Две Розы - Джулия Гарвуд

Харрисон пропустил ее вперед – ему не хотелось, чтобы она видела, как он исследует рану. На рубашке расплылось кровавое пятно. Тем не менее особой боли он не чувствовал и не особенно тревожился, радуясь, что пуля прошла навылет.

Он достал из седельной сумки кожаный жилет и быстро надел его. При этом он не удержался и поморщился от боли. Однако в эту самую секунду Мэри Роуз обернулась в седле, и он вымученно улыбнулся. Харрисон слегка пришпорил Мак-Хью, стремясь догнать девушку.

– Вам холодно? Накиньте одеяло Корри, – предложила девушка.

– Все нормально, – ответил он. – А вы не замерзли?

– Нет, моя одежда высохла. Вы догнали того, кто пытался нас убить?

– Нет. – Харрисон пристально посмотрел на Мэри Роуз. –Вы ведете себя так, словно привыкли к подобным ситуациям. Это правда?

– Нет.

– А тогда почему вы такая спокойная?

– Потому что вы нервничаете.

До этой минуты Харрисон был уверен, что по его виду и голосу нельзя догадаться, насколько он возбужден.

– Вас выдают глаза. Вы просто вне себя от бешенства, что не поймали того мерзавца.

– Он прыгнул в воду со скалы. Надеюсь, он утонул.

– Скорее всего.

– Вы что же, совсем не испугались?

– Отчего же.

– Тогда я вас поздравляю. Вы гораздо лучше умеете скрывать свои чувства, чем я. А я-то считал себя мастером по этой части.

– А для вас это столь важно?

– Да, в зале суда это важно.

Девушка улыбнулась и, протянув руку, похлопала Харрисона по колену.

– Я уверена, что в зале суда вы великолепны.

– Ну вы и штучка, Мэри Роуз.

Девушка не знала, как расценивать слова Макдональда, однако он улыбался, и она все же решила, что это комплимент.

– Кол приучил всех нас всегда быть готовыми к любым сюрпризам, Здесь иначе нельзя.

– Ваши братья, должно быть, уже дома.

– Наверное. Мы будем на ранчо примерно через полчаса.

– Как вы думаете, зачем он это сделал?

– Кто?

– Человек, который пытался нас убить.

– Скорее всего ему нужны были лошади или деньги, а может, и то, и другое.

– Черт побери!

– Перестаньте переживать. Все уже позади. Давайте поговорим о чем-нибудь еще. У меня не идет из головы Корри. Ей ведь пришлось пройти порядочное расстояние, чтобы принести одеяло. И кроме того, для этого понадобилось немалое мужество, не так ли?

– Она принесла одеяло вам, – уточнил Харрисон.

– Вы не знаете этого наверняка.

Харрисон улыбнулся. Он не признался девушке, что видел Корри. – Вы все еще сердитесь, Харрисон.

– Черт возьми, Мэри Роуз, ведь он мог вас убить. Если с вами что-нибудь случится…

Мэри Роуз повернула голову и посмотрела ему в глаза.

– То что? Харрисон вздохнул.

– Ваши братья мне голову оторвут.

– А сказать, что вы будете расстроены и вам будет меня не хватать, вы никак не можете?

– Конечно, мне будет вас не хватать.

Ответ Макдональда доставил девушке огромное удовольствие. Тем не менее она решила сменить тему разговора.

– Пожалуй, я переговорю с Трэвисом. Я не хочу, чтобы он страдал из-за присутствия s доме Элеоноры. С ней я тоже серьезно побеседую. Нечего помыкать моими братьями, словно прислугой. У Трэвиса скоро день рождения. Я подарю ему хороший подарок.

– И когда же?

– Одиннадцатого июля. Я вяжу ему теплый свитер. Думаю, Тревису он очень понравится.

Харрисон не стал спрашивать Мэри Роуз о ее дне рождения – он подозревал, что братья определили его сами, дабы не лишать сестру праздника. Кроме того, он знал, что леди Виктория родилась второго января.

– Второго января.

Харрисон сначала просто ушам не поверил, но тут же решил, что невольно произнес эти слова вслух.

– Что вы сейчас… сказали? – спросил он.

– Мой день рождения – второго января. А почему вы так удивились?

У Харрисона перехватило дыхание. Мозг его лихорадочно работал. Откуда девушке известна истинная дата ее появления на свет?

– Вы сами выбрали себе день рождения, или у вас имеются какие-нибудь доказательства?

– У меня есть бумаги.

Харрисон откинулся назад – слова девушки не выходили у него из головы.

Их ждали все – и по-видимому, уже давно. Элеонора ходила взад и вперед по веранде, Адам стоял в проеме входной двери, Дуглас с Трэвисом сидели на ступеньках, привалившись к поддерживающим веранду столбам. Увидев сестру с Макдональдом, Дуглас что-то крикнул и указал на них Колу, который в это время вышел из конюшни. Харрисон заметил, что самый горячий из братьев тут же потянулся к револьверу.

Харрисон устало вздохнул – у него не было ни сил, ни желания выяснять отношения с Колом. Бок его теперь горел огнем. К тому же ему предстоял трудный день, он собрался сегодня рассказать братьям о том, кто их сестра. Но сначала, разумеется, надо было получить кое-какую информацию, и Макдональд преисполнился решимости раздобыть ее любой ценой.

– Харрисон, перестаньте хмуриться.

– Простите. Я подумал, не перестрелять ли мне ваших братцев.

– Прекратите, – шепнула Мэри Роуз. – Ради Бога, улыбайтесь.

– По-моему, они приготовились меня линчевать.

Мэри Роуз снова взглянула на братьев. Трое из четверых действительно выглядели так, словно намеревались немедленно повесить Харрисона на ближайшем дереве. В свою очередь, Элеонора, похоже, была не прочь сбегать за веревкой: подбоченясь, она пристально смотрела на подъезжающих.

– Кажется, Адам рад нас видеть, – с надеждой сказала девушка. – Я уверена, что он все поймет правильно.

– Дорогая Мэри Роуз, мы не совершили ничего дурного.

– Тогда почему я чувствую себя виноватой?

Харрисон улыбнулся – у него было точно такое же ощущение. |

– Я возьму на себя Кола, – произнес он. – А вы займитесь остальными.

– По-вашему, это справедливо – спихивать на меня четверых? – съязвила Мэри Роуз.

Повернувшись, она посмотрела, как Харрисон направил Мак-Хью к конюшне.

– Снимите револьвер, – громко шепнула девушка Макдональду. – Кол не стреляет в безоружных.

Харрисон только тряхнул головой, не обратив внимания на её слова. В каком-нибудь ярде от Кола он остановил коня и спешился. Кол двинулся на него:

– Ну ты, поганый сукин сын, если ты…