Наша песня - Дэни Аткинс

На тропинке было холодно, температура быстро падала, и одежда не могла защитить меня от пронизывающего ветра. В ожидании Дэвида я мерила шагами небольшой прямоугольник, словно оказавшись в клетке. С каждой минутой я чувствовала себя все большей идиоткой. За мной ведь совершенно точно никто не шел. Я никогда не проявляла склонности к драматизированию, но тут отреагировала слишком эмоционально и, хуже того, втянула в свои параноидальные фантазии Дэвида. Он придет в законную ярость, когда примчится мне на помощь и обнаружит, что я все эти опасности придумала.

Я подождала десять минут, прежде чем мне пришло в голову, что надо бы продолжать шагать по темной тропинке в сторону студенческого городка. Слишком напуганная, чтобы как следует соображать, я просто теряла время. Дэвид, скорее всего, уже там, и лишь одна мысль о том, что он рядом, успокаивала меня. Наверное, это объясняет то, что, когда я ощутила, как кто-то положил мне руку на плечо, первым моим чувством стало огромное облегчение.

– Вот спасибо, что встретил меня, – с улыбкой сказала я, поворачиваясь к нему лицом.

– Не за что, – промурлыкал он, сильнее сжав мое плечо и погрузив пальцы во впадину под ключицей. – Спасибо, что дождалась меня. Я ведь так и подумал.

– Что?! – вскрикнула я, все еще не до конца понимая, что стоящий передо мной мужчина – вовсе не Дэвид. – Отвали от меня! – взвизгнула я, дернув плечом, чтобы стряхнуть его руку, но он вцепился в меня, как хищник когтями в добычу.

– Я тебя еще не валил, – услышала я его заплетающийся голос, прежде чем он обдал меня пивным ароматом. – Пока.

Слова его звучали совершенно однозначно, и у меня в горле в отвратительном коктейле смешались страх и горечь. Я изо всех сил оттолкнула его, но он оказался на удивление сильным. Его свободная рука обхватила меня за спину и прижала к твердому, как стена, телу, резко обездвижив обе мои руки.

– Хватит в игрушки играть, – прохрипел он, наклоняясь ко мне. – Ты же знаешь, что хочешь того же, что и я.

Я забилась в его стальных тисках, словно сумасшедший в смирительной рубашке, но никак не могла вырваться.

– Пусти меня! – рявкнула я ему в лицо, которое все ниже нависало над моим. – Я жду бойфренда, – соврала я дрожащим голосом. – Он вот-вот появится.

– А вот я уже здесь, – пробулькал он, прижавшись ртом к моим губам.

Я крепко сжала губы и так сильно заскрипела зубами, что, наверное, содрала эмаль. Но ему все же удалось разомкнуть мои челюсти. Его язык, словно толстая юркая змея, проник ко мне в рот, упираясь в мой язык, да так сильно, что я задохнулась. Я очень надеялась, что вот-вот блевану, забрызгав нас обоих.

Его рот оторвался от моего, и я стала жадно вдыхать холодный воздух, словно тонула. Его глаза превратились в крохотные сверкающие щелки, и я заметила, как они подернулись жуткой красной дымкой. Урезонить его было уже нельзя, если это вообще когда-то было возможно. Рука, с такой силой схватившая меня за плечо, что оставила пять синяков от пальцев, теперь скользнула вниз по моей куртке и впилась мне в правую грудь. Его пальцы вдавились в кожу и больно сжали мое тело. Дыхание его участилось, он практически хрипел от похоти.

– Как я об этом мечтал, – пробормотал он, ущипнув меня так, что на глазах у меня выступили слезы. Его пальцы нащупали молнию куртки, и, когда он потянул ее вниз, я резко отстранилась и отпрянула от него.

– Я же сказала: от-ва-ли! От! Ме-ня! – заревела я, злобно выпустив из легких весь воздух.

Хотя он меня больше не держал, его рука продолжала сжимать в кулаке часть куртки, и хоть я изо всех сил вырывалась, он меня не отпускал. Я снова дернулась, но он не прекращал этого жуткого состязания.

– Мой бойфренд тебя по стенке размажет, – пригрозила я, колотя его по руке и пытаясь вырваться.

Он изобразил испуг и пропищал девчачьим голоском:

– Ой, как я боюсь! Сейчас придет большой дядя-бойфренд! – И тут же продолжил своим обычным голосом: – Хватит мне тут заливать. Нет у тебя никакого бойфренда. Разве что я сгожусь, а?

Он снова попытался притянуть меня к себе, но тут из глубин моей памяти всплыл давным-давно заученный прием. Я дернулась в его руках, оказавшись к нему спиной, почувствовала, как в меня уперлась выпуклость в его штанах, и, подняв ногу, изо всех сил резко опустила ее вниз. Каблук моего сапога врезался в свод его стопы. Он выругался, а потом застонал, когда я повернула тонкий конец каблука, словно давила насекомое. Аналогия оказалась вполне уместной.

– Ах ты сука, – утробно прохрипел он и толкнул меня с такой силой, что я упала на землю.

Охваченная паникой, я попыталась встать на ноги, поняв, что надо бежать. Немедленно. Но я слишком замешкалась. Он стоял, нависая надо мной, и на лице у него ясно читалось то, что он намеревался сделать дальше.

Я попятилась, скользя на пятой точке, пытаясь оттолкнуться ногами от покрытой ледком дорожки. Он с улыбкой опустился на колени. Невероятно, но ему все это продолжало казаться смешным. Я закрыла глаза, с ужасом ожидая неминуемого. Открыла я их лишь тогда, когда услышала, как что-то тяжелое упало на землю, а потом раздался стон. Светловолосый вставал на ноги, но Дэвид нанес ему удар под колени, так что тот снова рухнул на землю. Дэвид отвернулся от валявшегося на дорожке громилы и ринулся ко мне.

– Шарли, все нормально? – спросил он, протягивая мне руку. Я вцепилась в нее, когда он начал меня поднимать. – Он тебя ударил? – произнес он каким-то не своим голосом.

Я было открыла рот, чтобы ответить, но вместо слов у меня вырвался тревожный вопль, когда на нас ринулась черная тень. Я не видела, как светловолосый замахнулся, но услышала тошнотворный звук, когда костяшки его пальцев врезались в лицо Дэвида. Дэвид выпустил мою руку, и я снова плюхнулась на землю, а двое мужчин уставились друг на друга, словно сошедшиеся в схватке звери.

– Надо бы тебя прикончить, – прохрипел Дэвид, и его голос показался мне рычанием.

– Попробуй, а я погляжу, – усмехнулся его противник. Он отбросил со лба сальные светлые волосы, и я восторгом увидела, что там красовалась окровавленная рана.

– Мотай отсюда. Живо, – посоветовал ему Дэвид.

– А ты держи эту сучку на коротком поводке, – дерзко ответил громила. – А то она вцепилась в меня, как репей.

Дэвид издал какой-то совершенно животный звук и ринулся на моего обидчика. В воздухе замелькали руки и ноги, послышались глухие удары, когда они сцепились друг с другом. Физически они почти не уступали друг другу, так что предсказать исход схватки было невозможно. Но Дэвидом двигало нечто большее, чем просто ярость, и я заметила, что он берет верх. Его кулак въехал в лицо громилы с такой силой, что отбросил его назад, но отнюдь не остановил. Но, может, тот просто выдохся, потому что согнулся, едва не касаясь ботинок, словно превозмогая боль.

Не знаю, как бы все повернулось дальше, если бы скрывавшие луну тучи немного не расступились, позволив той осветить всю сцену настолько, что я заметила нож, который громила вытащил из ботинка.