Одна в толпе - Марта Крон

ЛЁНЯ.

Никогда не думал, что я буду получать удовольствие просто от того, что держу девушку за руку. Без флирта, секса и откровенной пошлости. Одно простое действие и меня уносит. Маленькая ладонь, трепетно сжимающая мою и ни о чём другом я думать не в силах.

Всю ночь я чувствовал, как Алиса ласково греет дыханием мои пальцы, так и уснув, прижимаясь губами к нашим переплетённым рукам.

Она не ответила мне. Не решилась. Но я видел, что чувствует она тоже самое. Что перед сном выключила телефон, отгораживая нас от настойчивых смс Оконцева, уверенно и по своей инициативе. Без слов примкнула к моим губам и укрыла нас одеялом. Посмотрев долгим взглядом в мои глаза, доверительно поместила свою руку мне в ладонь и застенчиво улыбнувшись, спрятала свою немую честность за мягким прикосновением к моей коже.

Я почти не сомкнул глаз. Смотрел на спящую девчонку и пытался разобраться в себе. Такой накат чувств у меня впервые. Все радости и тревоги смешались в кучу. Твёрдое «моя» приглушается мыслями о Ромыче. Ощущение незаконченности в их отношениях терзает мне душу. С её стороны я вижу точку, а вот друг не готов поставить крест. И его вынужденно, словно печать от раскалённого металла, поставил я. Всемерно дорожив нашей дружбой, безрассудно собирался вытереть ноги об девушку, перед которой сам же и встал на колени. Подменил понятия. Вместо «укрепить» получил «сломать». Вместо дружбы выбрал любовь.

Посреди ночи дотянулся до своего мобильного и не думая о том, что друг может спать, захотел узнать ту самую причину, по которой образовалась его привязанность к Алисе.

Этот вопрос давно не давал покоя. И пока Ромыч находится в неведении, что я распилил нашу связь, украв ту, что он считает своей, быстро написал:

— «Почему ты выбрал её? За что полюбил?»

Ждал больше десяти минут, прислушиваясь к дыханию гномихи и успокаивая нервозность.

— «Она знает себе цену.» — высветилось на экране и я подавленно закрыл глаза.

О да. Акимова — птица высокого полёта. Этого у неё не отнять.

— «Я её знаю?» — завибрировал в руке телефон.

Мне в аду гореть за это…

— «Нет.»

Испустив из самой грудины болезненный выдох, поцеловал спящую гномиху в лоб и мысленно заверил себя, что поступаю, как гнида, исключительно из-за того, что борюсь за своё.

— «Ты уверен, что это не временно у тебя?» — спустя время пришло от Ромыча, который готов пожертвовать сном ради того редкого общения, что у нас теперь есть.

— «Подсел на всю жизнь…» — напечатал я, глядя на наши сцепленные с девчонкой пальцы.

— «Чем зацепила? Ты же непробиваемый холостяк по натуре!» — почувствовал ухмылку друга даже на расстоянии.

Посмотрев правде в глаза, ответил, как есть:

— «Она единственная, кто не взлюбила меня с самого начала.»

— «Ха! Тогда она точно должна быть твоей!» — как ножом по сердцу.

Пора заканчивать этот фарс и ложиться спать.

— «Спасибо за официальное разрешение. Я сохранил. Мне пора.» — и дождавшись прощального ответа, облегчённо вздохнул.

Мне очень хотелось выяснить все подробности. Пускали ли Ромыча также по кругу смерти в бане? Как он относился к охранному псу Оконцеву? Был ли чёртов секс с Алисой?

Но я запретил себе болтать лишнего. Засыпая только под самое утро, смог убедить себя, что впереди почти год до возвращения Ромки. Жизнь быстротечна и может быть на расстоянии от Алисы он справится со своими чувствами и охладеет к ней… Может у меня получится обьяснить ему, что я дорожу нашей дружбой и никакого злого умысла не было. Может докажу, что она будет счастлива со мной и он сможет её отпустить…

Вся моя жизнь состоит из одного шаткого «может».

Может Ромыч окажется сильнее будущей обиды на меня? Может дать отцу шанс? Может не церемониться и сразу прибить Оконцева, чтобы не мешал? Может плюнуть на всё и увезти гномиху во Францию?

— Астахов, ты спать собираешься…? — вдруг сурово прохрипела Алиса, приоткрывая один глаз.

— Собираюсь, гномик… — доложил командиру обстановку.

— Тогда спи. — проворчала она, отворачиваясь и закидывая наши руки себе на грудь, заодно вытесняя меня с кровати своей попой. — Заканчивай уже натужно сопеть мне на ухо…

— У меня жизнь тяжёлая. — оправдался я.

— Мххррр. — жалеющий храп.

— Вот и я о том же. — усмехнулся в ответ, устраиваясь поудобнее и закрывая глаза.

* * *

— Не могу поверить, что согласился на это. — не скрывая раздражения, толкнул перед Алисой дверь, пропуская наглую леди вперёд.

— Я эту фразу сегодня уже миллион раз слышала. — закатила она глаза, уверенно делая шаг в знакомое здание.

Мне бы её расслабленность. Офис отца вызывает только угнетение и с каждым продвижением к его кабинету, ещё и негодование, что мужчине удалось провести меня вокруг пальца. Чувствую себя пойманной рыбой в сетях. Зря извиваюсь, всё равно зажарят.

Поднявшись на лифте на нужный этаж, мы с гномихой остановились возле зеркала. Пока красавица поправляла одежду и выискивала в себе недостатки, я вглядывался в свою красную от злости рожу и кипел ещё больше, ощущая себя слабым.

— Стоп, Астахов. Так не пойдёт. — заметила мой настрой Алиса. — Хватит себя накручивать. — подтянув меня за шею, обхватила моё лицо ладонями и заглянула в глаза. — Ты никому ничего не должен. Расслабься. Это просто работа.

— Гном, ты никак не поймёшь с кем связалась… — опустил я устало плечи. — Мы в милости пока у него хорошее настроение…

— Для других может быть, но ты — исключение из правил. — сказала девушка, ласково зачёсывая мне волосы.

— Когда ты стала такой… — оглядел её с головы до ног и обратно. — …повелительной? — и сощурил глаза.

— Когда один чурбан вчера вечером по приезду домой обрадовался, что Ванька съехал и назвал меня полноправной хозяйкой! — воскликнула она, вскидывая подбородок. — Ну пока Любовь Валерьевна не вернётся…

— А я думал из-за того, что я превращаюсь в подкаблучника. — изрёк я, чувствуя себя обречённым.

— Нет, Леонид. — поцеловала меня в щёку Алиса и скинула невидимые крошки с моего плеча. — Ты, борзое животное, вообще дрессировке не поддаёшься… — и тяжко вздохнула, отворачиваясь к стойке секретаря.

И правда? Чего это я раскис? Кто мужик-то в семье? Коротышка моя и то вон без комплексов.

— Идём. — властно произнёс я, взяв её за руку и ускоряясь к неизбежному.

— Здравствуйте. — растянула улыбку молодая женщина в приёмной отца, поднимаясь со своего кресла. — Чем могу вам помочь?