Роковой поцелуй - Джорджетт Хейер

Она с такой силой вцепилась в спинку стула, что костяшки ее пальцев побелели.

– Ваша неделикатность, полнейшее пренебрежение моими чувствами, позволяющее вам с насмешкой напоминать мне о том недостойном случае, в результате которого я по-прежнему чувствую себя опозоренной…

Граф протянул вперед руку.

– Это действительно было дурно с моей стороны, – мягко проговорил он. – Простите меня!

Она растерянно умолкла и, недоуменно хмурясь, уставилась на него. Через несколько минут, уже куда более спокойным тоном, она заговорила вновь:

– Пожалуй, я и впрямь могу показаться тщеславной. Если вы так говорите, значит, так оно и есть на самом деле – вам виднее. Но могу уверить вас, лорд Уорт: те победы, как вы изволили выразиться, не заставили меня уверовать в то, будто любой джентльмен, с которым я знакома, включая и вас, только и мечтает, чтобы жениться на мне.

– Разумеется, нет, – согласился он.

Джудит неуверенно проговорила:

– Мне очень жаль, что я вышла из себя столь неподобающим леди образом, но вы должны согласиться: у меня были на то веские основания.

– Я даже готов согласиться с тем, что они были невыносимыми, – заявил его светлость. – Ну что, давайте пожмем друг другу руки?

Мисс Тавернер подошла к нему и неохотно вложила свою ладошку в его ладонь. Он наклонился и, к немалому ее удивлению, легонько прикоснулся к ней губами. Отпустив ее руку, произнес:

– Прежде чем мы забудем об этом разговоре, я должен сказать вам еще кое-что. Я хочу, чтобы вы не упоминали о своем подозрении в том, будто Перри пытались отравить, ни мистеру Тавернеру, ни кому-либо еще.

Она, вопросительно взглянув на него, нахмурилась, а граф продолжил:

– Пользы от этого не будет никакой, зато вред может оказаться весьма большим.

– Вред! Так вы полагаете… Возможно ли это, что я была права? – с тревогой быстро спросила она.

– Крайне маловероятно, – ответил он. – Но, поскольку это недомогание случилось с ним под моей крышей, я предпочел бы, чтобы меня не подозревали в желании избавиться от него.

– Я не стану рассказывать об этом, – взволнованно пообещала девушка. – Я не намерена распространять подобные слухи без веских доказательств.

Поклонившись, граф направился к двери. Но, прежде чем взяться за ручку, он обернулся и небрежно обронил:

– Кстати, мисс Тавернер, у вас еще сохранился договор аренды на ваш особняк? Помнится, я отдал его вам.

– Он лежит у меня дома, в ящике моего письменного стола, – ответила она. – Он вам нужен?

– Блекейдер пишет, что некоторые его пункты необходимо пересмотреть. Поэтому я хотел бы взглянуть на него. Если послать в город кого-либо из слуг, то не могла бы ваша экономка или кто-то еще передать его с ним для меня?

– Разумеется, – ответила Джудит. – Я могу послать за ним Хинксона, нового грума Перри.

– Благодарю вас. Без сомнения, так будет лучше всего, – сказал граф.

В следующее мгновение в коридоре раздались поспешные шаги и послышался чей-то звонкий и веселый голос:

– Он в библиотеке, не так ли? Я сам разыщу его: не трудитесь сопровождать меня, мадам! Я еще не забыл туда дорогу.

От удивления граф поднял брови.

– Вот неожиданность, – заметил он, распахнув дверь и протянув обе руки. – Чарльз! Какого дьявола?

У высокого симпатичного молодого человека, облаченного в форму гусара, правая рука была перевязана. Приятно улыбаясь, он стиснул ладонь графа левой рукой.

– Дорогой мой! Как поживаешь? Клянусь богом, я очень рад встретиться с тобой снова! Как видишь, благодаря вот этому мне предоставили отпуск! – И он кивнул на свою раненую руку.

– Как она? – поинтересовался Уорт. – Болит? Когда тебя выписали из госпиталя? Судя по тому, что я вижу, ты чувствуешь себя неплохо!

– Клянусь богом, все в порядке! Все в полном порядке! Но я прибыл домой, чтобы попытать счастья с наследницей. Где она? Что у нее, косоглазие? Она очень уродлива? Все они одинаковы!

Граф отступил на шаг.

– Предоставляю тебе судить самому, – сухо ответил он. – Мисс Тавернер, хотя он уже успел проявить себя не с самой лучшей стороны, прошу позволения представить вам моего брата, капитана Одли.

Досточтимый капитан Чарльз Одли опешил, во все глаза глядя на мисс Тавернер. На лице его забавным образом смешались смятение и восхищение. И, явно не веря своим глазам, он наконец воскликнул:

– Боже милосердный! Неужели это возможно? Сударыня, ваш покорный слуга! Что я могу сказать?

– Ты уже и так наговорил достаточно, – насмешливо заметил граф.

– Что верно, то верно! От этого никуда не денешься; мисс Тавернер, вы меня не слышали, вы даже не слушали!

– Напротив, я слышала вас совершенно ясно, – возразила Джудит, не в силах сдержать улыбку, и протянула ему руку. – Как поживаете? Мне очень жаль видеть вашу руку на перевязи. Надеюсь, рана не слишком серьезна?

– Что касается моей руки – нет, сударыня, я был ранен не на полуострове, – пылко вскричал он, принимая и целуя ее руку.

Она, не удержавшись, рассмеялась. В глазах капитана заблестели лукавые искорки, и он торжественно провозгласил:

– Позвольте сообщить вам, что за все время общения с наследницами я еще ни разу не встречал той, при воспоминании о которой мне не снились бы кошмары по ночам. Вы вернули мне веру в чудеса, мисс Тавернер!

– Если ты и дальше будешь продолжать в том же духе, мисс Тавернер потребует немедленно заложить свой экипаж, – заметил граф.

– Ничуть не бывало, – возразила Джудит. – Я счастлива тем, что при воспоминании обо мне капитану Одли не будут сниться кошмары по ночам. – Она направилась к двери. – Полагаю, вам о многом нужно поговорить. Я оставлю вас.

С этими словами она вышла из библиотеки. Капитан Одли закрыл за ней дверь и повернулся к графу.

– Джулиан, негодяй ты этакий! Прячешь от меня такое сокровище! Ты уже обручился с ней?

– Еще нет, – ответил граф. – Не успел.

– Право, ты спятил! – провозгласил капитан. – Только не говори мне, будто намерен упустить такое богатство! В подобном случае, я сам рискну попытать счастья.

– Ради бога. Ты не преуспеешь, зато, по крайней мере, у тебя не останется времени на прочие шалости.

– А, не будь таким самоуверенным! – ухмыльнулся капитан. – Ты в этих делах совершенно не разбираешься, мой мальчик.

– В таких делах я разбираюсь куда лучше тебя, – парировал граф. – Я – ее опекун.

– Ничего себе! – вскричал капитан Одли. – Должен ли я понимать тебя так, что ты заявишь протест против заключения брака?

– Ты понял меня совершенно правильно, – подтвердил Уорт.