится ясно, что что-то случилось.

Встаю рядом, практически копируя его позу.

— Насколько все серьезно, — как можно спокойнее спрашиваю я.

— Свернули не туда, — без пояснений кидает Мирон и топчет окурок.

— И как давно?

Он вскидывает на меня глаза.

Взгляд его недовольный, темный и суровый.

— Я знаю? — чуть ли не кричит на меня он. Отстраняется от бампера и, развернувшись, добавляет: — Знал бы куда ехать, уже бы поехали!

— Я не понимаю, ты в лесу свой. Охотник. Умеешь ориентироваться. Что с тобой случилось? — растерянно гляжу назад, на дорогу.

Потемкин отступает на несколько шагов, в его движениях легко улавливается смятение и раздраженность.

— Я виновата?

Мои предположения подтвердились тут же.

Тихо выругавшись, Мирон устремил на меня свой острый взгляд.

— Зачем было врать, что ты моя жена?

О боже!

Не зная, что сказать, увожу взгляд в сторону.

Вот оказывается в чем дело!

Скрестив руки на груди, задумчиво покачиваюсь с пятки на носок.

— Прости, — подняв руку к горлу, произношу я, — я честно не хотела. Как-то само вылетело. Но… — смотрю на потерянного Мирона и не узнаю его, — неужели все из-за этого?

— Да! Все из-за этого! — вспыхивает он.

— Ты же еще недавно хотел на мне жениться, — нехотя, напоминаю я. — Что так вывело тебя?

— Может и хочу жениться, — синие глаза напротив так и сверкнули, что мурашки по коже высыпало, — меня просто бесит, что вы бабы вечно давите на меня! Рита, мать, ты…

Перечисляя «баб», глаза Мирона пугающе округлились, но осознание, что переборщил, к нему приходит быстро. Потемкин внезапно замолчал и вроде начал успокаиваться. Его манера меня едва не рассмешила.

— Ладно, псих, не буду я тебя тянуть в ЗАГС. Время наступит, сам на своем гигантском мотике отвезешь, — усмехаюсь я.

Потемкин смягчается.

Поймав на себе его выразительный взгляд, догадываюсь, что мы выходим на переговорную прямую.

— Что делать будем, Мирон? С нами Аврора, надо соображать быстро, а главное — эффективно.

Позабыв о том, что было «до», ведем с Мироном молчаливый диалог взглядами. Он окончательно отходит от эмоциональной вспышки и начинает шевелить мозгами.

Прервав между нами незримую связь, Потемкин вышагивает вперед и, замерев посреди дороги, размышляет.

«Сейчас он все придумает и будет все хорошо», — успокаиваю саму себя, наблюдая за ним в сторонке.

— Мы пойдем в лес!

— Что-о-о? — охрипшим голосом выдаю я.

Мирон, ты, что в свое уме?

Так и хочется заверещать блондинкой.

Однако разум приходит на помощь и я, поравнявшись с ним, псевдоспокойным голосом задаю очередной вопрос:

— Почему?

— Это не та дорога. Следов нет. Был идея поставить указатели, но из-за вероятности прикормить браконьеров, не стали этого делать. Хоть и свернули мы не туда, но эти дорогие хожие. Для охотников и лесников, разумеется.

— Почему просто не поехать назад?

— Не успеем дотемна добраться до базы.

— Остаться в машине?

Изумленно приподняв бровь, Потемкин не отрывает от меня глаз:

— Ночью это будет не машина, а кормёжка для насекомых. Хочешь остаться в таких условиях почти сутки?

— Сутки? — лишаюсь дара речи я.

— Раньше нас точно не найдут.

— Но у нас же есть рация!

Подпрыгиваю от радости на месте и хлопаю в ладоши, словно наивнейшее дитя.

Снисходительный взгляд Мирона читаю как ««Юристы в тайге» знак равно «тупой еще тупее»».

— А что? Что, Мирон, не так?

— Связь работает на определенном расстоянии. Мы уехали слишком далеко.

Мобильная связь здесь точно не берет. Теперь одна польза от айфонов — функция «фонарик».

— И что мы будем делать в лесу?

— Здесь поблизости должен быть сруб.

Мирон направился к заднему багажнику внедорожника, я за ним.

— Сруб?

— Небольшой домик, в котором останавливаются местные охотники, грибники.

Нетерпеливо выдыхаю, потому что ни черта не понимаю, о чем он говорит.

Считав это с моей растерянной мордашки текущее состояние, мужчина просто командует:

— Идем!

Мы обходим машину и открываем дверцу багажного отделения.

— Надо взять только самое необходимое.

Пока Мирон перебирает вещи, я ввожу Аврору в курс дела и готовлю ее к походу в лес.

Смазываю открытые участки специальным лосьоном. Опрыскиваю ее с ног до головы спреем от мелких гадов, и надеваю на голову шляпу с сеточкой, очень похожую на ту, что носят пчеловоды при сборе меда.

Ловлю на себе сосредоточенный взгляд Мирона.

— Тебе надо?

Кивает.

Обрабатываю и себя и своего мужчину лосьонами, спреями. Пригодились-таки мои баночки-скляночки.

Экипировка модернизирована. Запас воды. Запас еды (той самой беззубовской) и самые необходимые вещи, которые отобрал Мирон.

Можно отправляться в путь.

Только…

Машина…

— Что с ней делать?

— Медведи с волками не угонят, — усмехается Потемкин, — так что на сигнализацию ставить не будем.

Очень смешно, Мирон.

Очень.

Он замкнул внедорожник и накрыл чехлом той стороной, которая содержит светоотражательные элементы. Это для тех, кто будет нас искать.