Тот, кого я хочу - Нэнси Уоррен

— Меня пригласили на вечеринку в честь Четвертого июля! — объявила Хлоя. Она зашла к Мэтью, чтобы заплатить за жилье. — Я вижу, что и вы приглашены, — добавила она, кивнув на цветную распечатку у него на столе. Точно такую же она обнаружила сегодня у себя в почтовом ящике. — Какая чудная мысль — собрать всех соседей и повеселиться от души.

Мэтью взял у нее конверт с чеком и положил его на приглашение.

— Напоминаю вам, что Четвертого июля мы празднуем независимость от вас, англичан.

Понимание того, что сейчас он одинок, должно было бы притупить влечение к нему Хлои, поскольку свободные мужчины обычно наводили на нее скуку, но, странное дело, сейчас Хлою тянуло к нему даже сильнее, чем прежде. Особенно в свете того, что Мэтью не предпринимал никаких попыток к сближению.

Она любезно ему улыбнулась:

— Я не держу камня за пазухой. Пусть прошлые обиды останутся в прошлом, тем более что с тех пор миновало двести с лишним лет.

— Значит, вы пойдете?

— Да. А вы разве нет?

Мэтт пожал плечами:

— Может быть.

— Я думаю, что будет очень весело.

Семья Кармонди, которая, как поняла Хлоя, каждый год устраивала у себя праздник, владела самым большим и роскошным домом в округе — с бассейном и всем прочим.

Погода в день вечеринки выдалась такой же, как, наверное, всегда в Техасе летом: было солнечно, жарко и сухо. На Хлое было красное льняное платье с открытой спиной и маленькими обтянутыми тканью пуговицами на лифе, белые босоножки с тонкими ремешками и большая соломенная шляпа для защиты от солнца.

Естественно, для общего стола она принесла закуски. После долгих раздумий Хлоя остановилась на крохотных йоркширских пудингах, украшенных сверху кусочками жареной говядины с хреном. На случай если кто-то не поймет намека на британский характер ее угощения, она воткнула в каждый пудинг маленький бумажный британский флаг. Назло Мэтью Таннеру с его американским шовинизмом.

Прибыв на место, Хлоя обнаружила, что соседи по большей части уже собрались. Кроме соседей, здесь присутствовали еще друзья и родственники Кармонди, с которыми Хлоя не была знакома.

На вечеринках Хлоя чувствовала себя как рыба в воде и очень скоро обзавелась новыми друзьями. Мэтью тоже там был. В своих неизменных голубых джинсах и голубой футболке с надписью «С нами, техасцами, шутки плохи». Во всяком случае, честно.

Не в силах устоять перед искушением, Хлоя взяла поднос со своими изделиями и принялась угощать ими всех подряд. Когда очередь дошла до Мэтью, который болтал с Чаком о футболе, она спросила:

— Не хотите ли отведать британской закуски?

Чак сдавленно хохотнул и взял с подноса пудинг, а Мэтью, не притрагиваясь к еде, окинул Хлою весьма недвусмысленным взглядом и сказал:

— Да, не отказался бы.

Чака отвлек его сын, которому нужна была помощь в организации бейсбольного матча на заднем дворе, и, как только он удалился на почтительное расстояние, Мэтью сказал:

— Я достаточно проголодался, чтобы отведать сразу все. — Эта фраза могла бы быть воспринята как пошлость, если бы Хлоя не знала, что именно он имел в виду. Их тянуло друг к другу тем сильнее, чем дольше взаимный голод оставался неутоленным.

Однако даже злейшие враги не могли бы упрекнуть Хлою в том, что завоевать ее легко. Она посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц и сказала:

— Время ужина еще не наступило, Мэтью.

Затем повернулась и отошла от него.

К ее немалому и очень приятному удивлению, он пошел следом со словами:

— Черта с два, не наступило, — взял поднос из ее рук и поставил на ближайший стол.

— Что вы…

Мэтью схватил Хлою за руку и потащил к открытой двери на задний двор.

— Я хочу с вами поговорить.

— О чем? — Они были в саду, и жаркое солнце припекало им головы. — Учтите, Мэтью, я не взяла свою соломенную шляпу.

Он окинул Хлою взглядом, совершенно не озаботившись тем, что ультрафиолетовые лучи безжалостно атакуют ее бледную кожу и она совершенно беззащитна перед ними, если не считать солнцезащитного фактора дневного крема «Кёль».[24]

— О вашей работе.

Если он решил устроить ей разборки по поводу ее агентства частных расследований, то она была не в том настроении.

— Мэтью, я не частный детектив. Я владею компанией, которая называется «Виртуоз разрыва».

— Я знаю.

У Хлои округлились глаза.

— Знаете?

— Да, я ушел из полиции не потому, что был плохим детективом.

— О! — И почему ей никогда не приходило в голову, что она совсем не так умна, как ей казалось? Неужели Мэтт с самого начала знал, чем она занимается?

— Я помогла расстаться вам с Бриттани, — сказала Хлоя под влиянием довольно странного желания во всем ему признаться.

— Я знаю.

Раздражение охватило Хлою, ощущение было такое, словно в ее желудке лимонный сок смешался с молоком.

— Почему вы ничего мне не сказали?

Мэтью покачивался с мыска на пятку и делал вид, будто рассматривает что-то интересное у нее за плечом.

— У меня были на то свои причины.

— Решили сделать из меня дурочку?! — огрызнулась она.

— Нет. — Мэтью перевел взгляд на ее лицо. Смотрел он пристально, испытующе. — Я думал, вы знаете.

— Знаю что? — Хлое было жарко, и ее злило то, что она столько энергии потратила впустую. Внезапно про хладные зеленые просторы далекой Англии с новой силой поманили ее к себе. Сейчас она могла бы делать покупки в Найтсбридже или плыть на яхте к острову Уайт, где жила ее подружка Банни. Могла бы кататься по зеленым холмам Йоркшира с Джереми Кирк-брайдом. — Я соскучилась по Уимблдону, — сказала Хлоя, следуя ходу своих мыслей. — И по регате Хенли.[25]