Тень минувшего полнолуния - Олла Дез

Брендан и Оливьер понятливо кивнули.

Роланд потянув за рычаг открыл проход и я пустила вперед светлячка. Почти сразу возле входа мы обнаружили тело мужчины. Он был в красных одеждах, лицо его выражало крайнюю степень удивления. Его тело было утыкано тремя большими кольями. Они прошили его насквозь и нанизали как бабочку. Он умер почти мгновенно.

— Это Фиб, неплохой парень. Возглавлял охрану вашей жены, — кивнул Оливьер.

— Зачем после этого она пошла дальше? — удивленно спросила я.

— Амалия на редкость самоуверенна. Она из тех женщин, которые уверены, что жизнь вращается только вокруг них. Воспитание и вседозволенность породили в ней это. А еще отсутствие наказания за проступки. Она всегда выходит сухой из воды, что бы не творила. Она… была, — и Роланд замолчал.

— Давай я пойду первой? Она все же умудрилась не наступить на две ловушки, что впереди. Одна с большим камнем, что припечатывает намертво к стене, а другая с проваливающимся вниз полом.

Роланд кивнул. Я прошла вперед, а вот Брендан и Оливьер аккуратно сняли тело оборотня. Копья мгновенно снова ушли в стену. Я нажала на стене пальцем рычаг убирающий ловушку. И аккуратно двинулась дальше. Странно, я задействовала магию ведьмы по полной. И зрение, и интуицию, и поиск угрозы. А магия как будто не исчезает. Восполняется почти мгновенно. С чего это вдруг? Ладно. Потом. Сейчас нужно обойти еще вот это.

Коридор был узкий и временами сужался до катастрофических размеров. Но Роланд каким-то образом умудрялся протискиваться за мной.

Как и следовало ожидать, за поворотом лежало тело Аманды. Везенье не бесконечно. Аманда еще далеко прошла. На ее прекрасном лице не было удивления. Обычная презрительная усмешка. Наверняка она думала, что меч уже у нее в руках. Только вот удар пришелся точно в висок. И ей пробило голову. Черные волосы разметались по полу и ручейки темной крови были не так видны.

Я испытывала жалость. Она даже в смерти была очень красива. Обидно, когда гибнет вот такая красота.

— Лика? А ведь они оба умерли довольно давно? Почему тела не разлагаются? И запаха нет.

— Магия. Здесь все ею пропитано. И ловушки, и механизмы их запускающие. Трупы, если их не убрать, еще долго будут такими, а потом осыпаются прахом, высвобождая механизм и возвращая его на исходную точку. Давай я нажму. Вот отсюда вылетает большой молоток. Похоже на кузнечный молот. Им ее и ударило.

Роланд дождался моего разрешающего кивка, а потом наклонился и подхватил тело жены на руки.

— Пойдем. На сегодня наши приключения закончились. К тому же я еще должен тебе показать то, что мы расшифровали.

Мы двинулись нашей скорбной процессией наверх.

Я закрыла проход и услышала характерный щелчок. Ловушки вернулись на свои места.

Я ужасно устала, перенервничала, да и остатки слабости от ранения давали о себе знать. Поэтому почти с облегчением услышала приказы Роланда.

— Оливьер, Брендан. Тела необходимо сегодня же отправить в храм на кладбище.

— Но где мы этого сторожа найдем?

— Найдете! Если понадобится, вытащите из постели. Храм должен быть открыт. Лика плохо переносит присутствие смерти. Поэтому тела я в замке на ночь не оставлю.

Оборотни переглянулись и закивали. По всей видимости, это был серьезный аргумент для них.

— Я найду ключи от фамильного склепа, нужно все приготовить к завтрашним похоронам. Нужно придать тела земле. Действуйте.

А потом он повернулся ко мне и совершенно другим тоном сказал.

— Лика. Иди наверх, ты устала. Я буду поздно. Ужинай и ложись спать без меня, — а потом он поцеловал меня на виду у всех и вышел.

Утром я проснулась, когда Роланд уже ушел. Организация похорон и все что с этим связано оказалось делом не легким. Все-таки хоронили жену Маркграфа. Но вот из-за зимнего времени года Роланд даже не стал информировать горожан о смерти жены. И ограничился тем, что пригласил всех деревенских жителей.

Я на похороны не пошла. Делать мне там нечего.

После похорон Роланд беседовал с каждым оборотнем из охраны жены. Ему было необходимо разобраться, кто еще замешен, кто что знает или догадывается. Все это опять затянулось до поздней ночи. Многие оборотни после беседы с Маркграфом были отпущены, некоторые собрались, несмотря на снег и все опасности зимней дороги вернуться в столицу. А кто-то принес присягу Роланду и собирался остаться в замке.

Я же утром почувствовала себя гораздо лучше и собралась всерьез заняться нашей кухней. Ну невозможно же целыми днями это есть. Так что утром, поцеловав спящего рядом Роланда, отправилась с инспекцией на кухню.

Состояние запасов меня совсем не удовлетворило, и я снарядила небольшой отряд за оставшимися в моем доме припасами. Я же его и возглавила. Ну, потому что вряд ли они бы справились с защитой дома.

Дом встретил меня холодной печкой и кровавым столом. Нда. Я совсем забыла, что это все так и оставили. Брендан пояснил, что я даже теряя сознание на этом настаивала. А уже утром примчался Его Светлость и перенес меня в замок. И всех обитателей домика тоже. Поэтому никто убраться не успел.

Под моим руководством стол быстро разобрали, а потом я лично его сожгла в печке. Я сожгла все следы моей крови, что еще были на полу и даже стене огнем ведьмы, пока оборотни выносили мешки с моей замечательной картошкой и мукой. Хорошо, что у меня надежный погреб, и она не промерзла. Я забрала все, что принадлежало мне и все запасы. Оставила книги на своих местах, так как и было при Кларе. Оставила некоторые травы и настои. А потом запечатала дом.

Что-то мне подсказывало, что сюда я уже не вернусь. Теперь открыть его сможет только ведьма, что соберется здесь жить. Он так и будет стоять, и ждать свою новую ведьму.

Весь день я учила повара готовить. Зато вечером, когда пора было накрывать на стол, ужин был достоин королевского дворца. Я уже собиралась отправиться в наши с Роландом покои, когда он перехватил меня на лестнице. Мы долго и вкусно целовались, а потом меня подхватили и потащили. Да что ж такое. Что у него за мания меня на руках таскать? А куда это меня тащат?

— Роланд? А мы куда?

— Как куда? В большой зал. Ужинать.

— Ты собираешься посадить ведьму за общий стол? Роланд поставь меня! Нельзя так!

— Можно. Кто из нас Маркграф? Я или ты?

— Ты.

— Вот и не спорь.

Меня торжественно внесли в Большую залу и поставили возле стула во главе стола.