Небесный лабиринт. Прощение - Мейв Бинчи

Но луч надежды скоро угас. Бенни поняла, что хватается за соломинку. Наверное, Джек и Нэн уже обсудили этот вопрос. Она пыталась вспомнить, когда Нэн с жаром говорила о Саймоне. Если это кончилось давным-давно… тогда надежды нет.

Да и Джек не такой дурак…

Конечно, он знал. Мужчины всегда знают. Именно поэтому нужно хранить девственность до замужества. Чтобы мужчина знал, что он у тебя первый.

И все же, все же…

Предположим, что это правда. Если она скажет об этом Джеку, он не захочет ее видеть. Намек на то, что Нэн хочет приписать ему чужого ребенка, вызовет у Джека дикую злобу.

Нет, лучше об этом не думать.

Хитер по-прежнему стояла у прилавка и переминалась с ноги на ногу. Казалось, она хотела попросить об услуге.

— Что-нибудь еще, Хитер?

— Ты слышала про пасхальное представление? Ева и Эйдан собираются приехать. Оно состоится в четверг. Может быть, ты придешь тоже? Тогда у меня будет целая группа собственных болельщиков.

— Да, конечно, приду. Спасибо. — Ее мысли были далеко отсюда.

— Я бы заставила прийти и Саймона, но он в Англии и вряд ли успеет вернуться к Пасхе.

— Что он там делает?

— Наверное, хочет предложить той женщине жениться на ней. У нее мешки денег.

— Это будет неплохо.

— Тогда мы сумеем осушить участок и поставить ограду.

— Послушай… К вам в последнее время никто не приезжал?

— Нет. Я бы заметила, — рассудительно ответила Хитер.

— А эта леди из Англии… Саймон давно с ней знаком?

— Целую вечность, — ответила Хитер.

Вот как… Надежда на то, что Саймон мог иметь отношение к ребенку Нэн, исчезла.

Бенни была задумчивой и рассеянной. Хитер хотела сказать ей, что Саймон сильно поссорился с Нэн. Что Нэн приезжала в Уэстлендс примерно четыре недели назад очень нарядная, разговаривала с Саймоном в гостиной, доехала на машине Саймона до автобусной остановки и не позволила ему себя проводить.

Хитер все хорошо запомнила, потому что в тот день распределяли роли, которые девочки должны были играть в пасхальной мистерии, и она очень волновалась. Если бы Хитер сказала об этом Бенни, та сразу поняла бы, что именно тогда состоялась вечеринка в университетском регби-клубе. Та самая вечеринка, на которой она не была, а Нэн была. В тот вечер все и началось.

* * *

Нэн пришла на воскресный ленч к Фоли, чтобы познакомиться с родными жениха. Она была безукоризненно одета, и Лилли сразу поняла, что никаких объяснений и оправданий не последует. Ее живот был плоским, а манеры — очень уверенными.

Нэн поднялась по ступенькам большого дома в Донибруке так, словно он принадлежал ей по праву, а не как девочка из рабочей семьи, сумевшая заарканить сына хозяина дома. Она говорила легко, непринужденно и не старалась понравиться.

Она уделяла доктору Фоли больше внимания, чем его жене. Умная девушка, впервые пришедшая в дом, поступила бы как раз наоборот.

С Кевином, Джерри, Ронаном и Ангусом она держалась любезно, но не слишком. Запомнила имена мальчиков, не путала одного с другим и не заискивала перед ними.

Лилли Фоли с отвращением следила за хитрой и пронырливой девицей, которая сумела заарканить ее старшего сына. Но придраться было не к чему. За столом эта дрянь вела себя выше всяких похвал.

Когда в кабинет подали кофе и они остались вчетвером, Нэн заговорила так просто и безыскусно, что родители Джека были захвачены врасплох.

— Я понимаю, что вы испытываете большое разочарование, но умело скрываете его. Я хочу от души поблагодарить вас.

Оба пробормотали, что не испытывают никакого разочарования.

— Наверное, Джек сказал вам, что мои родители — люди простые, не слишком образованные и возлагают на меня большие надежды. Которые сбудутся в том случае, если я выйду замуж за члена такой семьи, как ваша.

Она объяснила им, как хочет устроить свадьбу, которую оплатит ее отец. Ленч персон на двадцать-тридцать в одном из лучших отелей. Может быть, в том, где ее мать руководит магазином.

Речей должно быть как можно меньше, потому что ее отец не оратор. Вместо длинного белого платья она наденет шелковое платье и накидку устричного цвета. Она надеется, что на свадьбу придут друзья Джека и ее подруги. С ее стороны на свадьбе будут присутствовать отец, мать, двое братьев, два сослуживца отца и одна тетя.

Когда во второй половине дня Джек повез Нэн обратно в Мейпл-Гарденс, Джон и Лилли Фоли обменялись взглядами.

— Ну? — спросила она.

— Ну? — ответил он.

Джон заполнил паузу, плеснув в бокалы немного бренди. У них не было привычки употреблять крепкие напитки в середине дня, но обстоятельства этого требовали.

— Она очень представительная, — проворчала мать Джека.

— И очень практичная. Принесла в сумочке анализ с Холлс-стрит и оставила ее открытой. На случай, если мы усомнимся в этом.

— Она честно рассказала о своем происхождении.

— Но не сказала ни слова о том, что любит Джека. — Лоб доктора Фоли перерезала тревожная морщинка.

На Мейпл-Гарденс накрыли чай. На столе стояло блюдо бисквитов с сардинами, блюдо с яйцами под майонезом, швейцарские булочки и американское ассорти. Нейси и Пол были в синих костюмах и рубашках. Брайан Махон надел новый коричневый костюм, обошедшийся не так дорого, потому что Брайан сумел дать владельцу магазина несколько банок краски. Банок, которые ему самому достались даром.

— Только не вздумай сказать это в присутствии Джека Фоли, — предупредила его Эмили.

— О боже, ты когда-нибудь перестанешь придираться? Я и так согласился не прикасаться к бутылке, пока они не уйдут. Это несправедливо по отношению к человеку, который оплачивает шикарную свадьбу. Но тебе дай палец, ты всю руку откусишь…

Джек Фоли оказался красивым молодым парнем. Во время чаепития он сидел рядом с Нэн и попробовал все, что стояло на столе. Поблагодарил мистера Махона за его намерение оплатить свадьбу. Поблагодарил миссис Махон за поддержку. И выразил надежду, что Пол и Нейси возьмут на себя обязанности распорядителей в церкви.

— Для такого количества гостей вряд ли понадобятся распорядители, — сказал Нейси, который до сих пор считал, что двадцать человек — это огромная толпа.

— А кто будет вашим шафером? — спросил Пол.

Джек туманно ответил, что еще не думал об этом. Наверное, кто-нибудь из братьев.

Ему было неловко просить Эйдана. Тот был на стороне Евы, которая с недавних пор Нэн недолюбливала и имела на это полное право. А обращаться к Биллу Данну или Джонни, честно говоря, тоже было как-то не с руки.

Он повернулся к Нэн.