Красные искры света - Анна Джейн

Пришлось согласиться. Отказываться было невежливо – ни нам, ни им.

Я сидела напротив Ярослава, Карл – напротив Полины. И хоть внешне оставалась спокойной, внутри злилась – надеялась провести вечер в компании с Карлом, а не с его племянницей и господином Зарецким.

Мне хотелось, чтобы этот вечер завершился поцелуем – несколько раз ловила, как Карл заинтересованно смотрит на мои губы, и этот взгляд пробирал меня до дрожи. А теперь все планы рушились прямо на глазах!

Возможно, девчонка чувствовала то же самое.

И все молчали. Слушали шум вечернего осеннего города. Полина нервно теребила серьгу-кольцо. Ярослав, подперев щеку рукой, смотрел на реку мимо меня. А Карл с любопытством разглядывал меню. Кажется, он один не замечал неловкости. Или просто умел отлично скрывать свои чувства – еще один плюс в копилку достоинств этого мужчины.

– Не знала, что у тебя есть родственники в России, – сказала я, пытаясь завести разговор.

– Я тоже, – отвечал Карл, с усмешкой глянув на Полину, и закрыл меню. – Однако два года назад был удивлен – и приятно – тем, что нашел родственницу. Расскажи, – спокойно сказал Карл девушке, но это показалось мне почти приказом.

– Мне тоже интересно, – встрял Зарецкий, успешно притворяющийся белой пушистой овечкой. – Не думал, что у тебя немецкие корни.

Полина скрестила пальцы. И медленно начала:

– Мой отец – брат дяди Карла. Они познакомились с матерью в Европе, были влюблены друг в друга, но так вышло, что вместе они не остались. Мама уехала обратно в Россию, воспитывала меня одна, и отец даже не знал, что я существую. Уже будучи подростком я узнала о том, кто мой отец, и попыталась связаться с ним. Но к тому времени мой папа… – Она вздохнула. – Оказалось, что его уже нет.

Яр тревожно глянул на Полину, будто хотел успокоить. Но все, на что решился под внимательным взглядом Карла – несмело коснулся ее плеча.

– Но его родственники приняли меня как свою. И дядя Карл заменил мне отца. После школы я уехала в Германию, училась там. А теперь вместе с дядей перебралась обратно. И перевелась. Теперь мы с Яром учимся в одной группе.

Полина неподдельно ласково глянула на Зарецкого. Тот расплылся в счастливой улыбке.

Карл вновь пристально взглянул на него, но промолчал.

– А мама? – спросила я, заподозрив неладное. – Вы живете вместе?

– Мама живет за границей. А я – с дядей. У нас сложные отношения. В семье. Мы не очень любим обсуждать эту тему, – вздохнула Полина.

– Кстати, – встрял Зарецкий, внимательно глядя на Карла. – Мы ведь уже виде…

Договорить он не успел. К нашему столику вдруг подлетел рыжеволосый молодой мужчина с весьма злобным выражением лица. Следом за ним неслась администратор.

– Все столики заняты, все столики заняты, – повторяла она, но тщетно. Ее не слышали.

– Я бронировал именно этот столик! – громко заявил он, остановившись около нас. От него едва заметно несло спиртным.

Мы вчетвером с недоумением на него посмотрели.

– Это не вы его бронировали, – простонала администратор. – Простите, – сказала она нам. – Небольшое недоразумение.

– Небольшое?! Да оно большое! – заорал рыжий. – Я бронировал этот столик для свидания со своей девушкой. Я заплатил депозит. Я хотел сделать ей предложение! Но когда я пришел сюда, нас не пустили! В итоге моя девушка обиделась на меня и заявила, что я ей наврал!

– Что происходит? – спросил Карл.

Я выдохнула – стало стыдно за отчизну перед иностранным гостем.

Господи, почему везде ненормальные?

– Обманули, да еще и деньги забрали! – разорялся рыжий. Но вдруг затих, сфокусировав взгляд на Карле.

– А, – сказал он злобно, – это все ты.

– Что – я? – спросил немец.

– Ты тот самый. О котором говорит весь город. И девчонка с тобой, – почему-то глянул он на напрягшуюся Полину.

– Не понимаю, о чем вы.

Я успела заметить, как Карл метнул быстрый взгляд на племянницу. Та улыбнулась и как-то странно махнула рукой.

Рыжеволосый упал. Не без помощи администратора поднялся и воинственно погрозил кулаком.

– Не спровоцируете! Я сообщу, куда следует! – сказал рыжий. Что хотел сказать этот психопат, оставалось загадкой.

Карл пожал плечами.

– Успокойтесь, дядя, – хамоватым тоном сообщил Ярослав. – Пить нужно меньше.

– А ты еще кто? – вполне вдруг себе спокойным голосом спросил мужчина.

– Человек разумный.

– Слушай, человек разумный, бери свою подружку и тикай, – почему-то посмотрел рыжий на меня. – Эти двое, – явно имел он в виду Карла и Полину, – не в себе.

– Это вы не в себе, – звенящим голосом сказала я. – Уходите, или я действительно вызову полицию.

– Смелая какая, а!

– А вы глухой. Или глупый, – во мне поднялся огонь. – Пожалуйста, покиньте помещение.

– Да-да, – встряла и администратор. – Пойдемте!

– Сволочи! – сообщил рыжий напоследок, но все-таки ушел.

– Простите. В нашем городе есть некоторое количество неадекватных индивидуумов, – сердито сказала я. Из-за таких вот придурков впечатление о нашем городе у Карла останется не самым лучшим.

– Я не понял, что это было, – сознался немец, потирая подбородок.

– Не переживайте, – махнул рукой непосредственный Ярослав. – У нас полно алкоголиков и ненормальных.

Полина неожиданно хихикнула.

Я и Зарецкий попытались исправить ситуацию разговорами, и это почти получилось. Однако беседа вскоре прервалась – телефон Карла завибрировал, и немец, извинившись, вышел.

* * *

Карл стоял в полутемном холле, в котором по сравнению с открытой верандой бара было довольно тихо.

– Да, слушаю, – ответил он, не совсем понимая, откуда этот звонок.

– Господин Карл Ротенбергер? – уточнил холодный женский голос.

– Верно.

– Вас беспокоят из приемной резиденции великого князя Августа, наместника Ордена Рассветного Пламени в городе, – официально сообщили Карлу. – Только что нам пришло сообщение о нарушении вами запрета на использование личной магической силы в соответствии с…

Карл напрягся, слушая целый перечень документов, на который ссылался женский голос.

– Повод? – отрывисто спросил он.

Первая мысль его была об Ольге.

Вторая – о том, что ее придется убрать. Много знает.

Третья – о недовольстве Королевы.

– Нашими людьми было зафиксировано неправомерное применение вами личной магической силы против одного из членов Ордена.