Лето севера - Юлия (Ли) Ода

И оставив Нешру по-змеиному шипеть ему вслед, не оглядываясь зашагал туда, где ковенские закончили мастерить носилки из веток и плащей, а теперь перекладывали на них все еще неподвижного Эрвиана. Видно, по мнению Раска, там его присмотр был нужнее.

– Зачем на руки-то? – бросила я уже вдогон. – Веток, считай, на целый лазарет нарубили, можно еще одни носилки собрать…

– А я разве что-то другое сказал? Или их не руками носят?

Оставалось лишь тоже зашипеть сквозь зубы – в точности как Нешра. И лишний раз вспомнить, что лезть моему мужу под горячую руку да еще и с советами – себе дороже.

Глава двадцатая

Стук раздался в дверь когда Ольга почти убедила князя в своей правоте: в том, что Ида с мужем и остальными, наверняка возвращаются прямиком в Ахельну. Слишком мутная там у них сложилась ситуация, чтобы пустить все на самотек, не зря же Раскиль даже кристалл не рискнул оставить, когда уходил…

– Какого… надо? – князь недоуменно посмотрел на противоположную, настежь распахнутую дверь анфиладных покоев, снова перевел взгляд на створку, в которую стучали – прикрытую, но не запертую, и рявкнул еще раз: – Кого там принесло?

– Простите, князь, но жена вашего сына не хочет переселяться.

Голос говорившего оказался Ольге знаком – тот самый бугай, что по княжескому приказу когда-то выносил их с Идой незапертую дверь. И, видать, дело там совсем плохо, раз даже он не в силах скрыть растерянности.

– Госпожа Реаста там засов изнутри заложила, – тут же подтвердили ей этот вывод, – и обещает, что если ее не оставят в покое, арбалет расчехлит. У нее, мол, есть…

– Я сейчас подойду, – вмешалась Ольга, прежде, чем князь успел ответить – что-то не слишком приятное, судя по прищуру. – Пусть пока ничего не делают и просто ждут. Я скоро.

С той стороны угукнули – почти радостно, и торопливо угрохотали сапогами к выходу. А вот его змейство пришлось успокаивать – не привык Эрависский князь, чтобы в его дела и разговоры влезали столь непринужденно:

– Ты очами-то не сверкай, не трудись, – Ольга поднялась с подушек, села и осторожно спустила ноги на пол. А встав, оказалась возле княжеского кресла с таким проворством, что тот едва не отшатнулся. Пришлось присесть Дане на колени, чтобы окончательно избавить его от искушения сбежать.

– Я же с самого начала не сомневалась, – расчетливо-небрежно дернула она плечиком, вызывая этим невольный, но непритворный интерес мужчины, – что идти мне туда придется. Без посторонних им сейчас не разобраться – не умеют еще.

– А ты, значит, сумеешь? – буркнул тот, явно не зная, как отнестись к этой ее выходке.

– А я, значит, попробую, – Ольга потерлась носом о его щеку. – Шансов-то всяко больше будет, правда?

И тут же добавила, окончательно сбивая мужа с толку:

– Ладно, я сюда вообще-то за колечком пришла, а в твои объятья просто по пути заглянула, не пугайся. – И так же быстро как забралась к нему в кресло, соскочила на пол, ненароком увернувшись от уже готовой поймать и вернуть княжеской руки. Но шагнув к столику, куда отложила блокирующее силу украшение, взяла цацку и задумчиво покрутила в пальцах:

– Знаешь… А я его, пожалуй, вообще перестану носить. – И быстро добавила, не дожидаясь пока князь озвучит застывший в глазах вопрос: – Справлюсь, уверена, я все же не Вигдель. Нет, не хочу сказать о ней ничего плохого, но вот такого смирения – перед всем подряд – во мне точно не найти. Так что справлюсь, деваться все равно некуда.

«Да и не хочется уже», – но эту часть фразы она оставила при себе. Должна ж быть в женщине хоть какая-то загадка, правда? Даже в самой близкой.

– Ольга… – начал было князь, но она снова успела его прервать:

– А вот так говорить все же не стоит, Даня. Нет, приятно, конечно, что ты сумел принять факт моего присутствия здесь, – постучала она по виску, демонстрируя это самое «здесь», – но лучше все-таки зови Вигдой, как прежде. Иначе слишком многим придется объяснять, с чего вдруг случилась столь занятная перемена. Ну и еще… Давай будем считать, что эту часть ее наследства, в виде имени, я тоже готова принять. Как и все остальное.

– Наследство? – не то, чтобы князь не понял, но судя по выражению лица решил послушать, как именно она собирается окончательно расставить все точки над всеми буквами. И Ольга вдруг поняла, что и сама не против это сделать – раз уж зашел разговор и есть повод:

– Помнишь, я как-то сказала, что Орвунд мне сын и всегда им будет? Потому что Вигда слишком много мне оставила – такого, от чего отказаться невозможно ни при каких условиях. Так вот, муж мой, тебя она мне оставила тоже. – И быстро подняв руку, в очередной раз попросила его помолчать – все-таки сейчас был ее бенефис, лишние реплики оказались бы именно что лишними. – Но вот ведь какое дело, Даня… Как раз без этого я вполне могла бы и обойтись. Такого у меня самой уже хватает. Хотя… Двойная порция любви – это даже неплохо. Особенно в отношении тебя – а то ж ведь можно и не вытянуть.

– Что?!

Она вдруг поняла, что впервые видит его растерянным. Слегка, конечно, но до сих пор даже такого не было.

– Сложно тебя любить, Даня. С тобой вообще сложно.

– Надеешься, – прищурился тот, – что вот этим сейчас пробьешь мое упрямство?

– Надеюсь. Зря?

– Оль… Вигдель, дашь мне согласие у алтаря?

Ответ оказался, мягко говоря, неожиданным, но раздумывать она не стала:

– Дам. А ты его попросишь?

– Ну вот считай, и попросил. Начинай готовиться к церемонии, жена моя.

Ольга выждала пару томительных секунд и кивнула:

– Хорошо, муж мой.

Тут же заметив, как на мгновение сверкнули его глаза из-под полуопущенных