Это моя игрушка - Екатерина Сергеевна Богушева

У него был такой взгляд, что отказать ему я просто не смогла. Улыбаясь согласно кивнула.

— Ну… хорошо. Один бокал.

Мы сидели в его комнате на полу возле камина. Тёплый пол с пушистым ковром. В камине не громко трещало пламя огненной стихии, его языки касаясь губами поленья, обращали их в горсть пепла… безумный танец дикой страсти манил жаром своего огненного непостоянства…

— Давай — Сделав глоток из своего бокала, Макс кивнул: — Лезь ко мне в душу, тебе и только тебе я готов вывернуть её наизнанку.

Я усмехнулась, попивая маленькими глоточками прекрасное вино из бокала, который держала в своих руках.

— Зачем мне лезть тебе в душу, Макс? Если ты захочешь или посчитаешь нужным, то сам расскажешь мне

Макс сделал ещё пару глотков, облизнувшись, прошептал

— Брось, Катрина. Я по глазам вижу. Тебе же интересно узнать, почему я плакал?

Я лишь плечами пожала, поглядывая в эти поразительно притягательные изумруды

— Может и интересно, только спрашивать не собираюсь. Приятного вечера.

Я решила, что компанию ему уже составила, поэтому пора возвращаться к себе. Начала вставать с пола, но Макс резко сжал мою руку своей, пришлось присесть обратно.

— Я служил в Армии… потом по контракту остался воевать пошёл. Миссии были разные, но каждый раз мне и моим ребятам везло. Много где мы побывали. Много кого поймали и доставили в отдел наших ФСБ. Я убивал духов, прикрывал своих ребят, и мне нравилась моя жизнь. Я просто делал то, что у меня получалось лучше всего.

Рискнув перебить его, спросила

— А почему тогда ушёл из армии? Что-то случилось?

Макс согласен кивнул, сделав глоток. Его бокал был пуст наполовину…

— Мы были в Иране. И попали в западню к духам. Нас осталось только шестеро, всех остальных…

Макс замолчал… а когда продолжил голос его не выражал ничего кроме ужаса, казалось, даже глаза его полны дикого страха, переживая вновь картины прошлого… — Знаешь, мы остались одни, не было никакой надежды. Никакой. Нас не спасли бы. Никто не знал где мы, никто не пришёл бы. Духи загнали нас в горы. В плен взяли бы только троих меня, кого-то одного из солдат и второго капитана. Остальных пустили бы в расход. Мы бы не продержались долго в плену. Пытают духи знатно. Посадят в колодец с крысами, и перерезают сухожилия на ногах… Второй капитан достал свой пистолет. Единственное, что осталось у нас из оружия. Защититься мы бы не смогли. И мы приняли решение… что уйдём сами. Ровно семь пуль было в обойме. По пуле на каждого. Духи были уже рядом… я уже слышал приказ из капитана… Не медля ни секунды, я открыл огонь по своим. Остался один.

Голос Макса дрогнул…

— Приставил пистолет к своему виску. В этот самый момент капитан духов, кинулся на меня. Им нужен был хотя бы один пленник. Я надавил на курок. В этот самый момент пришли наши… духов застрелили. Меня спасли. Я убил своих, а надо было просто подождать. Всего минуту, но я убил их. Эта правда будет преследовать меня вечность… и чувство вины…

Меня тронула правда Макса. Вот уж не зря говорят, никогда нельзя отчаиваться. Верить нужно до последнего.

— Знаешь… никто не вправе судить другого. Скажу за себя. Мне повезло, что у меня есть такой брат как ты.

Придвинувшись ближе, обняла его за плечи. Макс погладил меня по спине… Отстранившись, улыбнулась. Погладила его по лицу и прошептала, глядя ему в глаза:

— Ты хороший человек, Макс…

— — Макс —

Вот уж этого я совсем не ожидал. Если бы она по сестрински чмокнула меня в щечку. Или по-дружески похлопала по плечу и отвернулась… Но она смотрела на меня своими шоколадными реками и я вдруг ощутил горячее приглашение.

Интимный соблазн, от которого любой мужчина мог бы упасть с крыши, даже не сообразив, как, когда и зачем он на нее забирался. Ее пальцы легко коснулись моей щеки, а палец исполнил изящный танец по моей скуле. Я ощутил запах вина и шоколада, которым она вся пахла… чёрт, эта девочка ходячий десерт, запах ее тонких духов ударил мне в голову.

И крыша моя улетела по полной. Сжал руками её плечи и резко притянул к себе, впиваясь своими губами в её пухлые, губки… ощутил вкус вина с шоколадом и башню мне сорвало капитально. Я буквально подмял её под себя, опрокидывая на подушки. Девчонка выставив вперёд руки, упёрлась ими мне в грудь, я продолжил свой поцелуй, проникая своим языком в её рот, буквально изнасиловал его своим варварским присутствием. Она не собиралась сдаваться. Укусила меня за губу и мне пришлось её отпустить.

Катя присела, ударила меня несколько раз по лицу

— С ума сошел, братик?! Я люблю только Каина! И мне плевать что он сделал и как поступил. Я люблю его и только его и никто другой мне не нужен

Она сползла с дивана и бегом покинула мою комнату… Спрятал лицо в ладонях… твою мать… идиот…

— Авель —

День яркий и солнечный, мимо меня проехала грузовая машина. Ну и район. Я дважды чуть не заблудился. Стою возле капота своей тачки. В руках два стаканчика с кофе. Стою перед её домом… жду… чего жду Блядь не знаю. Просто жду и всё. Не знаю что ей скажу, попытаюсь снова предложить деньги и свою помощь. Калитка скрипнула. Мирослава с тростью в ру, ках стуча её кончиком по асфальту медленно и неуверенно шла вперёд. Сегодня на ней была короткая кожаная куртка чёрного цвета и такие же кожаные брюки.

Ноги в берцах. На спине портфель с забавным брелоком на молнии. Смешная ягода с ногами и длинными руками. Забавная игрушка… Медленно подхожу к ней, очень тихо, так тихо, чтобы она меня не услышала. И правду говорят, когда человек теряет зрение, другие органы чувств у него обостряются.

Резко оборачивается и со всей дури бьёт меня тростью по голове, я уклонился, но она резко ударила меня дважды по рукам, которыми я прикрывался. — Кто здесь?! Мать вашу, объяснитесь!!!

Облизнув пересохшие губы, улыбаюсь

— Вот это у вас слух. Вы меня услышали?

Кажется, она меня не узнала

— Вы из агенства? Вам прислали мне в помощники?

Я прикинул… была не была

— Э… да

— Что «да»?! Руку дайте и идёмте на автобус. Вы опоздали, а из-за вас и я опоздаю на важную встречу! Скорее вызовите мне такси!

Накричала на меня девчонка

— Так вот такси… идёмте…

Сжал