Добродетель в опасности - Элейн Барбьери

Проведя всю ночь в размышлениях, он тщательно продумал план действий и теперь осторожно ехал в густом тумане позади стада, низко пригнувшись к седлу. Близился полдень. Люди были голодны, а измученные жаждой бычки стали еще более раздражительны. Рид знал: более подходящего момента не будет.

Он чиркнул спичкой и зажег заранее заготовленный факел. Вспыхнувший огонь напугал ближайших бычков. Пришпорив коня, Рид рванулся вперед. Глухо покрикивая, он нагибался и касался горящим факелом ног животных.

Результат был мгновенным.

Прошли какие-то доли секунды, и обезумевшее стадо обратилось в паническое бегство.

— Что это, черт возьми?

Кончита тоже услышала позади какие-то звуки и одновременно с Уолкером сообразила, что это грохот копыт.

— Стадо бежит! — закричал Уолкер. — Убирай фургон с дороги, а не то эти проклятые бычки опрокинут его и затопчут!

Дрожащими руками Кончита стегнула лошадей, и фургон рванулся вперед. Однажды она уже видела, как такой же фургон попал под копыта бегущего стада. От его пассажиров почти ничего не осталось.

Кончита увела фургон с дороги и с ужасом увидела, как из облака пыли появилось несущееся стадо. Рыжеволосая женщина на нетвердых ногах подошла к переднему краю повозки. Она смотрела на приближавшихся бычков, округлив глаза от страха.

— Что происходит?

— Скот бежит, — Кончита вскинула подбородок, стараясь унять дрожь, — что-то напугало животных.

Лошадь беспокойно гарцевала под Уолкером. Обернувшись к Кончите, Уолкер крикнул:

— Я поеду к ребятам, помогу справиться с бычками, пока мы не потеряли половину стада. А вы сидите здесь. И не вздумай уехать, поняла, Кончита?

Мексиканка молчала.

— Отвечай, черт возьми, или я всажу тебе пулю в сердце!

— Я никуда не уеду, — огрызнулась она, злобно сверкнув глазами.

Уолкер исчез в пыли.

Гром копыт затихал вдали, а в освещенном солнцем воздухе еще клубилось облако пыли, оставшееся на дороге после пронесшегося стада. Пыль медленно оседала на фургон, стоявший на безопасном расстоянии от дороги.

Спрятав лошадь в кустах, Рид начал осторожно подкрадываться к фургону. Он держал винтовку на взводе. Уолкера нигде не было видно. Его план сработал, и пока все шло как по маслу. Уолкер услышал, что стадо побежало, и тут же убрал фургон с дороги, а потом поскакал усмирять бычков.

Рид подошел к повозке и еще раз огляделся. Уолкера не было. Отлично! Значит, путь к спасению Честити свободен.

Неожиданно за спиной раздались шаги.

— Опустите оружие, сеньор! — приказал женский голос с леденящей душу надменностью.

Рид быстро обернулся.

— Рид!

Честити закачалась от потрясения. Рид стоял перед ней живой и невредимый! Каких-то пару минут назад Уолкер, поскакавший вперед собирать стадо, исчез из поля зрения, и ей в ребра уперлось дуло револьвера Кончиты. Ошеломленной девушке ничего не оставалось, как подчиниться приказу мексиканки, выйти из фургона и молча встать позади него. Разве могла она ожидать, что, выйдя из-за повозки, увидит в нескольких шагах от себя Рида?

Душа Честити пела и ликовала. Встретившись взглядом с невероятно голубыми глазами Рида, она невольно шагнула к нему. В спину ей больно уперся револьвер Кончиты.

— Не двигаться!

Рид рванулся вперед, и мексиканка скомандовала:

— Стой, стрелять буду!

Он резко встал.

— Брось оружие!

Рид выпустил из рук винтовку, и она упала на землю.

— Ты в порядке, Честити? — спросил он.

Его глубокий голос был сладкой музыкой, которую Честити уже не надеялась услышать.

— Он сказал, что ты погиб! — Девушку все еще шатало. — Я видела, как в тебя попала пуля, как ты упал. Я ему поверила!

Кончита знаком разрешила Риду подойти ближе и остановила его за несколько ярдов. Крепче вдавив револьвер в спину Честити, она резко спросила:

— Так вы не священник, сеньор? Вы просто притворялись служителем Господа?

Рид бросил на Честити взгляд, полный муки, и девушка опять задрожала.

— Нет, — коротко ответил он мексиканке.

— Так и знала. Зачем вы здесь?

— Я приехал на индейскую территорию, чтобы поймать Моргана, — Честити заметила, как вздрогнула Кончита, — за которым давно охочусь. Я хотел найти его и сдать полиции… но сейчас это меня не волнует. Все, что мне нужно, — это увезти отсюда Честити, пока еще не поздно.

— Вы хотели убить Моргана?

Крепкие плечи Рида напряглись.

— Если бы он попытался меня убить или прикоснулся к Честити, я убил бы его.

— Я знала, что вы следите за фургоном.

Услышав эти неожиданные слова, Честити вздрогнула и удивленно взглянула на мексиканку.

— Вчера ночью вы были около нашего привала, — продолжала та, — вы видели, как ходят Морган и ваша женщина. Вы были тише тени. — И вдруг неожиданно она спросила: — Что вы будете делать, если я опущу револьвер?

— Я заберу Честити, и мы уедем. Нам нужно время, чтобы выбраться отсюда. Вот почему я устроил панику в стаде. Надо было отвлечь Моргана, чтобы он нас не догнал.

— На стадо не надейтесь. Оно отвлечет его ненадолго, вы не успеете убежать.

Скулы Рида напряглись.

— Я отвлеку его, — сказала Кончита, опуская револьвер.

Честити бросилась вперед. Она сделала всего несколько неуверенных шагов и попала в крепкие объятия Рида. Какое счастье вновь ощущать это тепло!

— Уезжайте быстрее!

Честити обернулась к мексиканке:

— Ты должна уехать с нами.

— Нет.

— Если Морган узнает, что ты помогла нам бежать, он может наказать тебя.

На губах Кончиты появилась холодная улыбка.

— С Морганом я разберусь.

— Но…

— Мне от тебя нужно только одно. — Задрав юбку, Кончита выхватила из ножен кинжал и быстро взмахнула руками. Честити не успела сообразить, что она собирается делать, и опомнилась лишь тогда, когда увидела, что та держит прядь ее рыжих волос. — Идите!

Рид поднял свою винтовку и обнял Честити за плечи:

— Пойдем!

— Но…

Кончита резко отвернулась и залезла в повозку. Возражение Честити повисло в воздухе.

Спустя несколько мгновений девушка сидела в седле впереди Рида и, забыв обо всем, прижималась спиной к его знакомой теплой груди.