Леди-наследница - Алисса Джонсон

— Имейте же веру в свою подругу, — посоветовал он и оттащил ее как раз на столько, чтобы слышать, не будучи замеченными.

— Весьма интересный выбор платья, мисс Айлстоун, — прочирикала одна из леди и улыбнулась своим подругам быстрой кошачьей улыбкой. — Этот стиль, должно быть, последний крик моды в сельской Шотландии, поскольку, клянусь, я никогда не видела ничего подобного.

Вскипев, Уиннифред шагнула вперед со смутным неблагоразумным намерением разбить ближайший цветочный горшок о голову нахалки.

Гидеон схватил ее за руку и встал так, чтобы никому не было видно, что он ее держит.

— Вера, Уиннифред.

Ясно сознавая, что происходит неподалеку, Лилли чуть заметно вздернула подбородок, премило улыбнулась и сочувственно потрепала леди по руке.

— Ну разумеется, не видели, мисс Дрейберн. Это творение мадам Файетт. А она несколько избирательна в выборе клиентов.

Хихиканье прекратилось. Мисс Дрейберн открыла рот, но не произнесла ничего, кроме шипения.

— Но не волнуйтесь, — продолжала Лилли, опустив руку. — Ведь мадам Файетг не услышит от ваших подруг об этом промахе. А теперь, с вашего позволения, я ангажирована на следующий танец.

Уиннифред наблюдала, как Лилли повернулась и упорхнула с самодовольной улыбкой на лице. Нет, не просто с самодовольной, а с ужасно довольной.

Гидеон отпустил ее руку.

— Ну, вы видели?

— Лилли наслаждалась этим, — прошептала Уиннифред.

— Вас это беспокоит?

— Нет, конечно же. Просто я… я боялась, что кто-то может обидеть ее. Никогда не думала, что ей это понравится.

— Ей понравилось одерживать верх, — поправил Гидеон. Глаза его отыскали Лилли. — Она в своей стихии. Ее место здесь.

Уиннифред хотелось сказать ему, что он ошибается. Место Лилли в Шотландии, с ней. Слова уже готовы были сорваться с языка, но она придержала их, прекрасно понимая, что это неправда. Мердок-Хаус последние двенадцать лет, может, и был домом Лилли, но она никогда по-настоящему ему не принадлежала. С каждым днем этой последней недели становилось все яснее, что мир Лилли — это Лондон.

— Я думаю… — Уиннифред сглотнула ком в горле и заставила себя высказать вслух страх, который до сих пор отказывалась признавать. — Думаю, она намерена остаться.

Гидеон взглянул на нее и нахмурился.

— Вы пробыли здесь всего лишь неделю. И это только первый бал. Вы не можете знать, где Лилли захочет оказаться через несколько месяцев.

— Вы только что сказали, что ее место здесь.

— В свете — да. Но высший свет собирается в Лондоне только дважды в год. Остальное время проходит в путешествиях или в загородных имениях.

— Это верно. — И с помощью воображения можно представить Мердок-Хаус как маленькое загородное имение. Очень, очень маленькое. — Полагаю, если Лилли захочет время от времени ездить в Лондон, это будет не так уж ужасно.

Не чудесно, совсем не то, чего она хотела, но не ужасно.

— Ну вот… вам полегчало?

— Да. И нет. — Ее губы дернулись. — Мне все еще хочется треснуть мисс Дрейберн цветочным горшком.

— Так вот что было у вас на уме?

— Более или менее.

— Уж лучше пусть будет менее, — предложил он.

— Ох, ну хорошо.

Она просверлила затылок мисс Дрейберн свирепым взглядом и прошептала особенно вульгарное оскорбление.

Плечи Гидеона затряслись от беззвучного смеха.

— Ну, теперь вам полегчало?

— О да, весьма.

Скан и вычитка Романтической библиотеки: http://romanticlib.org.ua

Она вздохнула и посмотрела на Лилли, снова скользящую в танцевальном кругу, на этот раз в элегантном кружении медленного вальса. Уиннифред пришло в голову, что любоваться грациозным танцором в красивом, ярко освещенном бальном зале почти так же приятно, как и быть неуклюжим танцором в уединении собственного дома.

— Ну не чудесно ли? — сказала она через некоторое время. — Настоящее совершенство.

— Жаль, что я не могу потанцевать с вами.

Уиннифред вскинула глаза и обнаружила, что Гидеон хмуро смотрит на свою трость. Сожаление и раздражение, что он не может делать то, что хочется, она понимала, но извинение озадачило ее.

— Я тоже, если вас это волнует.

— Разумеется, волнует. — Он насупился и стал еще мрачнее. — Вы не должны стоять здесь. У вас должен быть выбор партнеров.

— Не нужен мне выбор.

— Вы должны танцевать. — Он обратил хмурый взгляд в сторону нескольких молодых джентльменов на другой стороне зала. — Ждите здесь. Я позабочусь…

— Что? Нет. — Она хотела схватить его за руку, но вовремя опомнилась, осознав, что такое поведение недопустимо. — Умоляю, не требуйте, чтоб я танцевала с кем-то из тех джентльменов. Это будет ужасно…

— Я не собирался требовать… не совсем.

Она оставила явную ложь без внимания.

— Более того, я не хочу танцевать.

— Разумеется, хотите.

Он подчеркнул это предположение кивком и твердым постукиванием трости об пол.

— Откуда, скажите на милость, у вас сложилось такое впечатление?

— Из Шотландии, — ответил он, словно это было очевидно. — Вы танцевали с огромным удовольствием.

— Да, но делала это ужасно.

— Но у вас были уроки, время… — Он осекся, и брови его поднялись в насмешливом удивлении. — Вы не стали лучше?

— Нет.

Но ей понравилось, что он полагал, будто она могла научиться. После первого же танца учитель объявил ее безнадежной. Но Гидеон, она вспомнила, не присутствовал на тех уроках.

— Даже самую малость? — не унимался Гидеон.

Она покачала головой и заговорщицки наклонилась к нему.

— Ваша тетя велела мне притворяться, что у меня болит голова всякий раз, как меня будут приглашать.

Он посмотрел на нее с явным недоверием.

— Весь сезон?

— Либо я особенно склонна к головным болям, либо исключительно медленно поправляюсь.

Их смех был прерван прибытием леди Гвен и джентльмена, которого Лилли описала бы как светского красавчика: светлые глаза и волосы, высокий рост, стройный стан, широкий лоб, тонкий нос и сильный подбородок. Уиннифред подумала, что он не так красив, как Гидеон, но все равно не могла не почувствовать к нему симпатии, потому что когда он улыбался, в уголках глаз у него собирались милые морщинки.

— Лорд Грэтли, — сказала леди Гвен, — позвольте представить вам мисс Уиннифред Блайт.

Лорд Грэтли поклонился, а Уиннифред присела в книксене.