Путь к сердцу Дракона - Тася Тараканова

А это всё, на что я способен?

Обратиться в дракона, значит, раздавить всех, кто окажется рядом, в том числе и Асанну. Моему зверю здесь не развернуться. Мысли — злые осы набросились, больно жаля голову. На раздумье осталось мгновенье.

Промежуточная трансформа

Тело, ломая кости, вытягивалось вверх, покрывалось твёрдой чешуёй, руки утолщались, пальцы с острыми когтями перехватили топор, показавшийся игрушечным. Лицо превратилось в жуткую морду с дырами вместо ушей, глаза разъехались по краям. Появились толстые бока, гребень на спине и жуткие ноги с перепонками между пальцами. Из пасти с острыми зубами вырвался дикий рёв, от которого посыпались стёкла в окнах.

Мутант заявил о своём существовании. Вокруг меня резко образовался пустой круг. Люди попятились в стороны, забыв о бое. На миг звон оружия стих. Вояки уставились на меня. В глазах ужас. За кого монстр будет биться?

Когти цокнули по деревянной мозаике пола, я развернулся, чтобы оглядеть зал с высоты своего роста, одной рукой придерживая Асанну перед собой.

— Добромир? — послышался голос сбоку.

Я чуть повернул толстую шею.

На меня смотрел коренастый паренек с разноцветными глазами — гонщик из команды Мирограда. Я не помнил его имя, но помнил его коричневого дракона по кличке Бо. Парень, видимо, находился рядом, когда я был человеком и увидел моё преображение.

— Да, — икнула Асанна в прострации от моего облика, — Добромир Светозаров.

— Ребята, это наш! — заорал паренёк на весь зал. — За нас!

Оглушительный победный вой стал ответом.

Моя новая туша была идеальной машиной для убийства. Я задвинул сознание миролюбца в угол. Сейчас и здесь я не боролся за идеалы Верховии. На глаза упала кровавая пелена от мысли, что Асанна может пострадать. Я выбрал свою пару, я выбрал её защищать. Всегда.

В спину ударил меч, попав по гребню. Задубевшая шкура монстра служила отличным доспехом. Заревев, рывком вытащил из-за спины гвардейца, свернул ему шею. Бойня началась. Новыми глазами я увидел весь зал и оценил масштаб сражения.

Я бы мог ринуться в гущу битвы, но беспокойный разум застыл. По лицам гвардейцев я понял, они вычислили моё слабое место — Асю, прижавшуюся ко мне спиной. Внутри в полную мощь развернулся монстр, оберегающий свою самку. Я бы убил всех в зале ради безопасности Асанны. Гвардеец, что был ближе, лишился топора и подлетел вверх, будто не весил ничего, ловить я его не стал, он упал на пол с громким хлопком, переломав все кости.

Я понимал, в ближнем бою трудно развернуться с арбалетом, но такая возможность была, в Асю могли попасть.

Кинув взгляд назад, я начал пятиться к окну, отбиваясь от нападавших двумя топорами. Остановившись, задвинул Асанну за спину. Топоры в руках кружились как бешенные, но гвардейцы воспряли духом, расценив мой отход, как бегство. Видимо, им пришло в голову, что они меня теснят.

До их умствований мне не было дела, приходилось следить за флангами, с которых меня начали обходить. Мир распался на отдельные фрагменты: справа, прямо, слева, справа. Я успевал отбиваться и нападать, хотя был один против двадцати трёх человек. Мозг обработал эту цифру за миг. Это хорошо, значит, я отвлекаю на себя целую толпу гвардейцев.

Они наступали, мы вместе с Асанной отступали по осколкам от выбитого окна. Тесное кольцо гвардейцев вдруг образовало зазор, в котором стоял арбалетчик, с натянутой тетивой. Асанна взвизгнула, я развернулся к ней лицом. Верь мне.

Болт впился в мою спину, я вздрогнул, стиснул в объятиях Асю, и в то же мгновение вывалился наружу.

Глава 28. Древняя сила

Распахнуть крылья удалось перед самой землёй, этот миг помог избежать нам смерти. Ася не издала ни звука, пока мы летели к земле. Вцепившись в меня, она не закрыла глаз, до последнего смотрела на меня. Если умирать, так вместе с открытыми глазами.

Прижав лапы к телу, я чиркнул ими по брусчатке, и даже не заметил боли, потому что в одной лапе сжимал Асанну. Мне было всё равно, что случится во дворце, лишь бы спасти свою пару. Я шагнул бы за ней в любое пекло, не разорвав объятий. Я понял, что любил Асанну уже тогда, умирая, на поляне около заброшенной хижины.

Дракон распался на атомы, чтобы в болезненных судорогах собраться в монстра, из спины которого торчал арбалетный болт. Я стоял на четвереньках над Асанной, распластавшейся на камнях, всматриваясь в её расширенные от ужаса зрачки.

— Ты как? — мой рык был ужасен, горло монстра не предназначено для нормальных человеческих звуков.

От шока Асанна смогла только кивнуть. Для меня сейчас существовали лишь её судорожное дыхание и слезинка в уголке глаза. Высунув длинный язык, я провёл им по щеке Асанны. Она не отстранилась, наоборот, подняла руку и погладила мою бугристую морду. Я был безобразным монстром, но Асанна принимала меня любым, видела невидимое, чувствовала сердцем, а не глазами. Облик мутанта не мешал ей любить меня.

Сев на колени, я вывернул руку, рывком вытащил болт из гребня на спине и откинул его в сторону. Асанна вздрогнула, увидев кровавый наконечник, который я извлёк из себя. Болт попал в твёрдый нарост и, вроде бы, не повредил важные ткани.

— Дай посмотрю, что там.

Асанна села, заставляя меня лечь перед ней прямо на брусчатку. Из сумки, которая так и висела у неё на боку, она извлекла какие-то салфетки.

— Будет немного щипать.

Не привыкать.

Влажная ткань коснулась моей твёрдой спины.

— Лишь бы не яд, — прошептала Асанна себе под нос.

Захотелось усмехнуться. Если даже яд — переживу. Не в первый раз.

Асанна наклонилась и поцеловала мои жёсткие пластины на спине. Я — груда мышц, закованных в броню, вздрогнул, блаженно прикрыл глаза, негромко зарокотал как домашний питомец.

— Я не умею сшивать такие твёрдые ткани. Не знаю, стоит ли это делать.

Отрицательно рыкнув, я аккуратно взял когтистой лапой её ладонь, осторожно потёрся об неё щекой.

— Ты предлагаешь ничего не делать?

Ещё один мой утверждающий рокот. Асанна подняла салфетку, чтобы ещё раз осмотреть рану.

— Лунка уменьшилась, ткани восстанавливаются. У тебя идеальная регенерация.

Она вновь протёрла рану, капнула на неё какой-то жидкостью, обмазала клейким раствором, потом начала обрабатывать другие мелкие порезы. За её деловитостью не было даже намёка на отвращение к моему не самому приятному облику. Ей было плевать на то, как я выгляжу. Асанна касалась меня с нежностью, как раньше, как всегда. Под её руками моё тело полностью расслабилось и незаметно трансформировалось. Я очередной раз пересобрался