Потерянное и Найденное - Оллард Манн фрейграф

— Тасс! Древний огонь, что случилось?! — Этель отбросила скипетр и упала на колени рядом с другом. Она растерянно осматривала пламя, не представляя, чем можно помочь, от бессилия тоже залилась слезами.

— Тасс! — Элизиан, лишь появившись в зале, бросилась к ним и обеими руками обхватила ладонь парня. Она намеревалась забрать его боль, но не смогла решиться, и подняла полные слёз глаза на остальных хранительниц.

— Первородное пламя… — хранительница Креогикана, молодая нимфа по имени Райна, подбежала к ним и упала на колени рядом с Этель. Она быстро замахала крыльями, отчего воздух вокруг заблестел маленькими разноцветными искорками.

— Я уже умираю? — Тасс, едва дыша от боли, устало усмехнулся, рассматривая заполнившую воздух пыльцу.

— Этого не хватает… — Райна подняла глаза на подбежавшую фею.

Наоми, хранительница Эсмара, присела возле них и тоже замахала крыльями.

Этель всхлипнула и заметила, как в блеске заполнившей воздух пыльцы рана Тасса стала понемногу затягиваться.

— Что вы делаете? — озадаченно спросила она.

— Это пыльца фей. Неужели вам, детям, про такое не рассказывают? — Нибрас, сидевшая на своем месте, недовольно хмыкнула.

— Не стоит сейчас грубить им, Ибра, — Кира закатила глаза.

— Они же совсем дети, — Райна глянула на фею льда укоризненно, несмотря на застилавшие глаза слёзы. — Постыдилась бы.

— Бросьте, он ведь не хотел быть хранителем! Умолял избавить его от титула, так зачем ему мешать? — фея усмехнулась и безразлично отвела взгляд.

— Предлагаешь оставить его умирать? Не очень по-хранительски, — Этель недовольно нахмурилась и сжала кулаки.

— Я хранительница только своего народа, — холодно отрезала Нибрас.

— Успокойтесь все, — отстранённо потребовала Ринтия, до того лишь молча и безучастно наблюдавшая. — Ему лучше?

— Да… — растерянно ответила Элизиан утирая слёзы, когда рана окончательно затянулась. Она быстро поморгала, проверяя, не померещилось ли ей, но Тасс остался по-прежнему здоров и после этого.

Хотя выглядел он всё равно потрёпанно. В изорванном костюме, покрытый плотным слоем подвальной пыли, с неровными дорожками потёков от слёз вокруг глаз. Неужели они все выглядели так же ужасно?

Элизиан подняла глаза и поняла, что они с Этель на вид были и того хуже. В отличие от Тасса, полностью осыпанного исцеляющей пыльцой, они, кроме пыли, были покрыты ссадинами и синяками.

— Тогда мы можем начинать заседание, — безразлично проговорила Ринтия, оценив исцеление хранителя Травитиша лишь сухим кивком.

— Что?! Вы не можете так просто проигнорировать то, что произошло! Нам нужна помощь! — Этель подскочила на ноги и свысока посмотрела на сидевшую перед ней председательницу Совета. От страха собственной дерзости она едва не потеряла дар речи, но отступать было поздно.

— Мы собрались с определённой целью, и я не считаю нужным сейчас от этого отвлекаться, — Ринтия безразлично качнула головой.

— Мне кажется, их дело действительно серьёзное, — неуверенно проговорила Райна, закусив губу.

— Ринтия, этого парня чуть не убили, — Наоми поднялась на ноги, оставив набравшегося сил Тасса, и скрестила руки на груди. — У меня дочка его возраста, совсем ребенок. И кто-то там, внизу, угрожает отнять куда больше ещё толком не начавшихся жизней. Думаешь, есть что-то серьёзнее, чем это? Что может быть более срочным?!

Фея гневно свела брови к переносице, исподлобья глядя на председательницу. Райна, хоть и менее смелая, поддерживающе кивала, стоя позади.

— Полагаю, вы трое тоже согласны, что нам стоит обсудить это? — Ринтия тяжело вздохнула и оценивающе поглядела на молодых фей.

— Конечно, — Этель помогла Элизиан поднять друга на ноги, и все трое дружно закивали.

— Это уже большинство, — устало констатировала Ринтия. — Но я не могу не спросить мнения остальных. Кира, Ибра?

— На Диамонде хватает своих беспорядков, поэтому меня не интересует их происшествие, — хладнокровно заявила фея льда.

— Я считаю, что мы вполне способны разобраться со всем, не имеет значения в каком порядке, — Кира пожала плечами и едва заметно улыбнулась Тассу.

— Так и быть, — хранительница Хаотиса устало кивнула. — У вас пять минут, чтобы точно объяснить, что происходит. И разойдитесь по местам, хватит толпиться посреди зала.

Феи послушно вернулись к своим тронам.

— Моргана Хири, директриса Гаммы, школы волшебства в Седотопии, устроила диктатуру и превратила учебный процесс почти в военную службу, — начала Элизиан. — Она подставила свою предшественницу, Азуру Акир, и таким образом смогла занять пост. Также она пленила профессора Таома, которого мы все должны опекать.

— Ещё она в сговоре с моей матерью, королевой Аниссой. Поэтому правительство закрывает глаза на происходящее и не принимает мер, — Этель сунула руку за воротник и ловко достала украденную из кабинета директрисы бумагу. — У меня есть доказательство того, что они состояли в переписке. Конкретно здесь королева дает Моргане позволение «любым способом» добыть информацию у одной из фей. Это Эвита, она Хаотиса и оказалась в Гамме случайно, потерявшись. Моргана проигнорировала её законное требование и не сообщила в Хаотис, чтобы её могли забрать. Вместо этого Моргана следила за Эвитой, чтобы выудить информацию.

— Хаотису известно о местонахождении Эвиты, — Ринтия испытующе посмотрела на Этель.

— Я самостоятельно отправила извещение, когда находилась в столице, воспользовавшись доступом к министерской ложе.

— Продолжайте.

— Еще Моргана вынудила фею первородного огня, Пелианну Фирлис, превратиться, но это какая-то тёмная форма. Она пытала нескольких учеников, кто был против установившегося режима и хотел немного свободы. В их число попала и Эвита, так пытались добыть информацию о слабых местах Хаотиса. Также это именно Пеле напала на меня, чуть не убив, — завершил рассказ Тасс.

— Ты сказал фея первородного огня? — нимфа охнула и положила ладонь на грудь, испуганно глядя то на парнишку, то на Ринтию.

— Да… Что это значит? — фей смутился и растерянно поглядел на председательницу Совета.

— Вы все точно уверены, что она использовала Тёмный огонь? — Ринтия напряжённо нахмурилась, поднялась с места от волнения.

— Да… — Элизиан нервно сжала пальцами подлокотники трона.

— Вы ведь видели чёрное пламя, когда Тасс появился. — Этель пожала плечами.

— Неужели… — Ринтия побледнела и опустила глаза, перебирая кончиками пальцев жемчужные бусы на своей шее от волнения. В совершенно не свойственной ей манере, фея начала говорить тише. — Это очень плохо… К чему же это может нас привести…

Наоми шумно сглотнула и обняла себя за плечи, не справляясь с волнением. Председательница хранителей никогда в жизни не была так взволнована. Ни одна из хранительниц не помнила за ней даже секунды слабости, а в этот момент Ринтия совершенно переменилась, словно состарилась на десять лет в мгновение. Но помутнение быстро прошло. Женщина взяла себя в руки и статно выпрямилась.

— Тёмный огонь — это очень плохой знак. Если кто-то использовал его, это может привлечь такие силы, которые всем нам и