Воровка. Ты украла мое сердце - Алена Райдер

class="p1">- Ну ты долго еще там? – злобный гортанный голос звучит за дверью. Вдоль позвоночника пробегает холодок. Стою, уставившись в светлую дверь. Не могу решиться выйти. Стыд и смущение охватывает меня. А ведь он уже видел. Теперь он будет насмехаться надо мной? Делаю глубокий вдох и выдох, словно за дверью меня ждет смерть.

Нерешительно выхожу, крепко держась за полотенце. Осматриваю комнату. Мужчина стоит ко мне спиной. Он задумчиво смотрит в окно. Руки в карманах. Мгновенно расслабляюсь.

- Платье висит на стуле. – Мужчина прерывает тишину. Мгновенно мой взгляд перемещается на стул, стоящий около письменного стола. – Думаю платье горничной сойдет, у нас ничего другого нет, - добавляет так невзначай.

Тихими шагами подхожу к стулу, изредка бросаю настороженный взгляд на мужчину, мало ли ему придет в голову повернуться. Руки непривычно дрожат. Светло-голубое платье чуть ниже колен, не хватает только белого фартука, чтоб полностью походить на горничную. Поспешно надеваю платье, стараясь не запутаться в ней. Надев платье, чувствую себя намного лучше, словно с меня сняли вековые оковы.

- А теперь иди, тебя ждут! – сухо произносит Джаред. Он смотрит на меня через стекло. Наши взгляды встречаются. Мой рот открывается, когда до меня доходит, как сильно я сглупила. – «Он все видел…» - проносится у меня в голове. Щеки заалели. Опускаю голову, не смея смотреть в омут синих глаз. Какой позор.

Молча иду к выходу. Я не знаю, кто меня ждет. Может, потому и решили помыть.

- И еще, - низкий голос «Смерть Несущего» останавливает меня. Стою, опустив голову. Жду, что скажет дальше. - Следующий раз воспользуйся вешалкой, у нас здесь не каждый день бывают женщины… - вздрагиваю от этих слов. Что он хочет этим сказать? Звучит слишком двусмысленно… - Иди!

Незамедлительно покидаю стены комнаты. За дверью меня ожидают двое охранников. Тяжело вздыхаю. Они провожают меня до самой камеры. А я уж думала меня поведут куда-нибудь в другое место. Подтолкнув меня вперед, охранники закрывают двери на замок. Хватаюсь за решетки. Взглядом провожаю, как охранники отдаляются, а после и вовсе исчезают за стальными дверями. Я хочу на волю. Я здесь в клетке за чужое преступление. А виновные наслаждаются свободой. Где справедливость? Я должна выбраться. – «Святая Мария, помоги мне! Не оставляй меня…» - молю ее.

- Амелия… - нерешительно обращается ко мне Томас. Я не обращаю на него внимания. Мои мысли далеко от реальности. Мне сейчас не до разговоров. – Эми, что произошло? – ничего не отвечаю. Тяжело вздыхаю. Мне не выбраться отсюда. – Эми, не молчи!

Украдкой бросаю недовольный взгляд на соседа по несчастью. Большие карие глаза смотрят на меня обеспокоенно. С каждым днем, мне кажется, я его раньше уже видела. Может, он тоже охотился на меня?

- Эми, что он с тобой сделал? – тут и гадать не нужно, кто и так понятно о ком он спрашивает.

Стукнув по решеткам, ложусь на жесткий матрац. Сворачиваюсь в клубочек. Рядом слышу тяжелый вздох. Не понимаю, почему он так переживает. Томас ведь был одним из них. Он ведь такой же жестокий убийца, как все остальные в этом доме.

Двери в подвал снова открываются. Да, что им опять нужно? Напрягаюсь сильно, ожидая приглашения на выход. Но так и не дожидаюсь.

- Вейлонд, на выход! Босс, хочет тебя видеть.

***

Джаред Венс

Я отправил Вейлонда в камеру. Он поныл, но все же согласился. Мы разукрасили ему физиономию, чтобы все выглядело правдоподобно. Он взял с собой телефон, чтоб я мог прослушивать их разговор. Я, конечно, знал, что Том может разговорить людей, но думал, что ОНА откроется ему.

Я с замиранием сердца слушал ее откровения. Почему-то ни на секунду не усомнился в ее искренности. Может, потому что она правдоподобно описывала поступки Дэниела. Зная своего брата он бы непременно так бы и поступил, как и рассказывала Куин.

Мне, казалось, что я выпал из реальности как минимум на полдня. Хотя прошло всего пару часов. Сердце сжималось с каждым ее всхлипом. Я ненавидел себя за это. Мне не свойственна эта слабость. Я не должен жалеть ее. Она мне никто.

После ее откровений мне захотелось посмотреть ей в глаза, но лучше бы я этого не делал. Она боится меня. Ведет себя, подобно серой мыши. Королевская фамилия ничуть не придает ей смелости, а возбуждает во мне желание поддевать ее, вывести из себя. Куин.

Я привожу ее в комнату, куда приводил своих шлюх. За свои откровения она заслужила помыться. Оставшись с ней наедине, даю ей пятнадцать минут. Не могу находится рядом с ней, я чувствую себя уязвимым.

Она стояла передо мной совершенно обнаженной. Ногти впились в мою рубашку, грудь прерывисто вздымалась. Я и сам начал дышать в такт ей. Пальцы ощущали бархатную нежность ее кожи. От нее веяло ментолом. Вероятно, я забыл там свой гель для душа. Широко раскрытые коричнево-зеленые глаза завороженно смотрят на меня, словно она испытывает тоже, что и я. Нос вздернут вверх, а слегка пухлые губы полураскрыты. Неосознанно отстраняю ее, глазами обшаривают девичье тело. Утонченная талия. Упругие полушария, не нуждающиеся в бюстгальтере. Молочная кожа, покрытая каплями воды. Соблазнительно. Опускаю взгляд ниже. Лучше бы этого не делал. В паху тяжелеет.

- Прикройся! – цежу. Злость на самого себя не удается сдержать. Она вздрагивает, как от пощечины. Крепко сжимаю кулаки, стараюсь успокоиться, снять напряжение. Если б я задержался хоть на секунду, то взял бы ее прямо там же. Правильно сделал, что ушел.

Возбуждение только нарастало при виде, как она одевалась. Меня охватило невероятное притяжение. Хотелось развернуться и прижать ее к стене. Что со мной? Я не должен хотеть ее.

***

В кабинет входит Вейлонд. Он зол. Глаза цвета молочного шоколада прожигают меня. Я не могу понять, что с ним. На лице остались пару штрихов от грима. Грим ему очень идет.

- Что ты с ней сделал? – первое, что он спрашивает? Я удивленно приподнимаю бровь. О чем он?

- О чем ты?

- Она сама не своя! – цедит тот. Я с прищуром смотрю на Томми. – Вернувшись в камеру, она не произнесла ни слова. Сколько бы я не расспрашивал ее. - «Еще бы!» - мысленно усмехаюсь. Такое не рассказывают. Такое держат в тайне ото всех.

Напоминание об этом, как ком в горле. Отстраняю бокал с коньяком. Даже пить расхотелось. Чертовка, а не женщина!