Корабль мечты - Лука Ди Фульвио

– Так-то лучше. – Теперь в голосе дель Меркато слышалось привычное тепло. – Садись, молоко уже подогрелось.

Она налила половник молока в чашку и поставила на стол печенье с изюмом.

– Так что же такое цель? – с набитым ртом спросил Меркурио.

Покачав головой, Анна вздохнула.

– Ты все время задаешь мне такие сложные вопросы.

– Прости. Раньше у меня не было человека, которому можно задать такие вопросы. Поэтому я не знаю, как это правильно делается.

Отвернувшись, Анна прикусила губу. Этот мальчик растрогал ее, и женщина едва сумела сдержать слезы.

– Цель – это то, что определяет всю нашу жизнь, – объявила она, поворачиваясь к Меркурио и садясь за стол. Ее рука скользнула по цепочке на шее. – Цель говорит, кто ты такой.

– Кому говорит? – Чувство покоя было новым, пьянящим, пускай Меркурио и не готов был признаться себе в этом. Анна говорила, что он задает сложные вопросы, но юноша знал, что может позволить себе сказать что-то глупое.

– В первую очередь тебе. И людям, которых ты любишь и потому уважаешь.

Меркурио одним махом запихнул себе в рот две печенюшки и запил их молоком.

– Может, я и ставлю сложные вопросы, но в ответах ты используешь слишком уж мудреные слова. Я не знаю, что значит любовь. Не знаю, могу ли любить кого-то. Не знаю даже, могу ли уважать кого-то.

– Это неправда, мальчик мой, – рассмеялась Анна.

Ее смех согрел Меркурио лучше любого огня.

– Или ты считаешь, что не любишь Джудитту?

Юноша подавился печеньем. Откашливаясь, он выплюнул белое пережеванное тесто на стол.

– Прости, – смутился он, поспешно отирая столешницу рукавом. – Откуда ты знаешь ее имя? – Меркурио покраснел.

Анна чуть не расхохоталась, видя, как прилила кровь к его щекам и ушам. Но она не хотела его расстраивать.

– Ты сам мне сказал вчера.

– Вот как… – Меркурио удивленно смотрел в чашку.

– Еще молока подлить?

Юноша молчал, понурившись, и тяжело дышал.

А затем ударил ложкой по чашке.

– Что же мне делать, Анна?

– Найди девушку. Чего ты ждешь? Ты же не думаешь, что я сделаю это за тебя?

Подняв голову, Меркурио улыбнулся.

– И подумай о том, кто ты такой. И кем ты хочешь быть. Ради себя же и подумай.

– Что ты имеешь в виду?

– Поразмысли над этим. Ты парень неглупый.

– Так кто я такой?

– Я не могу сказать тебе этого. – Анна взяла его за руку.

– Но как понять, кем хочешь быть?

Анна мягко улыбнулась.

– Тут у каждого свой путь. И не важно, как ты придешь к пониманию.

Меркурио вытер подбородок.

– Я хочу быть порядочным человеком.

Женщина звонко рассмеялась.

– Нет, правда.

– Но ты и так порядочный человек, мальчик мой.

– Нет. Я мошенник. – Меркурио смотрел ей прямо в глаза.

Но Анна не отвела взгляд.

– Я сказал тебе, что я мошенник.

– Мошенники не выкупают цепочки для едва знакомых вдов.

– Какое это имеет отношение к…

– И они не спасают этих вдов, когда те от отчаяния готовы покончить с собой.

– Но ты не…

– Молчи! Не перебивай меня! – Анна ткнула в него пальцем. – Ты понял, что я имею в виду?

Меркурио пожал плечами.

– Ты особенный, мальчик мой.

Юноша вновь покраснел.

– Этого мне еще никто не говорил, – смущенно буркнул он.

– И поэтому ты не особенный?

– Мне такого еще никто не говорил, – повторил Меркурио.

– Ладно. А теперь я сказала.

Помолчав, Меркурио вновь постучал ложкой о чашку.

– Разобьешь, – остановила его Анна.

Юноша отложил ложку на стол.

– Так что же мне делать?

– Я тебе уже сказала. Отправляйся на поиски своей девчонки.

– Я стану особенным ради нее, – пылко выдохнул Меркурио.

– Лучше стань особенным ради самого себя. Тогда и для нее ты будешь особенным, – заявила женщина. – Только так и не иначе. Если же ты попытаешься стать особенным только ради нее, закончится тем, что ты предашь и самого себя, и свою любимую. Ты никогда не найдешь свое истинное «я» и будешь обманывать ее.

– Но почему все должно быть настолько сложно?

– Это совершенно не сложно, – возразила Анна.

– Почему же мне так кажется?

– Если тебе это кажется сложным, то только потому, что ты слишком полагаешься на рассудок.

– В смысле?

– Тебе трудно было влюбиться в Джудитту?

– Какое это имеет отношение к…

– Трудно?

– Нет, но…

– Видишь, отчего все становится таким сложным? Возьмем к примеру это твое «но». Оно – как преграда на твоем пути. И ты сам создаешь эту преграду, никто больше. А теперь ответь мне, трудно было влюбиться в Джудитту?

– Нет.

– Нет, – повторила Анна. – Жизнь – простая штука. А если что-то становится сложным, значит, что-то пошло не так. Никогда не забывай об этом. Если наша жизнь сложна, то только потому, что мы сами сделали ее такой. Счастье, боль и отчаяние – просты. Вот так. В этом нет ничего сложного. Всегда помни об этом, ладно?

Меркурио кивнул.

– Ты особенный, и…

– Я хочу разбогатеть! Теперь я знаю, чего хочу!

Анна раздраженно поморщилась.

– И это все, что приходит тебе в голову? Будь я твоей матерью, сейчас я влепила бы тебе пощечину.

Меркурио видел, что на этот раз женщина не шутит. Ему вдруг стало стыдно за сказанные слова, но в то же время он заметил, что сейчас творится что-то необычайное.

– Мне все равно. Я стану богачом, – упрямо повторил он, с вызовом глядя на Анну. И встал.

Женщина действовала, повинуясь наитию. Вскочив, она перегнулась через стол и отвесила Меркурио оплеуху.

– Не хочу больше слышать от тебя такие глупости. Богатство – это ничто. Ты должен стремиться к тому, что осветит твое сердце, иначе твоя душа погибнет.

Юноша думал, что Анна права. И чувствовал острое счастье от боли в щеке. Это была первая пощечина в его жизни, которую он получил в роли сына.

– Так значит, для тебя я особенный.

– Подойди ко мне, мальчик мой. – От умиления голос женщины звучал хрипло.