Зов предков - Даниэла Стил

— Нет, я не преподаю, — ответила Бриджит. — Я пишу докторскую диссертацию, а работаю я в приемной комиссии Бостонского университета. — Сначала она хотела этим и ограничиться, но потом решила сказать правду. — Точнее — работала… — добавила Бриджит. — Примерно месяц назад меня отправили в полугодовой оплачиваемый отпуск, а фактически уволили. Теперь вместо меня в приемной комиссии будет работать компьютер.

— Поверьте, я вам искренне сочувствую. Во Франции подобные вещи тоже случаются, причем все чаше и чаще… И чем вы теперь намерены заняться?

— Пока только поисками моих предков и составлением генеалогического древа. — Бриджит улыбнулась. — Потом я поищу себе работу в приемной комиссии другого университета — в Бостоне, где я живу, их довольно много.

— Я защитил магистерскую диссертацию по литературе в Гарварде, потом совершенствовался в Оксфорде и в других местах, но Бостон мне понравился больше всего. Где именно вы там живете?

Бриджит назвала свою улицу, и Марк сказал, что снимал квартиру примерно в четырех кварталах от ее дома. Это было любопытное совпадение, но Бриджит не успела ему удивиться — она вдруг вспомнила, где могла слышать его фамилию.

— Послушайте, не вы написали книгу о мальчике, который разыскивает своих родителей после войны? Я читала ее в переводе, и мне она очень понравилась. Очень трогательная история. Родители мальчика участвовали во французском Сопротивлении и погибли, сироту взяли к себе другие люди, и в конце концов он женился на их дочери. У вас получилась просто замечательная книга — одна из лучших, которые я читала, хотя она, конечно, очень грустная.

Марк, похоже, был доволен ее похвалой.

— Этот маленький мальчик — мой отец. И моя мама действительно была из той семьи, которая приютила его, когда он остался совершенно один. Мои дед и бабка погибли, сражаясь с бошами. Это была моя первая книга, и я посвятил ее их памяти.

— Я помню, как плакала, когда читала.

— А я — когда писал.

Бриджит была весьма удивлена тем, что судьба свела ее с человеком, написавшим понравившуюся ей книгу. Она действительно была хороша даже в переводе — трогательная, за душу берущая повесть о жизни и страданиях маленького сироты. Бриджит вспоминала ее еще долго после того, как перевернула последнюю страницу.

— А знаете, вы ведь и сами похожи на индианку, — заметил Марк, пристально глядя на нее.

— Девушка в Мормонском архиве семейной истории говорила мне то же самое. Наверное, это из-за моих жгуче-черных волос.

— Но что, если в ваших жилах и в самом деле течет кровь сиу? Это довольно необычно… Так, во всяком случае, мне кажется. У большинства людей такие скучные предки, а вот о вас этого не скажешь. Подумать только — ваша прапрапрабабка, индианка, пересекала океан и вышла замуж за французского маркиза!

— Это еще не все, — улыбнулась Бриджит. — В юности ее захватили индейцы враждебного племени, но она сумела спастись. Я предполагаю, что при этом она даже убила их вождя, но документальных свидетельств этому, разумеется, не существует. Интересно, что бежать ей помогал какой-то француз, или, во всяком случае, белый мужчина. Возможно, он и привез ее во Францию. В общем, на долю моей прапрапрабабки выпало немало испытаний, но она вышла из них с честью.

— Да, она была сильной личностью, эта ваша Вачиви де Маржерак, — согласился Марк. — И, насколько я могу судить, ее качества передались и потомкам. Я имею в виду вас. Впрочем, история знает немало подобных примеров. Вы можете гордиться такими предками.

— Вы тоже, — сказала Бриджит, думая о том, что и у самого Марка с предками все было в порядке. Его бабка и дед участвовали в войне и погибли как герои, спасая жизни других. После войны они были посмертно награждены французскими орденами.

— Но я, увы, не чувствую в себе никаких особых способностей, — призналась Бриджит. — До Вачиви мне далеко.

— Кто знает, быть может, характер вашей прапрапрабабки еще даст о себе знать, — сказал Марк. — Особенно если обстоятельства вашей жизни внезапно изменятся к худшему — как, например, сейчас, когда вас решили заменить компьютером. Кстати, вы замужем?

«Почему «кстати»?» — подумала Бриджит, но тут ей пришло в голову, что Марку просто хочется узнать о ней больше — как и ей о нем. И все же открывать ему душу она не спешила. Каким бы приятным человеком ни казался ей Марк, Бриджит не забывала о том, что через несколько дней она улетит домой, в Бостон, а он останется здесь, во Франции. Насколько она знала, расстояние в несколько тысяч миль могло стать серьезным препятствием для любых долговременных отношений, а сторонницей случайных связей Бриджит не была никогда. Спать с человеком, которого никогда больше не увидишь, ей претило, да и рана, нанесенная Телом, была еще слишком свежа. Нет, решила она, в лучшем случае они с Марком могут быть только друзьями, и не более того.

— Я никогда не была замужем, — просто ответила она. — Несколько недель назад я рассталась с бой-френдом, так что сейчас я одна.

— Ага… — заинтересованно протянул Марк. — А почему вы расстались?

Он понимал, что это не слишком тактичный вопрос, но решил рискнуть.

— Тед — его звали Тед — преподавал археологию в университете и всегда мечтал о сенсационных открытиях. И вот его мечта сбылась — ему предложили возглавить экспедицию, которая должна раскапывать какое-то древнеегипетское захоронение. По его расчетам, это может занять несколько лет, поэтому он и решил, что дальше каждый из нас должен жить своей собственной жизнью, — сказала Бриджит, не сумев совладать с нахлынувшей на нее обидой.

— Вот как? — Марк, казалось, был искренне удивлен. — Что ж, я бы сказал — туда ему и дорога. Или вы считаете иначе? — И он пристально вгляделся в ее лицо, словно пытаясь понять, что же она чувствует.

Бриджит пожала плечами.

— Не знаю. Разумеется, я была… разочарована. Я-то думала, что наши отношения — это навсегда, но ошиблась. — Она старалась говорить спокойно, но что-то в ее голосе, видимо, подсказало Марку, что ей все еще очень больно.

— Со мной произошла очень похожая история, — сказал он. — В прошлом году я расстался с женщиной, с которой встречался почти десять лет. Я… я сделал ей предложение, но она ответила, что не хочет ни выходить замуж, ни рожать детей. Пять лет я ждал, пока она окончит медицинский колледж, потом — пока напишет диссертацию, а теперь оказалось, что я ей вовсе не нужен. Откровенно говоря, я чувствовал себя круглым идиотом, когда она мне отказала. Лишь спустя какое-то время мне стало понятно, что на самом деле мы никогда не любили друг друга, за исключением, быть может, самых первых лет. А потом мы были вместе просто по привычке. Нам было удобно и приятно изредка встречаться, спать вместе и при этом не нести друг перед другом никакой ответственности, но когда речь зашла о детях… Можно долго плыть по течению, любоваться пейзажами и ни о чем не думать, но однажды утром ты просыпаешься и осознаешь, что река занесла тебя в далекий и чужой край и что в одной лодке с тобой — посторонний человек, которого ты на самом деле даже не знаешь толком. Я тоже не был женат, Бриджит, и после всего, что случилось, я не уверен, что мне когда-нибудь захочется связать себя узами Гименея… Десять лет жизни я отдал отношениям, которые ни к чему не привели, зато теперь я наслаждаюсь свободой и делаю что хочу. Единственное, о чем я жалею, — это о годах, которые потратил впустую, но… Я все надеялся, что из наших отношений что-нибудь да выйдет, но ничего хорошего у нас так и не получилось.