Тот, кого я хочу - Нэнси Уоррен

— Ладно.

Хлоя танцующей походкой вернулась к себе в кабинет. Вот так дела! Она была не права. Напомнившее о себе больное колено Мэтью не стало той самой искрой, которая способна разжечь потухшие уголья их романа. Интересно — почему?

Хлоя была не чужда чувственных удовольствий, и мысль о том, что Мэтью скоро станет совсем свободен, не могла ее не порадовать. О лучшем исходе она не могла и мечтать. Теперь ей не придется переживать из-за того, что Бриттани будет больно.

На следующий день ровно в четыре пополудни Хлоя вошла в кафе, предложенное Стефани. Кафе действительно было очаровательным. В итальянском стиле, итальянской посудой и настоящим кофейным автоматом для настоящего итальянского эспрессо. С чудесным запахом свежемолотого кофе и живой музыкой.

— Привет! — улыбнулась молодая девушка за стойкой. — Садитесь где понравится.

Хлоя ответила ей улыбкой. Тоскания в техасском стиле.

Бриттани, как заметила, окинув быстрым взглядом зал Хлоя, уже была на месте. Она сидела за столиком в дальнем углу. Скорее всего она тоже заметила Хлою, потому что сидела, опустив голову и делая вид, что роется в сумочке.

Заказав два латте,[22]Хлоя с улыбкой направилась через весь зал к Бриттани.

— Привет. — Хлоя остановилась у столика, за которым сидела Бриттани.

Бриттани подняла голову. Она была красной от смущения.

— О Боже! Хлоя! Что вы здесь делаете? — Взгляд Бриттани метнулся к двери.

Решив, что хватит терзать бедняжку, Хлоя сказала:

— С вами встречаюсь.

— Но это…

Хлоя протянула ей распечатку оставленного Бриттани телефонного сообщения. Бриттани прочла его и словно онемела. Она покраснела еще сильнее и почесала шею, словно у нее началась ветрянка.

К счастью, как раз в этот момент им принесли кофе. За то время, что потребовалось техасской версии итальянской бариста,[23]чтобы поставить перед ними кофе и весело прощебетать что-то насчет погоды, Бриттани успела взять себя в руки.

Когда обслужившая их девушка удалилась достаточно далеко, Бриттани, наклонившись к Хлое через стол, спросила:

— Так это вы — виртуоз разрыва?

В голосе ее звучал благоговейный страх, смешанный с крайней степенью удивления, что приятно пощекотало самолюбие Хлои.

— Да, — с гордостью ответила она.

— О, это ужасно, — сказала Бриттани и, наклонив голову, закрыла лицо ладонями. Золотистые кудряшки упали ей на лоб и руки.

— Что же в этом ужасного?

— Мэтью ваш друг, и я ощущаю себя ужасной женщиной. Теперь вы будете думать, будто мне так не терпится покончить с нашим романом, что я готова нанять профессионала, чтобы это ускорить.

Хлоя улыбнулась:

— Если вам это поможет, признаюсь, что я не считаю, что вы друг другу подходите.

— Не считаете? — с искренним удивлением в голосе спросила Бриттани. — Но все говорят, что мы идеальная пара.

— Понимаете, на мой взгляд, взгляд эксперта, все у вас не так.

— Но я так старалась.

— Я знаю. — Бриттани явно требовалось снять с себя груз вины, и Хлоя готова была позволить ей это сделать. — Что-нибудь произошло?

— Все дело в губках для посуды.

— В губках для посуды? Я вас правильно понимаю — вы имеете в виду такие поролоновые брусочки, которыми моют посуду? — Хлоя не могла себе представить, как нечто столь приземленное и обыденное могло разбить кому-то сердце.

— Да, Мэтью выбросил их в окно.

— Их? Сколько их было?

— Шесть штук.

— Безумие какое-то. Зачем же он выбросил шесть губок для посуды в окно?

— Дело в том, что они были сделаны в форме уточек. Мэтт сказал, что никто не заставит его мыть посуду чертовым селезнем.

За довольно непродолжительный период существования фирмы «Виртуоз разрыва» Хлоя уже успела выслушать всякие истории, в которых фигурировали воровство, измена, зависть, жадность и глупость, но чтобы тонкой соломинкой, которая сломала хребет отношений между мужчиной и женщиной, стала какая-то губка для посуды — с этим Хлоя сталкивалась впервые.

— Мне очень жаль, — прочувствованно сказала она.

— И мне! — воскликнула Бриттани. — Конечно, я бы не стала приносить эти губки для посуды, если бы знала, что они ему так не понравятся. И поэтому я сказала Мэтту, что мне очень жаль.

«Пожалуй, тебе бы стоило принести еще с полдюжины ковриков для ног», — подумала Хлоя.

— Вы извинились? Бриттани, но это Мэтт вел себя непростительно грубо. Это он уничтожил ваш подарок. Это ему следовало извиниться.

Бриттани прищурилась.

— Мэтт вам уже рассказал об этом?

— О летающих утках? Нет, конечно.

— Странно, потому что он сказал мне то же самое. Мне кажется, он разозлился на меня еще больше из-за моих извинений.

У Хлои было ощущение, что она прекрасно понимает Мэтта.

— И что же случилось потом?

— Я пошла домой. И знаете, что я сделала?

— Вы испекли морковный пирог.

Бриттани смотрела на Хлою так, словно та исполнила какой-то особенный трюк, который со стороны кажется чудом, если не знать механизма его выполнения.

— Я подумала о морковном пироге, но у меня не нашлось сырного крема для украшения. Поэтому я приготовила кексы с черникой. Послушайте, вы что, умеете читать мысли? — Бриттани отпила кофе. — Я положила кексы в корзину и на следующее утро собиралась привезти их Мэтью, чтобы мы с ним могли спокойно поговорить, но потом знаете, что я сделала?

— Пошли собирать клубнику, чтобы сварить варенье?

Бриттани покачала головой с самым серьезным видом, и кудряшки ее вздрогнули, как пружинки.

— Я съела три кекса. Одна. Я пила кофе и ела кексы. И думала: Мэтью Таннер, ты не заслуживаешь моей домашней выпечки и ты не заслуживаешь меня. А затем я упаковала оставшиеся кексы, привезла их в школу и раздала своим ученикам.

— Вот и молодец. — Хребет порой создается медленно, подумала Хлоя. Одна булочка — один позвонок.

— Дело в том, что Мэтью хороший человек. И я не хотела причинять ему боль, особенно теперь, когда колено у него опять разболелось. Вот я и решила обратиться за помощью к вам. Я поинтересовалась вашими расценками и уже выписала вам чек. — Бриттани полезла в сумочку за чеком, но Хлоя остановила ее движением руки.

— Бриттани, вы сами должны положить конец вашим отношениям с Мэтью.