Сумасшедшая любовь - Мэри Энн Марлоу

Я помогла ему:

– Малаяламе.

Пратош сказал:

– Cem’mīn.

Мы с Пратошем обменялись насмешливыми взглядами, когда Мика попытался повторить. Потом он отважно спросил:

– Как сказать: «У тебя красивые глаза»?

– Niṅṅaḷ manēāharamāya kaṇṇukaḷuṇṭ.

Мика сник.

– Как насчет «красивая»?

– Manēāharamāya.

Мика повторил. Получилось даже похоже. Во всяком случае, некоторое сходство прослеживалось.

Я сказала:

– Nandi. Это значит «спасибо».

– Почему тебе досталось легкое слово?

Я провела пальцем по его щеке.

– Мика, ты manēāharamāya. И выглядишь неплохо.

За ужином я рассказала ему, как в детстве ездила в штат Керала.

– Я пробыла там неделю, но все помню куда лучше, чем свою учебу в старших классах школы.

– Мы должны туда съездить.

– Я хотела бы поехать с тобой.

Представив, как познакомлю Мику с отцом, я задумалась, не будем ли мы в итоге так же кричать друг на друга, как когда-то мой отец с дедом. Забавно, что мы позволяем почти незнакомым людям влиять на нашу жизнь.

Я поблагодарила Пратоша за чудесные блюда и сказала Мике.

– Это было так мило с твоей стороны. Спасибо, что позаботился обо всем.

– Ты сама попросила. – Он налил себе еще один стакан клубнично-лимонного напитка.

– Что?

– В первую ночь, когда осталась тут. Или утром. Ты попросила, чтобы здесь были запасы съестного.

– Правда?

– Ты меня чертовски напугала тем утром. Но уж с этим я справлюсь, Джози. Ты не должна страдать от недостатка продуктов. Согласна?

– Согласна.

– Хочу, чтобы ты была счастлива. И здорова. И просто… была здесь.

После того как мы сожгли калории после ужина, причем очень при этом старались, Мика заснул быстрее, чем я. И я, прижавшись к нему, принялась обдумывать все, что пережила за этот день. Встреча с семьей Мики позволила мне убедиться: у него перед глазами всегда был пример стабильных долгих отношений, однако пока он ограничивался короткими, ничего не значащими интрижками. Почему для первой попытки построить что-то стоящее он выбрал именно меня?

Я выросла в неполной семье и всегда пыталась держаться подальше от кого бы то ни было, кто напоминал бы в какой-то степени моего отца. И все же почему-то я запала на парня, который сменил, возможно, десятки женщин, вновь и вновь подтверждая, что на него нельзя рассчитывать в плане создания крепких отношений.

И как вообще ему удалось втянуть меня в отношения? Как я сама это допустила?

Меня беспокоило то, что я совершенно не волнуюсь. Несмотря на все неопровержимые факты, свидетельствовавшие против Мики, я хотела доверять ему. Но я не могла со всей определенностью понять, не ослепляло ли меня мое желание доверять. Или, может, я видела то, что хотела видеть?

Если бы я сказала ему, что уже достаточно развлеклась и готова идти дальше, отпустил бы он меня, как других? Или стал бы за меня сражаться?

Он заворочался и закинул руку за голову – я заметила, что он делал так только у себя дома в собственной кровати, когда был спокоен и чувствовал, что находится в полной безопасности.

Завтра после работы поговорю с ним о своих чувствах и сомнениях. Я закрыла глаза и пролежала без сна еще целый час, репетируя речь.