Неукротимый: возрождение - Аврора Белль

Молли побледнела, что было странно, потому что она была довольно темнокожей.

— Я не просила их избивать ее. Черт, ей всего пять. Я просто хотела, чтобы они немного напугали ее. Они просто стояли там, клянусь. — Ее лицо стало торжественным достаточно быстро. — Кроме того… — ее губы скривились, — … она это заслужила.

Но глаза Твитча продолжали наблюдать за ней долгое мгновение, прежде чем уголки его губ приподнялись.

— Хладнокровная сучка. — Он одарил ее кривой улыбкой, и я позавидовала этому. Он указал на нее, махнув пальцем в ее сторону. — Я знал, что ты мне понравишься, Молли.

Когда Молли расслабилась, я закатила глаза.

— Не поощряй ее. Это был безответственный шаг.

Но Твитч встал рядом с ней — полагаю, в знак поддержки.

— Нет. Это был смелый шаг, и если она так сильно заботится о нашем сыне, я не могу винить ее. Я бы сделал то же самое.

И впервые с момента его приезда Молли с благоговением посмотрела на него.

Черт.

Он покорил ее.

Отлично. Просто великолепно.

На моем выступе становилось немного одиноко, в то время как Твитч продолжал приглашать людей внутрь. У меня начало складываться ощущение, что почти все были не против его возвращения. Мне нужно было поговорить с единомышленниками, и, к счастью, я собиралась встретиться с ними за ужином.

***

— Привет. — Я улыбнулась, входя в индийский ресторан.

Никки грустно улыбнулась и крепко обняла меня.

— Привет, девочка. Как у тебя дела?

Дэйв встал и тоже обнял меня, нежно поцеловав в макушку.

— Мы беспокоились о тебе, но не хотели давить. — Он сочувственно посмотрел на меня сверху вниз. — Знаю, что это была борьба.

Борьба. Какое преуменьшение.

С тяжелым вздохом я села за стол и отмахнулась от друга.

— Даже не беспокойся об этом. Это было... — я поискала слово. — ... сумбурно. — Да. Это слово подходило. Но, прежде чем мы начали, я взяла со стола стакан воды и отхлебнула из него. — Как у вас дела, ребята? — они мгновение смотрели друг на друга, прежде чем опустить свои одинаково печальные взгляды. У меня внутри все сжалось. — Как Хэппи?

Никки заставила себя улыбнуться.

— Все в порядке. Он хорошо.

— Все не в порядке. — Дэйв даже не мог взглянуть на меня. — Он съехал.

— Что? — я наклонилась, потрясенная. У меня отвисла челюсть. — Что случилось?

Никки пожала плечами, но сохранила на лице свою слишком широкую улыбку.

— Я действительно не знаю.

Дэйв вздохнул, ущипнув себя за переносицу.

— Я попросил его съехать. — Когда он посмотрел на меня, его глаза были печальными. — Я плохо справляюсь.

Улыбка Никки погасла. Она выглядела опустошенной, когда положила руку на плечо Дейва в знак поддержки.

— Это было тяжело для всех нас.

Он пристально посмотрел на нее и, положив свою руку на ее руку, прошептал:

— Мне очень жаль.

Она покачала головой, и грустная улыбка украсила ее губы. Она заговорила так же тихо:

— Все в порядке.

Мое сердце разрывалось из-за них. Я знаю, что Хэппи поступил неправильно. Он лгал нам и делал это в течение пяти лет. Но они не знали, в какое опасное положение поставил его Твитч. Они не знали неписаных правил преступного мира. Они не понимали, насколько было важно для Хэппи продолжать эту игру. И они, скорее всего, никогда не поймут.

Они никогда не поймут, что три непохожих брата никогда по-настоящему не выйдут из подполья. Это было то, что ты либо принимал, либо не принимал. Я почувствовала необходимость рассказать об этом вслух.

Удрученно вздохнув, я произнесла:

— В том мире, в котором они живут, корни уходят глубоко. — Когда они оба посмотрели на меня, я взяла соломинку и размешала ледяную воду, продолжая говорить. — Это течет глубоко в их венах. Это скорее часть их самих, нежели обычная жизнь, — пояснила я. — Нормальная жизнь для Твитча, Юлия и Хэппи — это просто как настройка режима на стиральной машине. — Я невесело рассмеялась, и мои губы опустились в хмурую гримасу. — Это не для них. — Я посмотрела на своих лучших друзей, надеясь, что они поймут, что я здесь говорю. — Они пытаются почувствовать вкус такой жизни, но это сложно. У них всегда будут мишени на головах. Иногда они будут лгать ради того, что считают высшим благом. Так будет всегда, и если ты не можешь с этим справиться, тебе нужно порвать с этим.

Дэйв задумался над моими словами. Выражение его лица сменилось с слегка ошарашенного на испуганное, а затем, наконец, остановилось на раздраженном.

— Конечно, это совсем не страшно. — Он взял свое пиво и сделал глоток, прежде чем подать знак принести еще. — Спасибо, Лекси. — Он покачал головой, его губы сжались. — Большое спасибо.

Принесли бокал вина, который я заказала, когда Никки недоверчиво спросила:

— И ты смирилась с тем, что тебе лгут?

Я подняла свой бокал в приветствии.

— Не спрашивай, не говори. — Я пресекла это, показывая, насколько я не в порядке.

Дэйв усмехнулся, когда я деликатно вытерла каплю вина, которая стекала по моему подбородку.

— Ладно, хватит о нас. — Он вгляделся в мое лицо. — Как у тебя дела?

Мои брови нахмурились, и я медленно заговорила:

— Мой покойный бывший парень из мафии воскрес из мертвых, живет через дорогу и теперь находится в моем доме, в моем пространстве, по крайней мере, восемь часов каждый день. — Мои брови нахмурились еще сильнее. — Он постоянно делает сексуальные намеки и говорит мне, что очень любит меня. Он... — я судорожно вздохнула. — Он милый и забавный, и выглядит так чертовски хорошо, что половину времени я представляю себя с ним в постели. — Мой голосe стал тихим, когда на моих губах появилась легкая улыбка. — И в этот самый момент он разбивает лагерь в моей гостиной, крепость из одеял, которую он сделал со своим