Жена по контракту - Лина Манило

Лана

Год спустя

Наша жизнь состоит из случайностей. Шаг за шагом мы идём вперёд, оставляя за спиной себя, прежних.

Новая я родилась в тот момент, когда мой муж спустил всё, что мы имели, на миражи. Миражи оказались жестокими, но если бы не они, я бы никогда не узнала, что такое счастье.

Счастье… оно живёт во мне, искрит на кончиках пальцев, будоражит кровь и наполняет жизнь именно тем смыслом, которого так не хватало раньше. Оно наполняет мою душу гармонией, лечит раны прошлого и дарит уверенность, что всё это было не зря.

Счастье моё — просто жить с мужчиной, рядом с которым умирает страх. Мужчиной, однажды подарившим мне новую жизнь.

Я мало что сделала, чтобы заслужить это счастье, но я отдала всю себя Арманду, и он ни единым словом, ни малейшим действием не заставил меня об этом пожалеть.

Иногда с ним сложно. Он замыкается в себе, уходит за грань, где живут его призраки, а в его невозможных зелёных глазах поселяется пустота. В такие моменты я не трогаю его, не мешаю бороться с демонами, и Арманд, кажется, благодарен мне за это.

Но рядом со мной он снова научился спать, а я научилась жить, не оглядываясь по сторонам и не помня зла. Я простила всех, кто причинил мне зло, и Арманд, кажется, простил. Мы оба стали будто бы чище, и только ради этого стоило убегать по лесу однажды, вырывая с корнем прошлое из души.

Потому что со временем я поняла одну простую вещь: я не убегала от плохих людей. Я бежала к своему Арманду.

Сейчас я стою на той самой поляне, где год назад Арманд нашёл меня. Земля здесь поросла сорными травами и дикими цветами, а листва над головой стала ещё гуще. Присаживаюсь на корягу — кажется, ту же самую, что зажала когда-то Лорду лапу. Если бы я не спасла его тогда, если бы не потратила на это последние силы, подарила бы мне судьба Арманда? Наверное, нет. За всё в этой жизни нужно платить, а за счастье судьба берёт всегда самую высокую плату.

Мне нужно было потерять всё, почти ступить за жизненный горизонт, чтобы получить то, что имею сейчас. И пускай. Я готова пережить всё это вновь, я готова снова убегать прочь, цепенея от ужаса, лишь бы Арманд снова нашёл меня.

Время в лесу плывёт с другой скоростью, а в густом смолистом воздухе витают отголоски прожитых однажды эмоций. Я плохо помню тот день — он почти стёрся из сознания, но ощущение тепла от сильного мужского тела и надёжность его объятий окутывает меня шёлковым покрывалом, погружая почти что в транс.

Как жаль, что я многое забыла, но так тому и быть.

Я сжимаю в руке то, ради чего затеяла этот поход в лес, а пальцы подрагивают. Не знаю, как отнесётся к этому Арманд, как отреагирует… мы ведь никогда не обсуждали этот аспект семейной жизни. Просто потому, что я уважала память о потере, которая ядовитой занозой сидит в сердце моего мужа.

— Долго меня искал? — спрашиваю, спиной ощутив прожигающий взгляд зелёных глаз. Арманд подошёл очень близко и, как всегда, бесшумно.

— Я слишком хорошо помню дорогу к этому месту. — Арманд кладёт руки мне на плечи и слегка сжимает, массирует. — Устала?

— Нет, сегодня работы было немного… я не устала.

Арманд присаживается рядом, и я кладу голову на широкое плечо, прячась в этом моменте от всего, что тревожит меня.

— Я скучал по тебе, — шепчет в мои волосы, а я счастливо жмурюсь.

Одной этой фразы мне хватает для того, чтобы внутри разлилось томительное тепло, а пальцы начали дрожать ещё сильнее. Меня всегда разрывает на части, стоит Арманду сказать хоть что-то, добавив в голос эту невыносимую хрипотцу.

Можно ли так сходить с ума только от голоса мужчины? Как оказалось, можно.

А ещё мне очень хочется рассказать ему, как обстоят дела в нашей гостинице.

Мы открыли её с Армандом почти восемь месяцев назад, и вначале эта затея казалась авантюрой. Ну, кто будет оставлять своих животных в гостинице, когда всегда можно поручить их соседке или родственникам? Но мне хотелось сделать что-то хорошее, отдать частичку себя тем, кто слабее и чище нас, людей — животным.

Но неожиданно даже для нас от клиентов не было отбоя, и я пока ещё робко, но начала задумываться о расширении. Я любила животных, и они отвечали мне взаимностью. Занимаясь делами гостиницы, я чувствовала такой прилив энергии, такую радость, что готова была умирать от усталости, лишь бы дело жило и развивалось.

А ещё я очень хотела открыть собачий приют, и Арманд снова поддерживал меня: искал землю под застройку, и я знала, что для моего мужа нет ничего невозможного.

— Я хочу тебе кое-что показать. — Я смотрю на Арманда, а он удивлённо заламывает бровь, но не торопится о чём-то спрашивать.

А я, не в силах больше молчать о самом важном, раскрываю ладонь и протягиваю ему то, что обжигало мою кожу сильнее кислоты.

Тест на беременность, где на белом фоне начертаны две тонкие полоски.

Когда я утром сделала его, час потом сидела и смотрела на стену, не понимая, что с этим всем делать. Нет, наверное, рано или поздно это должно было случиться, просто почему-то не верила, что с нами.

— Что это? — смотрит на тест, а в глазах что-то странное мелькает.

Я снова пугаюсь, потому что вдруг вспоминаю, что скоро срок контракта истекает. А вдруг… а что если наша сказка на этом и закончится?

— Ты… беременная? — выдавливает из себя и сглатывает.

— Вроде бы, — передёргиваю нервно плечами и снова сжимаю кулак.

Нет, он не рад, он точно не рад! Мамочки…

Но Арманд разжимает мои дрожащие пальцы, и забирает у меня тест. Смотрит на него, хмурится, а я жду с замиранием сердца хоть одну понятную реакцию.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Скажи хоть что-нибудь, — прошу, а голос дрожит.

— Я не могу, — криво улыбается и касается пальцами моей щеки. — Веришь? Я все нормальные слова забыл. У меня только маты в голове.