Мужчина ее мечты - Керрелин Спаркс

Типичная для нее ситуация. Сбежала от мужа-деспота к любовнику-вампиру. Вампир по крайней мере не мог днем ее контролировать. Потому что был мертв. Хизер прыснула. Господи Боже мой, она теряла рассудок.

Когда пересекала демонстрационный зал, дверь в помещение охраны открылась и Хизер остановилась.

Оттуда вышел Робби и посмотрел на нее с беспокойством:

— Все в порядке, детка?

Она отшатнулась.

— Не бойся, — нахмурился он.

Все правильно. Огромный неуклюжий вампир с мечом на спине, ножом на голени и клыками во рту. Хизер отвернулась и помчалась вверх по большой лестнице, перескакивая через ступеньки. Пробегая по мостику второго этажа, взглянула вниз. Он по-прежнему стоял в демонстрационном зале и наблюдал за ней.

Нет, черт побери, она не поддастся страху. Она объявила страху войну. Хизер скользнула в дверь спальни.

— У меня пистолет, нацеленный в твою задницу, — прошептала в темноте Фиделия.

— Это я. — Хизер заперла дверь. — Нам нужно поговорить. Держи оружие под рукой.

— У меня нет оружия в постели. Я блефовала.

— Тогда возьми его. — Хизер на ощупь пробралась в ванную. — И иди сюда. Я не хочу разбудить Бетани.

Минутой позже в комнату вплыла Фиделия, прижимая к груди сумку.

Хизер закрыла дверь ванной и включила свет.

— Нам грозит большая беда.

— Я так и думала. — Фиделия уронила тяжелую сумку на мраморную столешницу туалетного стола. Ее волосы торчали в разные стороны, а на груди ярко-розовой ночной рубашки пламенели хвастливые слова «Горячая штучка». — Карты меня предупреждали.

Хизер присела на край ванны. В памяти помимо воли всплыла другая картина. Потрясающая ванна Жан-Люка. Где хватило бы места для них обоих. Но она прогнала эту мысль прочь.

— Я была в подвале, чтобы посмотреть, что там они прячут.

— Вот это да. — Фиделия опустила крышку унитаза, чтобы сесть. — И как секс, понравился?

У Хизер вылезли на лоб глаза.

— Прошу прощения?

— Я экстрасенс, — напомнила Фиделия. — И твоя майка вывернута наизнанку.

Хизер опустила взгляд, и ее лицо залила густая краска.

— Я обнаружила нечто важное, — сменила она тему. — Я была права, когда предположила, что Жан-Люку несколько сотен лет. Он родился в 1485 году.

Фиделия медленно кивнула:

— Это многое объясняет. Огромный опыт. Наверное, он классный в постели.

— Это здесь ни при чем, — возмутилась Хизер.

— Так как он тебе?

— Фиделия, у него глаза светились красным огнем.

Лицо женщины побледнело.

— Святая Мария. — Она быстро перекрестилась. — А белые скрежещущие зубы ты тоже видела?

— Нет, но они у него тоже есть. Он вампир. Они все вампиры, кроме Фила. И бедного Пьера. Даже Луи — вампир.

Карие глаза Фиделии расширились.

— Ты уверена? Жан-Луи признался?

— Да.

Она прижала к себе руки и прошептала по-испански молитву.

— Я всегда чувствовала присутствие… других, но никогда… — Женщина вдруг застыла. — Он тебя, случайно, не укусил?

— Нет. И вылезших клыков я не видела.

Представив, как из красивого рта Жан-Люка торчат безобразные клыки, Хизер поморщилась.

Фиделия наклонилась, чтобы осмотреть ее шею.

— Следов зубов не видно.

— Он меня не кусал, — повторила Хизер. — Сказал вполне себя контролирует.

— Контролирует, да. — Фиделия выпрямилась и нахмурилась. — Я слышала, что он и умеют хорошо управлять чужим сознанием. Он мог укусить тебя и потом стереть воспоминания об этом из твоей памяти.

— Не думаю. Жан-Люк сказал, что не разрешает в своем доме кусаться. Они все пьют кровь из бутылок.

— В самом деле? — Темные брови Фиделии взвились вверх. — Значит, никто из вампиров на тебя не напал?

— Нет.

— Жан-Люк не прибегал к внушению, чтобы заставить тебя делать что-то против твоей воли?

Хизер покачала головой, чувствуя, как зарделись ее щеки. Он заставил ее кричать, но делала она это по доброй воле.

— Не думаю, чтобы он контролировал мое сознание. Но сама я потеряла над собой контроль. Я наорала на него и ударила по лицу.

— А он огрызался в ответ?

— Нет. — Хизер смущенно шевельнулась. — Он просил меня не покидать дом. Сказал, что… беспокоится о нашей безопасности.

Фиделия сделала глубокий вдох.

— Минутку, дай кое-что уточнить. Он не нападал на тебя, не кусал и не манипулировал никаким образом твоим сознанием?

— Нет.

— Тогда зачем ты накричала на него и ударила?

— Потому что они вампиры. Разве одного этого недостаточно?

Фиделия пожала плечами:

— Насколько мне известно, они из кожи вон лезли, чтобы мы чувствовали себя хорошо. Они всерьез озабочены нашей безопасностью. И сегодня даже потеряли одного из своих.

— Пьер был смертным.

— Он был их товарищем, и его смерть причинила им боль. Это могло случиться с любым из них. Или из нас. Нам всем грозит опасность.

Хизер вздохнула.

— Думаешь, нам лучше здесь остаться? Объединиться с этими… вампирами против общего врага?

— Луи — вампир, разве нет? Вот, что я скажу: наша лучшая защита — это другие вампиры. Мы определенно не должны отсюда уходить.

Хизер кивнула:

— Я согласна. Но как только они убьют Луи, мы уйдем.

— А что с Жан-Люком? Он ведь нравится тебе?

— Я не могу встречаться с человеком, который на протяжении веков кусал женщин и пил их кровь.

— Бьюсь об заклад, он славно умеет целоваться взасос.

— Фиделия! Он монстр.

Фиделия потянулась к сумке:

— Хочешь, чтобы я его пристрелила? Так я сделаю это сегодня же.

— Нет! — Хизер вскочила.

Фиделия посмотрела на нее с пониманием:

— Ты провалила этот тест.

Хизер стиснула зубы.

— Это не то, что ты думаешь.

— Что он очень хорош в постели?

— Это не имеет никакого отношения к влечению, — возразила Хизер возмущенно, снова усаживаясь. — Я просто ненавижу насилие как таковое.

— Но это ты ударила его.

— Я страшно расстроилась. И теперь немного переживаю по этому поводу.