Слишком заманчиво - Лори Фостер

Агата повернула голову в их сторону:

– Черт возьми, Ной, почему ты так долго? Удивленный ее горячностью, Ной прошел в глубь палаты и пристроился на краешке кровати.

– Я был в холле и ждал, когда тебя перевезут сюда. Как ты себя чувствуешь?

– Лучше, чем выгляжу. В больницах не уважают чувство собственного достоинства.

– Ты хорошо выглядишь.

– Ты отвратительный лжец, Ной! – И, не дав ему возразить, она резко сказала: – Вы, трое, хватит прятаться. Заходите, чтобы я могла вас всех видеть.

Бен прошел к другой стороне кровати, Грейс подошла к Ною, а Клара стала в ногах Агаты.

– Ну вот, – сказала Агата, изо всех сил стараясь быть суровой. – Теперь вы должны рассказать мне все. И, Бен Бедвин, перестань так пялиться на меня.

– Хорошо, мэм.

– Сейчас, как вы видите, я не так сильна, как обычно. Этот чертов доктор сообщил, что у меня разбиты локти и мне нужно сбросить вес. Я сказала ему, что он грубиян, но это его не остановило. Он настаивает на том, что мне нужно время, чтобы восстановиться. – Агата пристально посмотрела на Ноя. – При сложившихся обстоятельствах ты, конечно, вернешься на работу. – Ее глаза сузились, когда она добавила: – Ты мне нужен.

Ной вздохнул. Агата права: при сложившихся обстоятельствах у него не было выбора. Он любил бабушку, несмотря на ее тиранические замашки. И сейчас было не время что-либо кому-то доказывать. Единственное условие, которое выдвинул Ной, – Грейс будет работать с ним. Он не позволит Грейс уйти. Когда это решение было принято, все остальные проблемы показались незначительными. Ной улыбнулся:

– Да, я вернусь.

С довольной улыбкой Агата похлопала его по руке.

– Что касается тебя, Грейс, ты тоже вернешься. Этим заявлением она удивила их обоих. Грейс заморгала:

– Но…

– Никаких «но»! – Агата перевела взгляд с Ноя на Грейс. – Я дам тебе достаточно времени на то, чтобы принимать ухаживания моего внука. Но когда ты мне понадобишься, будь на месте.

Грейс нахмурилась. Ной сжал ее руку.

– Хорошо, – ответила Дженкинс.

Бен улыбался, глядя на их замешательство. Агата повернулась к нему.

– А ты, – сказала она демоническим голосом, который соответствовал ее виду, – ты, мой чертов внук…

Натянув маску равнодушия, Бен приподнял бровь.

– Узнаю свою чертову бабушку.

– Точно. – У Агаты был удовлетворенный вид, она улыбнулась. – Мне нравятся твои ругательства. Очень даже весело.

Бен что-то пробормотал в ответ, а Агата добавила:

– Знаешь, Бен, ты уже слишком взрослый, чтобы держать язык за зубами. Можешь им пользоваться.

Бен сжал руки в молитвенном жесте.

«Удивительно, как все внезапно изменилось», – подумал Ной. Не при самых лучших обстоятельствах с ним была вся его семья: его брат, любимая женщина, лучший друг и острая на язычок бабушка. Жизнь прекрасна и удивительна.

Ной взглянул на Бена и заметил, что у того слегка покраснели уши. Он заметил также, что Грейс еле сдерживала смех. Его бабушка была сама любезность в этот момент. Возможно, она думала, что поставила всех на место.

– Теперь, – сказала Агата, посмотрев туда, где стояла Клара, – ты должна официально отменить свадьбу.

Клара ответила сразу, но ее голосок прозвучал неуверенно и слабо:

– Конечно.

– Хорошо, – продолжила Агата. – Я рада, что ты не споришь со мной, потому что Ной и Грейс не могли назначить дату своей свадьбы, пока не был решен этот вопрос.

Грейс сильно удивилась, но Ной обнял ее. Он внимательно посмотрел на бабушку и спросил:

– Почему ты думаешь, что мы собираемся пожениться?

Ворчливо, словно устав повторять это в течение всей своей жизни, Агата ответила:

– Ной, я тебя очень люблю, но порой ты бываешь непроходимым дураком.

Ной онемел.

– Он не дурак! – воскликнула Грейс.

– Да ну! Он когда-нибудь говорил, что любит тебя? Теперь настал черед Грейс замолчать. Агата фыркнула:

– Так я и думала. Не сомневаюсь, что он унаследовал этот недостаток от меня.

– Да, один из многих, – пробормотал Бен.

Не глядя на него, Агата дала ему подзатыльник. Бен отпрянул назад и рассмеялся.

– Ну? – потребовала Агата. – Бог свидетель, я столько раз жалела об этом!.. Ной, я действительно люблю тебя. Эти годы моей жизни были лучшими благодаря тебе. Не повторяй моих ошибок.

Грейс, как всегда, собралась возражать, готовая встать на защиту Ноя. Но он остановил ее.

– Да, я люблю ее.

Грейс заморгала. Ее губы приоткрылись. Агата снова фыркнула:

– Грейс, ну ты же не дура. Возможно, слишком мягкосердечная, но не тупая. Ну конечно, Ной тебя любит. Это же и младенцу понятно.

– Это понятно, – пропищал Бен и отскочил прежде, чем Агата успела ударить его. К удивлению Ноя, Агату, казалось, забавляли остроты и колкости Бена.

Ной медленно убрал руку со спины Грейс.

– Теперь твоя очередь, Грейс. Нет, Агата, не говори ни слова. Я хочу, чтобы она ответила.

– Вряд ли она сознается, – сказал Бен. – В отношении тебя она ведет себя как старомодный рыцарь. Я вообще сомневаюсь, что из нее можно что-либо вытянуть.

Грейс покраснела. Ее взгляд переместился с Ноя на Бена, далее на Клару и снова вернулся к Ною. Их глаза встретились. Ной чувствовал ее скованность от того, что на ней сконцентрировалось всеобщее внимание. Ему не нужны были слова, чтобы понять – она любит. На ее губах расцвела нежная улыбка.

– Я всегда любила тебя, Ной.

Ной почувствовал, как медленно отступило напряжение. Его сердце рвалось наружу, душа была полна радости.

– Правда, всегда?

– Ной… – Она бросилась в его объятия и крепко прижалась к его груди.

Агата постаралась незаметно смахнуть слезинку. Но она увидела улыбку Бена, и ей пришлось объясниться:

– Это дурацкое лекарство сделало меня слишком сентиментальной.

– Ну да, – согласился Бен.

Клара тоже смахнула слезу и тронула Ноя за плечо:

– Могу я первой поздравить вас? Ной обнял ее и поцеловал в щечку.

– Спасибо тебе за то, что помогла мне понять свои чувства.

Грейс рассмеялась, чуть не плача. Клара улыбнулась:

– Всегда пожалуйста. Я рада, что это помогло тебе. Агата нетерпеливо перебила их:

– Если вы все уже закончили с нежностями, то я хочу продолжить.

– Это должно быть интересно, – согласился Бен, сложив руки на груди.