Желание джентльмена - Кэролайн Линден

– Молли, – сказала Ханна после того, как они съели бутерброды, скормили крошки уткам и погладили четверых случайных псов, – ты хочешь остаться в Лондоне?

– Да, мамочка, – ответила Молли, не поднимая головы: она в этот момент со всей серьезностью расчищала дорогу муравьям. – Мне здесь нравится.

– Что ж, похоже, так оно и будет.

– Ура! – воскликнула Молли и захлопала в ладоши. – Значит, теперь Дэвид снова будет моим папой?

Этого вопроса Ханна уж никак не ожидала.

– Нет, – осторожно пояснила она. – Дэвид никогда не собирался быть твоим папой. Скажи лучше, что ты думаешь о его брате, герцоге? Он тебе нравится?

– Да, Эксетер мне нравится, – осторожно ответила Молли. – Если мы останемся, он разрешит мне копать в саду?

Ханна пожала плечами.

– Может быть, но сначала надо у него спросить.

– Ладно, я спрошу. – Молли нашла прутик и принялась подгонять им муравьев.

– Посмотри, мама! – засмеялась она. – Они ползают вокруг моей палочки!

Ханна с облегчением вздохнула. Как она страшилась этого разговора! Она невольно улыбнулась, представив, как Молли спрашивает у Маркуса разрешения покопаться в саду, а потом нагнулась к дочери, посмотреть, не слишком ли та мучает бедняг муравьев.

Остаток дня пролетел как на крыльях. Маркус вернулся домой с довольным блеском в глазах и тут же сообщил Ханне, что после ужина ему надо кое о чем с ней посоветоваться.

Улыбнувшись, Ханна кивнула и поднялась к Молли, чтобы пожелать ей спокойной ночи, поскольку девочка утомилась после долгой прогулки, и сегодня нужно было уложить ее спать пораньше.

Тихонько напевая, Ханна взбежала по лестнице в детскую, но в комнате никого не оказалось, однако все игрушки были на месте и со стола уже унесли поднос с ужином.

Ханна направилась в маленькую спальню, где стояла кроватка Молли. Сначала ей не хотелось, чтобы Молли жила отдельно, но девочке понравилась эта большая, солнечная комната с игрушками и собственной кроваткой. К тому же теперь у Молли имелась и собственная лестница, ведущая в покои герцогини. «На будущее надо будет запирать дверь из детской, – подумала Ханна, – а то вдруг Молли приснится страшный сон, она спустится посреди ночи к матери и застанет их с Маркусом».

Она отворила дверь в спальню, но и здесь было пусто. Ханна, нахмурившись, оглядела комнату. Может, Молли убежала к Селии?

И тут она увидела лежавшую на подушке записку.

Похолодев от ужаса, Ханна подошла к кроватке. Не нравился ей этот клочок бумаги, наглым образом занявший место ее ребенка. Она с опаской взяла записку, словно та могла укусить, и начала читать. Когда Ханна прочла написанное, у нее упало сердце.

Не в силах отвести взгляда от страшных слов, Ханна, как слепая, на ощупь добралась до двери. Казалось, сердце ее перестало биться. В горле у нее встал ком, она еле дышала и думала только об одном – как бы не упасть в обморок, прежде чем она доберется до Маркуса.

Однако едва она прикоснулась к ручке двери, дверь отворилась, и в комнату шагнул герцог собственной персоной.

– Вот ты где! – Он улыбнулся, но улыбка тут же сползла с его лица. – Что-то случилось?

Ханна дрожащей рукой молча протянула ему записку, и герцог быстро пробежал ее глазами.

– Моя крошка! – всхлипнула Ханна.

Маркус обнял ее и, крепко прижав к себе, стал внимательно осматривать комнату. В детской все прибрано, кроватка аккуратно застелена. Вроде бы все на месте; вот только…

Он снова взглянул на зажатый в руке обрывок бумаги. «Твоя соплячка у нас», – было выведено на нем крупными печатными буквами. Неужели похищение? Но кому понадобилось похищать Молли? Впрочем, озабоченно подумал он, главное не кто похитил Молли, а как ее вернуть. Но сначала ему нужно было успокоить Ханну.

Придерживая Ханну за руку, Маркус спустился вниз по лестнице и, вызвав экономку, велел ей позвать доктора, а горничной сказать, чтобы поскорее принесла чай.

Ханна с ничего не выражающим лицом покорно позволила усадить себя в кресло и укрыть одеялом, и Маркус опустился перед ней на колени. В ее глазах застыло неподдельное горе.

– Послушай, милая, – Маркус сжал ее руку, – я найду Молли, клянусь.

Ханна подняла на него огромные глаза, наполненные слезами, и у Маркуса сжалось сердце.

– Богом клянусь, скоро твоя дочка вернется, – прошептал он.

В этот миг в комнату влетела Розалинда.

– Что стряслось? Маркус, я хочу знать, что случилось?

Герцог выпустил руку Ханны и поднялся.

– Да, случилось. Побудь здесь, Розалинда. – Он быстро прошел в свои апартаменты и плотно прикрыл дверь.

Вынув из кармана записку, Маркус внимательно перечитал ее и вызвал дворецкого. Харпер, конечно же, ничего не знал. Затем Маркус велел слугам прочесать сад. Часы на его столе громко тикали, напоминая о том, что дорога каждая минута, и Маркус решил не ждать, когда слуги вернутся с докладом. Догадываясь, кто, скорее всего, тут замешан, он быстрыми шагами направился к брату.

Дэвид возлежал на подушках; при виде брата он оторвался от книги и вопросительно вскинул брови.

– Немедленно скажи мне, как найти Рурка и его шайку, – требовательно произнес Маркус и непроизвольно сжал кулаки.

Ханна почти не замечала Розалинды; в голове ее вертелась одна и та же мысль: Молли пропала…

Вскоре Розалинда ушла, пробормотав что-то насчет питательного ячменного отвара, потом Лили принесла чай, но Ханна даже не взглянула на него.

– Ваша светлость… – робко прошептала Лили, и Ханна подняла глаза.

Горничная протягивала ей Мисси, тряпичную куклу Молли.

На глаза Ханны навернулись слезы; она взяла куклу и принялась разглаживать потрепанное маленькое платье, сшитое из старых занавесок. Тогда они еще жили в домике священника. Как, наверное, Молли сейчас страшно: ведь рядом с ней нет даже Мисси!

По щекам Ханны заструились слезы. Кто и зачем похитил ее малышку?

– Ваша светлость! Пожалуйста, не плачьте! – принялась уговаривать Лили, опустившись перед Ханной на колени. – Я уверена, с девочкой ничего плохого не произойдет.

Но Ханна ее не слушала; прижимая Мисси к груди, она рыдала все сильнее.

И тут она припомнила слова отца. В ее ушах как наяву зазвучал его голос. «Что толку реветь, девчонка! – говорил он в подобных случаях. – Дело надо делать, а не слезокапничать».

Верно, пора уже что-то предпринять, решила Ханна. Чем сидеть и лить слезы, лучше подумать, как найти дочку. В самом деле, как? В голову ей ничего не приходило, и к тому же она чувствовала себя совсем разбитой.