Невеста для злодея - Оливия Дрейк

Конечно, Гилмор не мог не пожелать встретиться с ней. Ведь он узнал, что она скрыла правду о своем происхождении. Но она не видела его после ухода из дома герцога, потому что сразу отправилась спать. И вот теперь…

Но едва Мадди оторвала голову от подушки, как ощутила приступ тошноты. Она вскочила с постели и бросилась к ночной вазе, с трудом успев вовремя до нее дотянуться. Потом, запыхавшаяся и несчастная, прижалась лбом к кровати.

Через несколько секунд Мадди почувствовала ласковое прикосновение руки Герти.

– Бедняжка, – сказала горничная, поглаживая ее по спине. – Но это радостная новость, полагаю. У вас будет ребенок. Миледи желает послать за доктором?..

– Нет! – Мадди взяла у горничной полотняное полотенце, чтобы утереть со лба холодный пот. – Ты не должна никого беспокоить. Во всяком случае – не сейчас.

– Это никакое не беспокойство. А лорда Роули нет. Но он захочет узнать, как вернется. Разве он не обрадуется?

Нейтан не обрадуется. Ничуть. Он вчера ясно дал это понять: «У меня нет желания дарить Гилмору внука. Уже нет. Иначе он и впрямь окажется в выигрыше».

Воспоминания о его холодном гневе заставили Мадди содрогнуться. Он проводил ее до Гилмор-Хауса и ушел. Причем держался строго официально. Ее снова пробрала дрожь. Он не хотел сына. И он не приходил ночью к ней в постель.

Выходит, это конец их браку?

Мадди подавила зародившуюся панику. Ей нужно было как-то продержаться до того времени, когда она сможет с ним поговорить. Хорошо, что Герти ничего не знала об их ссоре. Минувшей ночью Мадди лишь вкратце поведала горничной о событиях в доме герцога. Сказала ровно столько, сколько требовалось, чтобы удовлетворить ее любопытство.

Взяв женщину за руку, она проговорила:

– Ничего никому не рассказывай, Герти. Пожалуйста… Еще слишком рано и… Я просто хочу еще немного подождать.

Сочувственно повздыхав, горничная помогла Мадди подняться.

– Что ж, наверно, это правильно, дорогая. Ведь ты только что повстречалась с герцогом. Слишком много переживаний свалилось на голову.

– Да, верно. – Мадди ухватилась за удобный предлог. – Пусть сначала уляжется шумиха. И так достаточно волнений для одной недели.

* * *

Полчаса спустя, приближаясь к библиотеке, Мадди услышала музыкальный перезвон часов, пробивших одиннадцать. В платье нефритового оттенка, со скромным пучком на макушке, она приготовилась к сражению. Ужасная тошнота прошла. Она почувствовала себя гораздо лучше, позавтракав сухариком с некрепким чаем. Чувствовала себя почти нормально, если не считать ноющего сердца.

Нейтана она еще не видела. Сказали, что он уехал рано утром, не сообщив, когда вернется. Ей каким-то образом следовало найти способ помириться с ним. И она непременно его найдет.

После этой встречи с графом.

Библиотека находилась на первом этаже, а высокие окна комнаты выходили в сад. Мадди переступила порог и тотчас же увидела в окнах зелень сада. На полках во всю стену стояли многочисленные ряды книг в кожаных переплетах. Их было так много, что Мадди хватило бы радости на многие годы – могла бы читать и читать.

Но это, по всей вероятности, никогда уже не случится. Она не знала, позволят ли ей остаться в Гилмор-Хаусе. Не знала даже, хотела ли она этого сама.

У холодного камина Мадди увидела графа и его мать, сидевших в креслах. Мадди замедлила шаг, прежде чем направиться к ним. Эта встреча, конечно же, не могла обойтись без старой графини.

Тут граф Гилмор, встав с кресла, наблюдал за ее приближением. Его побитое оспой лицо казалось, как всегда, суровым. Седоватые каштановые волосы были аккуратно причесаны, а темный костюм выглядел безупречно. Об изменении его отношения к Мадди свидетельствовала лишь некоторая заинтересованность, светившаяся в карих глазах.

Мадди сделала реверанс, и он указал ей на стул с прямой спинкой.

– Доброе утро, Мадлен. Пожалуйста, присаживайся.

В платье темно-золотистого цвета старая графиня поднесла к глазу монокль, прикрепленный к ее лифу, и пристально посмотрела на Мадлен, когда та села.

– А ты и впрямь похожа на Хутона, – сказала графиня. – Я это теперь вижу по твоим скулам и глазам. И волосы у тебя светлые.

Мадди сложила руки на коленях. Ей было неприятно, что ее рассматривают как пришпиленную булавкой бабочку под стеклом.

– Люди видят то, что хотят увидеть, – ответила она.

– В самом деле, – согласился граф. – А ты хотела, чтобы мы поверили, что ты – безродная актриса. Скажи, почему?

– Я никогда не говорила, что я безродная, – возразила Мадди довольно резко. – У меня были родители, состоявшие в законном браке.

Граф коротко кивнул.

– Да, конечно. Прости. Но ты не ответила на мой вопрос. Наверное, ты полагала, что я охотно принял бы тебя как жену Нейтана, если бы знал о твоем близком родстве с герцогом Хутоном.

Мадди поджала губы. Граф был слишком проницателен, так что лгать было бы глупо.

– Видите ли, мы с мужем заключили договор. Я разыграю из себя вульгарную девку, а он откроет мне двери в высшее общество. Так что все очень просто.

– Ага! – воскликнула старая графиня, стукнув тростью об пол. – Значит, ты играла, когда впервые появилась в этом доме. Вся эта твоя глупая болтовня – просто притворство, чтобы одурачить нас. Ведь ты умела вести себя прилично, верно? Научилась этому у леди Сары Лэнгли.

Граф поднял руку, призывая мать помолчать.

– Нейтан не знал о твоем родстве с герцогом? – осведомился он, не спуская с Мадди глаз. – Твой муж, казалось, был шокирован не меньше, чем все мы.

– Я посчитала, что лучше не говорить ему об этом. Как видите, у каждого из нас имеются свои секреты.

Мадди ответила на холодный взгляд графа таким же холодным взглядом. А ответ ее был двусмысленным – она как бы намекала на то, что знала тайну рождения Нейтана. Несмотря на нынешнее отчуждение между ними, она не могла простить человека, сделавшего детство Нейтана невыносимым.

К ее удивлению, Гилмор первый отвел глаза. Он внезапно поднялся и прошел к камину. Потом повернулся и, глядя на нее, проговорил:

– Тебе следует знать, что вчера у меня состоялся разговор с его светлостью. Уже после того, как вы ушли. Он расспрашивал о твоей жизни, о том, где ты была все эти годы. Боюсь, что я не смог его просветить. Пожалуй, только совсем немного…

Мадди застыла в напряжении.

– Он расспрашивал обо мне?

– Конечно. Ты же его внучка. И он выразил желание снова тебя увидеть.

Мадди охватило волнение. Не в силах усидеть на месте, она вскочила на ноги. Герцог хотел встретиться с ней? Она ожидала чего угодно, но только не этого.

Наконец, овладев собой, Мадди сказала: