Развод. Расплата за обман - Элина Витина

— Пусть завтра утром приходит. Мы часов в десять выйдем как всегда. Пройдемся вместе до парка.

— Спасибо, — кивает муж, поглаживая мое плечо и передает мои слова своей матери.

Мы же всей дружной веселой толпой вываливаемся из храма. Завтра мы все вместе пойдем в ресторан, но сейчас мы едем домой, чтобы дать малышу передышку. Впрочем, после ароматных благовоний церкви, он кажется и так максимально расслаблен. Засыпает еще на моменте кормления, но я, вместо того, чтобы прилечь вместе с ним, достаю из шкафа шикарное кашемировое платье, тщательно наношу макияж, укладываю волосы набок и выхожу из спальни.

— Вау, — восторженно бормочет муж, завидев такое великолепие. — Вот это мне повезло!

— Не то слово, — подмигиваю ему игриво. — Тебе крайне повезло посидеть с сыном пару часов. А у меня дела, дорогой.

— Не понял? — недоуменно протягивает он.

— А тебе и не нужно понимать, — надеваю шикарную шубу и беру ключи от машины. — Я решила вспомнить, что я не только мама, но и жена.

— И… — разводит он руками, намекая, что логики в моем уходе совсем не видит.

— И значит мне, как жене, нужно кое о чем позаботиться.

И не дожидаясь очередного шквала вопросов, я выбегаю из квартиры и решительно захлопываю за собой дверь.

Глава 60

В офисе Марка я бывала совсем не часто. Но тем не менее, узнают меня здесь сразу. Секретарь, хоть и удивлена, но приветливо улыбается и бодро рапортует, что начальства нет на месте.

— Я в курсе, — киваю ей с улыбкой. — Он дома с сыном, а я пришла к Татьяне Кашириной. Она у себя?

— Татьяна Павловна? — таращит на меня глаза девушка. — Да, у себя. Я… в смысле, ее пригласить? Позвать?

— Не стоит, — замечаю холодно. — Пусть будет сюрприз.

Смутно помню, где находится юр. отдел, но к счастью, читать еще не разучилась и легко нахожу нужную дверь по табличке.

Что ж, пришло время напомнить Кашириной Т.П., что юрист она может и главный, но на этом ее функции в компании моего мужа заканчиваются, потому что в его жизни она никто.

— Здравствуй, Таня, — захожу в ее кабинет без стука.

От неожиданности девушка роняет документы, но тут же приходит в себя и растянув свои алые губы в хищной улыбке, заявляет:

— Здравствуй, Мира. А Марка нет.

— Естественно, его нет, — впиваюсь в нее надменным взглядом, который репетировала в зеркало дальнего вида по дороге. — Он дома с сыном, со своей семьей. Там, где ему самое место. Да и с чего бы мне было искать его в твоем кабинете, интересно? Насколько я знаю, это не он к тебе приходит, а ты к нему таскаешься постоянно.

— Я работаю в его компании, — упрямо заявляет она.

— Вот это я и пришла тебе напомнить, дорогая, — ласково произношу, возвышаясь у ее стола. — Ты работаешь на Марка. Точка. Работа это единственное, что вас связывает. Я в курсе, да, что так было не всегда. Но ваша связь осталась в прошлом.

— Ты думаешь, я не в курсе? — брезгливо лепечет она. — Думаешь, он мне интересен после того, как выбрал тебя?

В последнее слово она вкладывает столько пренебрежения и яда, что я удивлена, как еще не пала замертво, сраженная наповал ее презрением.

— Думаю, да, Таня. Даже не так, знаю. Прекрасно тебя понимаю, как женщина женщину. Потерять такого мужчину… не каждая может с таким смириться. Но ты должна. У тебя просто нет другого выбора. Если ты, конечно, хочешь продолжать работать в этой компании…

— Я что-то не поняла, — огрызается она. — Это сейчас были угрозы? Тебе напомнить номер статьи?

— Танечка, ну о чем ты? — лепечу ласково. — Ну кто бы в здравом уме стал угрожать такому первоклассному юристу, как ты? Я ведь так… чисто по-дружески предупреждаю. Как женщина женщину. Поверь, я как никто тебя понимаю. Сама не знаю, что бы делала, если бы потеряла такого мужчину, как Марк. Может, тоже бы унижалась, бегая за ним как собачка… в ожидании подачек, взглядов.

— Что ты… — начинает она, но я не даю вставить ей и слова.

— Может, точно так же как и ты пыталась бы играть грязно, соблазняя его чулочками и кружевом. Но Таня… мы обе знаем, что это бы не помогло. Ты знаешь моего мужа не хуже меня. Марк настоящий мужчина. Если он принял решение, он не будет сомневаться и метаться. Это касается не только бизнеса, но и личной жизни. И он принял решение. Давным давно. У тебя было почти четыре года на то, чтобы с этим смириться.

— Думаешь, я до сих пор не смирилась? — нервно хохочет она. — Да у меня столько мужиков после него было, что тебе и не снилось.

— Естественно не снилось, — легко соглашаюсь. — Мне никогда никто не снился кроме него, понимаешь? Всегда был только он. И Марк это знает. Ценит. Уважает.

— А о связи со мной он, по-твоему, жалеет? — ехидно усмехается она.

— Я этого не говорила, — отвечаю как можно более спокойно. — Но думаю, что такая женщина как ты хочет чего-то большего, верно? Ты ведь хочешь его уважения, Татьяна? Так вот, мой тебе совет, перестань вести себя как последняя шалава и вспомни, наконец, о своих прямых обязанностях! А чулочки и кружево оставь мне, как никак, ублажать мужа это уже моя прямая обязанность. Я законная жена. Любимая жена. Единственная. Я родила ему сына.

— И где же ты была эти полгода, единственная наша? — язвительно интересуется она. — Где ты пропадала, пока он тут тихо подыхал? Угасал на глазах? Где ты, такая исключительная, была и главное, что ты там делала, пока твой муж медленно превращался в зомби? Не ты заботилась о нем! Не ты напоминала ему, что нужно хоть изредка есть и спать. Не ты…

— Я в это время заботилась о его сыне, — отвечаю твердо, пытаясь не показать, как меня задевают ее слова. Не ее забота, как таковая, а то, что мой муж нуждался в ней. То, через что мой сильный мужчина прошел за это время.

Мы оба стали жертвами обстоятельств. Оба страдали. Но все это в прошлом. Я девять месяцев боролась за жизнь нашего сына. Сейчас же я готова побороться за Марка. За нашу семью.

— Какие бы разногласия у нас ни были, они позади. Я прекрасно понимаю, почему ты решила попытать свое счастье именно сейчас… Как те самые шакалы, ты решила воспользоваться нашей слабостью. Но смею тебя заверить, у нас все прекрасно. Мы преодолели