Одна в толпе - Марта Крон

Что продался ради крупного гонорара и пожертвовал даже праздником и встречей с родной матерью. А всё потому, что внутри взыграла установка убедить всех вокруг, в том числе и отца, что Астахов не сдаётся и всегда выигрывает. Даже если сложно. Даже если не обладает соответствующими навыками. Всё равно возьму верх над ситуацией.

Как раз эти слова я и сказал тогда отцу, когда он, предложив мне единоличную сделку, вдруг резко передумал и махнул на меня рукой. Моя врождённая страсть к первенству дала о себе знать и я, выставив грудь вперёд, настоял немедленно ввести меня в курс дела.

Ой дурак!

Потом уже понял, когда осмыслил всё в спокойной обстановке. Меня на понт взяли, а я и повёлся. А отступать не в моей натуре. Теперь придётся вывернуться наизнанку, но выполнить поставленную задачу. Греют душу только место проведения задания и сумма вознаграждения за успешный результат. Мы с коротышкой, наконец, заживём по-настоящему.

— Но ты справляешься? — уточнила мама, прислушиваясь к моему беспокойному дыханию.

— Конечно. — постарался скрыть все признаки своей нервозности. — Я у тебя не самый глупый, знаешь ли.

— Ты у меня самый лучший, Лёнчик! — гордо подтвердила мама и мне стало намного легче. Вот что творит поддержка родных. Резкое улучшение настроения и мотивация к успеху.

— Спасибо, мам. — искренне поблагодарил я, заезжая на стоянку возле дома. — Звони почаще.

— Хорошо, дорогой! — просияла мама. — Сынок, только не перетруждайся! Твой отец в этом плане уже набил себе руку и вынослив, как бык.

— Я не хуже. — сорвалось с языка.

— Ты другой. — примирительно прошептала женщина. — Не нужно истязать себя, чтобы доказывать своё превосходство. Просто береги себя, Леонид. Ты у меня один…

Ненадолго замолчав, просто не зная, что ответить, я заглушил двигатель и посмотрел на Алису, голова которой уже начала сползать с сидения.

Поправив положение девчонки, зачем-то потянулся к её руке и дотронулся до шрама на безымянном пальце, который каждый раз приманивает своим наличием и гладкостью. Это же такой дефект на коже, а гномиха его даже не замечает. Меня же постоянно одолевает желание его загладить, зализать, прикрыть…

— Мам, перед уходом отца… — неуверенно прохрипел я. — …ты предполагала, что такое может случиться?

— Скорее да, чем нет. — удивилась она моему вопросу. — В нём всегда было слишком много энергии, и он никак не мог найти ей применение. Семьи оказалось для него мало… а почему ты спрашиваешь?

— Я только недавно понял, чего боюсь больше всего на свете… — нахмурился, выгоняя из мыслей страх. — Одиночество. — признался я, смотря в упор на девушку, которую люблю и слушая дыхание родной матери. — Из-за страха остаться одному я перестаю соображать и могу совершить ошибку, которая потом мешает жить…

— Лёнь, все совершают ошибки… — смягчила голос мама и глубоко вздохнула. — Ты проецируешь поступок отца на других. Ждёшь, что тебя бросят и делаешь всё, чтобы этого не случилось. Это объяснимо. Но с этим нужно бороться. Нужно избавиться от страха.

— Как? — затаил я дыхание.

— Расслабься. Доверься. Люби и будь любим не через силу, а искренне. — мягким эхом проникли в душу слова мамы, и я ненадолго замер, наслаждаясь подступающим убаюкиванием.

Вот умеет эта женщина найти слова в трудный час. Всегда помогает.

— Тебя всегда искренне буду любить, мам. — с такой лёгкостью каждый раз в этом признаюсь и совсем не стыдно.

Это же мама.

Услышав в трубке всхлип, покачал головой.

— Здрасти-мордасти. — ругнулся я на манер гномихи.

— Всё-всё. — сморкнулись в ответ. — Я просто очень скучаю… Смотрела сегодня твой детский фотоальбом, ты там такой сладкий прям… Голенький, чумазенький, зато в панамочке…Ы-ы-ы… — послышался новый вой, и я возвёл взгляд к потолку машины.

Пора сваливать.

— Мам, мне пора Алису укладывать. — прервал поток слёз. — Иди тоже спать, а то опухнешь вся от рёва, муж ночью испугается и в окно выпрыгнет.

— Очень смешно, Леонид. — прозвучала в голосе материнская строгость. — Я всегда красавица, если ты забыл!

— Только не стабильно-эмоциональная. — усмехнулся я. — Всё. Ушёл.

— Пока, сынок. — шмыгнула носом мама и звонок прекратился.

— Вы у меня обе одинаковые. — пробубнил себе под нос, поднимая на руки Акимову и захлопывая аккуратно дверь в машину. — Красивые и чересчур чувствительные…

Занеся своего недоростка в квартиру, торжественно положил её на кровать, снял обувь, укрыл, поцеловал в щёку и завалился рядом. Прокручивая в голове разговор с мамой, беззвучно рассмеялся. Как же это зеркально с отцом. После него у меня на душе вот совсем не так радостно. Полный напряг скорее. Вечный круговорот информации в мозге и планка так высока, что от нервов я начал упускать детали.

Кстати, что там за данные отец прислал по поводу Нового года?

Дотянувшись до тумбочки, включил планшет и открыл почту, чтобы утолить любопытство и позже заснуть, не гадая что там.

Итак, что у нас тут интересное?

Хм. Не так уж и плохо.

Праздник мы проведём не со старпёрами, чего я боялся, а с молодой парочкой. Наши ровесники почти.

Странные немного правда… но будем надеяться, что это они просто на фото выглядят чудаковатыми, а в жизни совершенно нормальные.

Надо завтра повнимательнее почитать про этих Петра и Елизавету Фроловых.