Удачное решение - madei

Солнце заставляло открыть глаза. Боги, как же это тяжело. Который час? В нос ударил запах чего-то вкусненького. Я спустилась на кухню и увидела Эдриана… за плитой.

– Что будешь на завтрак? Яичницу с беконом или бекон с яичницей?

– Кофе, пожалуйста, – улыбнулась я, усаживаясь за стол. Сегодня мне хотелось понежиться в солнечных лучах, заняться бездельем и никуда не ходить, но интерес, что запланировал на сегодня Салливан-младший, перевесил первоначальные порывы.

Я ткнула его локтём в бок и забрала свой кофе из кофеварки. Эдриан поставил передо мной тарелку с обалденно пахнущим завтраком, сел рядом и мы приступили к еде.

Днём мы съездили в кино на какую-то мелодраму, к слову я была удивлена, хотя подозреваю, что блондин сделал это ради меня. Фильм был ужасный, такой примитивный, скучный, одним словом – не моё. Нет, конечно, я люблю фильмы про любовь, но когда интересный сюжет, есть внезапные повороты судьбы, а не мыло. Но сообщила я об этом уже потом, когда мы вышли с сеанса, он ведь старался. Так вроде и не обидела – не сбежала посреди фильма – и на будущее дала подсказку.

Мы гуляли в парке, ели мороженое, а Эдриан нервно поглядывал на часы. Да чего ж он там ждёт? Неужели любовница должна приехать? Но когда мы вернулись домой, я была приятно шокирована.

От входной двери стелилась дорожка алыми лепестками. Я бросила взгляд на парня, но тот лишь загадочно улыбнулся, пропуская меня вперёд. Я пошла по дорожке, она вела через гостиную, мимо ступенек на второй этаж, проходила через коридор к заднему выходу, дверь кухни, вела в столовую и на террасу с джакузи.

Там уже был накрыт столик на двоих, с красивым подсвечником в центре, прозрачной вазой с одной красной розой. На столе уже были круглые баранчики, из-под которых едва просачивался запах мяса.

Эдриан отодвинул стул, помогая мне сесть. Нам принесли красного вина и сняли крышки. Аромат заполнил нос. Мясо с луком и помидорами под плавленым сыром так и манил съесть его поскорее. Салливан налил вина в бокалы. Одним махом руки он отпустил прислугу.

– Это восхитительно, – сказала я, покончив с ужином.

– Еда или вечер?

– Всё вместе.

– Я рад, что тебе понравилось, но это ещё не всё.

– Будет продолжение? – удивилась я.

Эдриан молча встал и подал мне руку. Повёл меня в гостиную, где включил музыку. Нежно обхватив меня, мы покачивались под плавную мелодию. Медленно переступая с ноги на ногу, он шептал мне всякие приятности на ухо, щекоча дыханием шею. Я улыбалась, я чувствовала себя такой счастливой в этот момент, что ничего на свете для меня больше не существовало.

Блондин отошёл, а вернувшись, отдал мне маленькую чёрную коробочку. Я не раздумывая, открыла её и на меня уставились чудесные серёжки с прекрасными зелёными камнями. Я тут же их надела.

– Эти изумруды напомнили мне твои глаза, когда я их увидел. Я хочу видеть тебя только в этих серёжках. И ни в чём больше, – прошептал Эдриан мне на ухо и увёл наверх за руку.

Он был так нежен, как будто в первый раз. Аккуратно расстегнул молнию белого сарафана, медленно спустил бретельки с плеч, обнажая мою спину. Стянул резинку с волос, которые водопадом упали на спину. Поцеловал шею, плечи, развернул к себе, проводя пальцами по ключицам, отбрасывая прядь волос.

– Ты восхитительна, – сказал он и легонько укусил за шею.

Я опрокинула голову назад, закрывая глаза. Он опустился на колени и стащил с меня уже влажные трусики. Я стояла перед ним совершенно голая, опираясь на стену спиной. Он погладил меня по бедру, провёл рукой до самого верха, а потом закинул мою ногу себе на плечо и облизал нежные складочки. Одной рукой держал меня за попу, прижимая к себе, второй водил по стоящей ноге, выписывая языком узоры в самом нежном моём месте.

Потом он подхватил меня на руки и отнёс на кровать. Он разделся и вернулся к моим половым губам, раздвигая их пальцами, проникая языком всё дальше. Я судорожно хватала покрывала руками, пытаясь вцепиться хоть во что-нибудь. Удовольствие дикой волной накрывало меня, не давая опомниться. Эдриан засунул палец в меня, медленно водя языком по клитору. Голова закружилась.

Он быстрее и быстрее двигался внутри пальцем, не забывая целовать мои нижние губы. Мои стоны заводили его ещё сильнее, заставляя двигать пальцами и языком резче. Стоны превратились в крики, а оргазм не заставил себя ждать.

Блондин довольно улыбнулся и как хищник навис надо мной. Он поцеловал меня в шею, в щеку, и я как сумасшедшая впилась в его губы. Притянула к себе, нашла его член рукой и направила в себя, не желая медлить. Стон сорвался с губ.

Как же я хотела ощутить его в себе. Быстрее, быстрее, до дрожи в коленках. Он двигался так быстро, что казалось, мы сможем вырабатывать электричество. А потом резко замедлился, дразнясь и улыбаясь мне. Я запустила пальцы в светлые волосы, опуская его голову к своей груди. Он облизал мой сосок, слегка прикусив и оттянув зубами. Я сладко простонала. Он начал ускоряться, пока по моим ногам не побежали мурашки. Пальцы снова онемели, в глазах заплыло туманом, сладостная тяжесть обволокла всё тело, словно кокон.

– С днём рождения меня, – пролепетал довольно парень, а я уставилась на него полными шока глазами.

– У тебя сегодня день рождения? Почему ты не сказал мне раньше?

– А что бы ты сделала?

– Как минимум купила бы подарок.

– Я получил всё, что хотел. Любимую девушку, вкусный ужин, приятный вечер.

Когда мы вернулись в Шатвиль, я решила пройтись по магазинам. Всё-таки негоже на день рождения без подарка. С самого утра я написала Эдриану записку, оставила на подушке, поцеловав её с красной помадой на губах, села в машину и водитель увёз меня прочь.

За те несколько недель, что я пробыла в доме Салливанов, персонал успел ко мне привыкнуть, да и я тоже. Хоть по началу, казалось каким-то диким, что кто-то делает мне завтрак, обед или ужин, готов сию секунду отвезти куда скажу и т.д., но, в конце концов, это же не слуги или рабы, им за это платят. И судя по всему весьма не плохо.

У меня была своя комната, которую горничная, по началу, убирала каждый день, а потом раз в неделю. Мама приучила меня