Не совсем леди - Лоретта Чейз

– В какой-то степени эта миссис Тайлер права, – осторожно заметил лорд Литби.

– В какой-то степени? Я не могу спокойно стоять и слушать, как говорят гадости о моей маме. – Пип взволнованно произнес: – Защитить ее – мой долг.

– И это тоже верно. Просто женщины иногда смотрят на вещи не так, как мы, мужчины. Тем не менее то, что ты хотел защитить честь матери, в любом случае похвально. – Он дружески протянул руку и похлопал Пипа по плечу.

Когда работавшие в саду слуги сообщили Карсингтону, что Дейзи разыскала отца Шарлотты, они все вместе направились на ферму.

– Разумеется, мы найдем его здесь, – с надеждой произнесла Шарлотта, когда они дошли до конца двора и приблизились к загону. – Папа всегда сюда приходит, когда…

Она замолчала, потому что в этот момент они обогнули здание и сразу заметили обоих – отца и Пипа. Лорд Литби, по своему обыкновению, стоял, опершись на ограду, а Пип, судя по его жестам, разыгрывал в лицах сцену драки с Робом Джоуэттом.

– Похоже, Пип нашел не только вас, мадам, но и своего дедушку, – довольно заметил Карсингтон.

Хотя Шарлотте очень хотелось броситься к ним обоим, она все же сдержала себя и лишь не отрываясь смотрела на сына. В этот момент сердце Шарлотты дрогнуло. Интересно, догадывается ли он о чем-нибудь? Чувствует ли он ее так же, как она чувствует его? Мог ли ее голос, который он слышал, когда был младенцем, остаться в его памяти навсегда? Она надеялась, что он жил в глубинах его сознания все эти годы, хотя сам мальчик этого не понимал.

«Я люблю тебя. Я всегда буду тебя любить. Пожалуйста, прости меня».

Внезапно Пип повернул голову и, взглянув на Шарлотту, улыбнулся.

Глаза Шарлотты наполнились слезами.

– Я так и знал, что это случится, – озабоченно сказал Дариус. – Теперь мне придется приводить вас в чувство.

– Его глаз! Ах, бедненький!

– А по-моему, Пип очень гордится таким роскошным фонарем под глазом. – Дариус усмехнулся. – Он ведь получил этот синяк, защищая вашу честь!

– Вот именно. – Шарлотта вздохнула. – Защищая мать, которая бросила его!

Дариус пристально посмотрел на Шарлотту:

– Надеюсь, эта полная пафоса тирада осушила ваши слезы и вернула вам присутствие духа.

– Пожалуй. – Шарлотта попыталась улыбнуться. – Но это труднее, чем я себе представляла.

– А теперь подумайте, каково сейчас вашему сыну. Вы собираетесь перевернуть вверх дном его мир, и хотя это счастливый поворот событий, к нему нужно привыкнуть. Ради Пипа мы оба должны держаться спокойно и уравновешенно. Берите пример с вашего отца: не сомневаюсь, ему тоже очень хочется схватить малыша в охапку и отнести его домой, но он сдерживает свои порывы.

Шарлотта посмотрела на отца: он ласково улыбался Пипу спокойной, доброй улыбкой, которая была ей очень хорошо знакома.

– Папа ни за что не станет это делать: он хочет, чтобы я сама сообщила Пипу радостную новость.

– Тогда я забираю назад все, что говорил раньше о вашем отце. Мой отец выводит меня из себя, но ваш держится молодцом, и, глядя на него, я испытываю стыд.

– Поверьте, ваш отец не виноват, он ведет себя так не нарочно. Просто по-другому он не может, – предположила Шарлотта. – Не существует математической формулы, помогающей стать хорошими родителями. Мне кажется, как мой, так и ваш отец стараются изо всех сил и делают все, на что способны.

– Возможно, но теперь настала наша очередь сделать все от нас зависящее. Ну что, вы готовы?

– Да, благодаря вам. – Шарлотта поднялась на цыпочки и быстро поцеловала Дариуса в щеку.

– Только договорились: никаких слез. – Дариус прищурился. – Рыдать будете позже. А сейчас ради блага вашего сына вам надо быть сильной и стойкой.

– Хорошо, я постараюсь.

– Тогда пошли.

Взяв Шарлотту за руку, Дариус направился к загону.

– Дорогой лорд Литби, вы не будете возражать, – вежливо спросил Карсингтон, – если ваша дочь немного поговорит с мальчиком наедине?

Лорд Литби кивнул, и Пип, спрыгнув с забора, подошел к Шарлотте, крепко сжимая в руках свою кепку.

Шарлотта вытерла глаза краем перчатки, тихонько вздохнула, расправила плечи, улыбнулась и вдруг, не сдержавшись, воскликнула:

– Боже, какой ужасный синяк!

– Я подрался, ваша светлость, – объяснил Пип.

– В самом деле? Мистер Карсингтон уверен, что ты защищал честь своей матери.

– Да, и лорд Литби говорит, что в этом нет ничего плохого, вот только женщины этого не понимают.

– Нет. Я понимаю. – Шарлотта снова улыбнулась. – И очень-очень тобой горжусь.

Она наклонилась, заглянула мальчику в глаза, чувствуя, как ее сердце переполняется счастьем, а потом тихо проговорила:

– Потому что я – твоя мать.