Невеста на уикенд - Алекс Коваль

– Опасно. Очень.

– Правда?

– Правда! Лучше иди ко мне, – откидывает Сокольский покрывало, под которым уже проглядывает его "готовность", и я, посмеиваясь, машу головой. – Не прокатило?

– Совсем нет. Жди. Я скоро буду, и не одна, а с едой. 

Подмигиваю и, прошмыгнув в коридор, тихонько притворяю за собой дверь.

Дом спит. Вот прям абсолютно. В просторных, светлых коридора стоит такая тишина, что кажется,  мои тихие шажки на носочках звучат, как топот маленького слоненка.

Но охота пуще неволи, и я уже почти дошла до кухни, когда входная дверь открывается, и на пороге я вижу…

– Анжела?

– Настя… – замираю, как была, на цыпочках и одергиваю полы мужской рубашки как можно ниже. Растерянность на лице девушки быстро меняется, трансформируясь в мало понятную мне ненависть, когда до нее доходит, откуда я, такая "потрепанная" и с сияющими глазюками, крадусь.

– Ты… – машет головой в сторону нашей с Ильей спальни. – Вы что…?

– Эм… ну да, – пожимаю плечами, выгибая бровь. – А что, секс в этом доме под запретом? – говорю с улыбкой, намеренно, чтобы уколоть. И ох, как ее перекосило! 

– Нет, – бросили мне, как монетку нищенке. – Значит, все-таки умудрилась залезть к нему в постель? – каждое слово буквально сочится ядом. – Отчаянная девчонка. Не боишься остаться у разбитого корыта, так же, как и…

– Ты? – выгибаю бровь и улыбаюсь. Она сильно просчиталась, решив, что я невинная овечка, которая при любом выпаде засунет язык туда, куда… в общем, далеко. 

– Это сейчас ты такая смелая, – тряхнув шевелюрой, злобится Анжела. – Все мы думаем, что особенные, день, два, три… неделю. А потом все. Сказочке конец. И оказываемся там же, где эти самые принцы-бабники нас нашли.

– Это, надо полагать, ты по собственному опыту ориентируешься? – фыркаю, выдерживая ее ядовитый взгляд. Не нужно мне рассказывать, кто и где окажется. – Только не забывай, что мы помолвлены, Энж, – говорю, четко проговаривая каждое слово, и для убедительности машу пальчиками, показывая все еще красующееся там помолвочное колечко с аккуратным камушком. После этой ночи и слов Ильи даже сама не могу сдержать улыбки и смущения. 

– Эту ерунду будете родителям его рассказывать. Я знаю, что еще два месяца назад у него не было никакой невесты! – складывает свои тощие ручонки на груди бывшая подруга Ильи и делает шаг ко мне, звонко цокая каблуками. – Два месяца назад мы предавались разврату в его отеле, дорогуша, – смотрит на меня с победным видом эта фря.

Предавались разврату? Боги, так еще кто-то говорит?

Возможно, эти слова и кольнули бы меня в нынешней ситуации, и сказаны они были явно с этим расчетом. Вот только… если бы я об этом еще не знала. Но Илья мне озвучил эту “проблему” уже о-о-очень давно. Да и более того, именно я тогда бронировала ему номер люкс для кувырканий с этой стервой. Поэтому… эта колкость никаким образом не отдается в сердце. Даже и ревновать-то Сокольского к ней не могу, потому что знаю, что для него эта дама ничего не значит.

Да и вообще, любая другая, кроме меня, для него ничего не значит.

– Твое время прошло, – улыбаюсь как можно невинней, – смирись, Анжела. А сейчас прости, но у меня после разврата, – делаю акцент на последнем слове, – разыгрался аппетит, – и, не дожидаясь ответа, разворачиваюсь и, теперь уже не смущаясь, топаю на кухню.

– Я выведу вас на чистую воду! – прилетает мне в спину. 

Внутри кольнуло нехорошее предчувствие, которое я тут же задавила. Нечего поддаваться на пустые слова пустого человека.

– Ты еще пожалеешь, что сюда приехала!

Нет. Вы посмотрите на нее. Змея!